Регистрация  |  

 

 

 

Ю.Л.Каптен

ОСНОВЫ МЕДИТАЦИИ

вводный практический курс

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
AНДРЕЕВ И СЫНОВЬЯ'
1991

 

 


 

Оглавление

ОТ АВТОРА

ВВЕДЕНИЕ

РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ МЕДИТАЦИЯ И ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНЫЙ МИР

Глава 1. ОСНОВНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О МЕДИТАЦИИ

1.1. Что такое "медитация"?

1.2. Цели медитативной практики

1.3. Медитативная практика и мировая культура

1.3.1 Медитация в период античности и в средневековой Европе

1.3.2. Медитация в древнем Китае

1.3.3. Медитация в чань(дзэн)-буддизме

1.3.4. Медитация в тантризме

1.3.5. Медитация в индуизме

1.3.6. Медитация в мусульманстве

Глава 2. МЕДИТАЦИЯ В ИНДИЙСКОЙ ЙОГЕ

2.1. Шесть даршан и "йога-сутра" патанджали

2.2. Восьмеричный путь индийской йоги

2.3. Ветви йоговского учения

2.4. Типы медитации

Глава 3. МИРЫ ВО ВСЕЛЕННОЙ И УРОВНИ ДУХОВНОГО В ЧЕЛОВЕКЕ

3.1. Миры во вселенной

3.2. Жизнь на астральном плане

3.3. Что такое "прана"?

3.4. Биополе человека и его структура

3.5. Макрокосм и микрокосм

3.6. Психофизиологические аспекты медитации

Глава 4. САМАДХИ И ДУХОВНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

4.1. Самадхи

4.2. Сверхнормальные способности человека

4.3. Ступени духовного развития человека и общества

РАЗДЕЛ ВТОРОЙ ОСНОВЫ МЕДИТАТИВНОЙ ПРАКТИКИ

Глава 5. МЕТОДИКА МЕДИТАЦИИ: ОСНОВНЫЕ ПРАВИЛА, ОГРАНИЧЕНИЯ И ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ

5.1. Образ жизни

5.1.1. Основы психогигиены в йоге

5.1.2. Этические аспекты Садханы

5.1.3. Распорядок дня

5.1.4. Секс и вредные привычки

5.1.5. Совершенствование духовных знаний

5.1.6. Благоприятные астрологические соответствия

5.2. Диета

5.3. Контроль дыхания

5.4. Позы для медитации

5.5. МЕТОДИКА МЕДИТАЦИИ: ОСНОВНЫЕ ПРАВИЛА

5.6. Ограничения и противопоказания

5.7. Сочетания упражнений в одном цикле занятий

Глава 6. Описание упражнений в концентрации и медитации

6.1. Медитация над звуками

6.2. Медитация над мантрами (1 и 2)

6.3. Медитация над дыханием (1 и 2)

6.4. Медитация над "ментальным небом"

6.5. Тратака на свечу

6.6. Тратака на предмет

6.7. Тратта на цветок

6.8. Медитация над янтрой

6.9. Пять малых упражнений в медитации (для развития памяти)

6.10. Медитация над безмолвием ("ментальная пауза")

6.11. Медитация над музыкой (1)

6.12. Медитация над музыкой (2)

6.13. Медитация над музыкой (3).

6.14. Медитация над расширением сознания (1)

6.15. Медитация над первоэлементами

6.16. Медитация над расширением сознания (2)

6.17. "Я — точка света "

6.18. Психическое дыхание (1 и 2)

6.19. Медитация над мантрой (3)

6.20. Генерация тумо

6.21. "Поменять луну и солнце местами"

6.22. Медитация над чакрами и нади

6.23. Медитативная пранайама

6.24. Джива-комплекс (1)

6.25. Джива-комплекс (2)

6.26. Медитация над мантрой (4 и 5)

6.27. Пробуждение кундалини

6.28. Активизация чакр (1)

6.29. Активизация чакр (2)

6.30. Активизация чакр (3)

Глава 7. ЭЛЕМЕНТЫ ЭКСТРАСЕНСОРИКИ

7.1. ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА

7.2. Методы исцеления правой

7.3. Развитие экстрасенсорных способностей

Глава 8. ПОМОЩЬ В САДХАНЕ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА

ПРИЛОЖЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ 1 СПИСОК МУЗЫКАЛЬНЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ, РЕКОМЕНДУЕМЫХ ДЛЯ САМОУСПОКОЕНИЯ И ВОССТАНОВЛЕНИЯ СИЛ [51]

ПРИЛОЖЕНИЕ 2 НЕКОТОРЫЕ ПОЭТИЧЕСКИЕ ОТРЫВКИ

ПРИЛОЖЕНИЕ З ФОРМУЛЫ, РЕКОМЕНДУЕМЫЕ ДЛЯ САМОВНУШЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ 4 МОЛИТВЕННЫЕ ФОРМУЛЫ

ПРИЛОЖЕНИЕ 5

 


 

ОТ АВТОРА

Данную книгу следует рассматривать прежде всего как элементар­ное введение в медитативную практику, т. е. как пособие для людей, которые ранее не занимались медитацией и вообще имели о ней весьма смутное представление.

К сожалению, обсуждение всего, что связано с экстрасенсами, НЛО, йогой, включая и проблему снежного человека, стало своего рода модным занятием. Чуть ли не каждый десятый сейчас пытается читать чужие мысли, воздействовать биополем или вызывать духов из аст­рального мира. Понятно, что длительные игры в экстрасенсорику лю­дей, знающих о ней лишь понаслышке, могут привести некоторых к нервно-психическим расстройствам. Большинство же других вскоре вообще разочаровываются в возможностях расширить свои способно­сти, объявляя все это ненаучным или просто шарлатанством.

Другая нежелательная крайность — запретить йогу и другие вос­точные системы. Надо сказать, что негласный запрет в нашей стране в «застойный период» на все, что связано с йогой, не был единственным в мировой истории. Так, согласно кодексу законов Китая 1740 года предписывалось «занимающихся дыхательной гимнастикой пригова­ривать к 80 палкам» [145]. Однако прогресс и духовную эволюцию человечества не удалось еще остановить никому! Кроме того, измене­ния в биосфере и ноосфере делают сейчас просто необходимыми про­цессы самосовершенствования — физического, нравственного и умст­венно-духовного.

Главная трудность, с которой столкнулся автор в процессе работы над книгой, — системность йоги и всех других учений Востока. Все аспекты восточных оздоровительных систем, включая морально-нрав­ственный кодекс, заботу о физическом теле и др., сплавлены воедино с теоретическими представлениями о Космосе и душе человека. Понять все эти аспекты в отрыве от других практически невозможно. Поэтому книга изобилует перекрестными ссылками на другие ее разделы. Ввиду малой доступности многих источников для массового читателя автор позволил себе приводить длинные цитаты, а также — ссылаться на самиздатовские копии целого ряда важных работ (СИ), которые к тому же не всегда можно было четко датировать (б. г. — без года).

В итоге основными источниками при написании книги оказались:

·    крупные работы признанных востоковедов и йогов, преиму­щественно англоязычные;

·    самиздатовские копии эзотерических или редких книг по Вос­току;

·    личный опыт автора, практикующего йогу с 1978 года, т. е. более 12 лет.

Одним из краеугольных камней духовного совершенствования, как считает автор, является идея Бога. Она раскрывается во всех фи­лософско-религиозных учениях Востока, а также в христианстве. Од­нако данная книга предназначена и для атеистов, поскольку, как счи­тает автор, атеизм — один из этапов эволюции сознания, причем да­леко не конечный.

Главные задачи здесь — дать обзор медитативных практик Восто­ка, помочь читателям полнее раскрыть самих себя и освоить элемен­тарные упражнения на практике. Насколько хорошо эти задачи были решены, судить уже самим читателям.

ВВЕДЕНИЕ

Эмоциональным перегрузкам мы мо­жем противостоять, воспитывая во­лю, научившись управлять эмоция­ми и разумно преодолевать так назы­ваемые "эмоциональные стрессы"

П. Анохин

Духовные упражнения и медита­ция через последовательные сту­пени ведут к цели — познанию

Г. Гессе

Стрессы подстерегают нас повсюду — на работе, в магазинах, транспорте, в семье. Одни стрессовые ситуации сменяются другими, накладываются друг на друга, порождают новые, и все вертится, безостановочно вращается так в круговороте жизни. Эпоха НТР, разрешив одни проблемы, принесла новые, и негативные последст­вия современной жизни известны: преждевременное старение, из­дерганные нервы, разлад тела и души, наконец — психические рас­стройства. Такие болезни, как инфаркт, гипертония, одышка, счи­тавшиеся ранее уделом стариков, по единодушным оценкам меди­ков, заметно "помолодели" в последнее время. Все это, конечно, не случайно и представляет собой целый комплекс проблем первоочеред­ной важности наряду с экологическими.

Крылатая фраза "Учитесь властвовать собой!" зачастую так и повисает в воздухе, становясь риторическим вопросом: как это реально сделать, большинство не знает. В итоге современная цивилизация и является технократической, т. к. все последние достижения науки и техники обычно сопровождаются полной духовной беспомощностью, крайней отсталостью в развитии духовной составляющей человека. Духовность — это не только благотворительная деятельность (хотя без этого она также не существует). Прежде всего — это умение в совершенстве управлять своей психикой и умом, быть хозяином, а не рабом своих мыслей и эмоций. Научиться этому непросто, но в наших силах.

Что же могут предложить людям, уставшим от стрессов, те сферы общественного бытия, на которые они так уповают, — искусство, ли­тература, наука? К сожалению, пока очень мало, почти ничего, если судить по конечным результатам. Человек, страдающий от дисгармонии тела и души, идет, например, в кино или театр. Если не смакование ужасов и жутких преступлений он увидит на экране, то ему обязатель­но покажут какие-то сложные переживания людей в их семейной жизни, на работе и т. д., которых, впрочем, и у него хватает сполна. Театр, кино, телевидение зачастую преподносят те же стрессы, от которых человек устал, но в иной форме. И это считается духовной жизнью — смотреть на проблемы других людей, пытаясь найти там решения своих собственных вопросов! И это считается отдыхом — переживать вместе с героями произведений дикие погони, драки, убий­ства! Как справедливо заметил один французский писатель-публи­цист, мы можем быть исполнены высших чувств благородства, испы­тывать глубочайшие духовные порывы, сидя в зрительном зале, но вот мы выходим из кино, и через несколько минут снова обнажаются старые раны, снова проявляются уродливые гримасы, когда мы стал­киваемся с интересами других людей в конфликтных ситуациях.

Театр и кино, особенно политизированные в нашей стране, чуть ли не соревнуются в том, чтобы убедить зрителей, что нет и не может быть никакой иной жизни, кроме той, которой мы живем. Те, кто хотят просто отдохнуть, считаются чуть ли не обывателями, игнорирующи­ми высокую воспитательную ценность искусства(!). Действительно, "что может быть слаще морковки"! Далее, к ним присоединяются авторы детективов, устроившие из поисков убийцы или грабителей тонкую психологическую игру и приглашающие читателей поучаст­вовать в "охоте на человечка". Все знают, что убийства и грабежи — один из самых тяжких грехов, но не все задумываются, что с их исчезновением перестанет существовать и целый жанр в области ли­тературы! В сферах искусства и литературы до сих пор царит дух той самой "фельетонистической эпохи", о которой писал Герман Гессе [35 ]. Ее отличительная черта — девальвация слова, горы никчемной печатной продукции, уводящей читателей от решения их основных проблем, чудовищная подмена подлинных ценностей мнимыми, фаль­сификация истины.

Не находя ответа на мучающие его вопросы, человек обращается к науке. Он пытается понять происходящее через философию, но эти духовные поиски также в большинстве случаев дают мало пользы. Сопоставив свои проблемы с "соотношениями модальностей и преди­катов", "инвариантностью перцептивных взаимодействий", "дискур­сивными свойствами синкретических систем", он скоро делает вывод о полном несоответствии жизненных проблем с теми, что решаются в философии. Отсюда — насмешки над философствующими "чудака­ми", и само слово "философ" часто произносят с иронией.

Проанализировав такие ситуации, становится понятным возник новениемассовых явлений алкоголима, наркомании, хулиганства сре­ди молодежи, и снова возникает старый вопрос "Что делать?". Дейст­вительно, что еще остается делать, если решения проблем духовного развития человека остаются в зачаточном состоянии?

Сейчас очень много говорят и пишут о духовности. Но поучать, с важным видом рассуждая о том, что "человек — это звучит гордо", гораздо легче, чем указать конкретные и правильные пути духовного роста. И все благие призывы зачастую так и повисают в воздухе. Вместо этого по-прежнему печать и телевидение предоставляют людям ста­рую жвачку из житейских дрязг, суетных хлопот и человеческих стра­стей.

В последнее время духовная жизнь нашего общества напоминает пестрое одеяло, сшитое из лоскутов разноцветной ткани: отцы христи­анской церкви и кришнаиты, евангелисты и баптисты, экстрасенсы и маги — с чем только не встретишься в свободное время! Афиши, при­глашающие на воскресные проповеди, соседствуют с рекламой секций каратэ, у-шу и других восточных единоборств, и разобраться во всем этом бывает с первого взгляда нелегко. Однако самая большая досада возникает, когда благие устремления, основанные на христианских заповедях и высоких идеалах, разбиваются, как корабль о рифы, в море бытовых ситуаций и жизненных проблем. Так и получается: с одной стороны — Бог и духовно-нравственные ценности, а с другой — быт и житейские проблемы. Это — как два полюса, переход между которыми кажется порой непреодолимым.

Но выход здесь есть, и он может быть только один — преобразова­ние нашего сознания, перестройка миросозерцания, которые позволя­ют совместить высочайшие истины, настоящие духовные ценности с обычными рабочими буднями, с конкретной жизнью большинства лю­дей. Так, Л. Н. Толстой писал незадолго до своей смерти: "Что делать? ...всегда вопрос о том, что делать с другими, но никто не спрашивает, что мне делать с самим собой ".

Шри Ауробиндо Гхош [см. 93: с. 145—146] писал: "...Духовность не есть интеллектуальность, не идеализм, не поворот ума к этике, к чистой морали или аскетизму; это не есть религиозность или страстный эмоциональный подъем духа, — даже не смесь всех этих превосходных вещей. Умственная вера, эмоциональное устремление, регулирование поведения соответственно религиозной или этической формуле — не являются духовными достижениями или испытаниями... Духовность в своей сущности есть пробуждение внутренней действительности наше­го существа, нашей души, — внутреннее устремление познать, почувствовать и отождествить себя с ней, войти в контакт с высшей действи­тельностью, имманентной в Космосе и вне Космоса, а также в нашем существе; ...соединиться с ней, и как следствие этого контакта и соеди­нения — преобразить все наше существо, превращая его в новое суще­ство, в новую личность, новую природу."

Это — Путь, и хотя следуя по нему человек сталкивается с терни­ями и неудачами, жизнь его становится более яркой и богатой, чем у тех, кто просто плывет по течению, полностью отдаваясь страстям и направляя все усилия на удовлетворение исключительно животных инстинктов. Этот Путь, реализующий в жизни человека высшие идеалы и устремления, искали и утверждали Лев Толстой и Герман Гессе, Ибн Сина и Эразм Роттердамский, Рабиндранат Тагор и Стефан Цвейг — они и другие великие гуманисты всех времен и наций. Восток и Запад объединяются в поисках высшего человече­ского бытия, в решении общемировых проблем духовной эволюции человечества. Сейчас, по мере становления глобальных этических цен­ностей, представляются похожими йог, сидящий в ритуальной индий­ской позе, и странствующий дервиш-суфий, русский странник и буддий­ский монах. Все они имеют право на жизнь, все они идут по пути познания Истины, все они—представители одного и того же человечества на Земле.

Поиски лучшей жизни издавна объединяли как отдельных людей, так и целые племена и народности. Поэтому решения проблем духов­ного развития человечества и становления высшего человеческого бы­тия можно найти только из общих свойств культурной жизни разных народов во все времена. Культура древних цивилизаций — это не только разбитые черепки глиняной посуды, поврежденные фрески и чудом сохранившиеся листки памятников письменности. Одним из важнейших компонентов культурной жизни общества во все времена была религия, и этого не могут отрицать даже самые рьяные атеисты. На протяжении многих тысячелетий представители религиозных кру­гов собрали в себе весь известный положительный опыт человеческой практики, аккумулировали поистине огромный эмпирический опыт общения человека с природой.

Идея Бога всегда была связана у людей с неким образом "высшего-Я", которое объединяло воедино все стороны и формы проявления бытия. Поэтому, анализируя проявления сил природы, рассматривая их как проявления Божественного, человек одновременно как бы воз­вращался к истокам своего личного "Я", пытался оценивать свою жизнь и деятельность с позиций высших ценностей. Вопросы "Кто я? Зачем я живу? Чего я достиг в своей жизни? Почему люди рождаются и умирают? Что будет после смерти?" исходно были связаны с религи­озными взглядами.

Помимо науки, объединявшей в себе конкретные знания людей о свойствах природы, во все времена и у всех народов существовало "тайное знание". В то время, как позитивная наука, избрав объектом мир, постигаемый внешними чувствами, стремилась утвердить свое господство над ним через математические, химические, физические формулы и механические процессы, "тайная" наука избрала себе путь погружения внутрь человеческого духа, и в глубинах человеческого "Я" нашла мир, через зеркала которого открыла иную сторону законов Вселенной и научилась управлять многими процессами природы без помощи техники. Эти знания всегда оставались эзотерическими, пере­давались от Учителя к ученику или строго ограниченному числу посвя­щенных лиц. Такая эзотеричность большей части древних знаний, как и их раскрытие в настоящее время, конечно, имеют свои причины, главные из которых — неготовность к тому людей прошлого и угроза всеобщей экологической катастрофы в настоящем.

Война, объявленная официальной позитивной наукой против раз­ного рода феноменов, не укладывающихся в строго обоснованные кон­цепции (например, пророчества, телепатия, левитация, НЛО), при­вела к группировке таких знаний в своего рода "метанауку" или "па-ранауку", в составе которой — оккультизм, теософия, магия и мн. др.

Оккультизм стремится проникнуть за ту черту, которую опреде­лила для себя позитивная наука, подойти к решению человеческих проблем с иных позиций, минуя аппарат формальных научных пред­ставлений. Однако оккультизм не противостоит научным данным, решительно отрицая существование чего-либо сверхъестественного в мире. Он основывается, с одной стороны, на эзотерических древних концепциях о происхождении и развитии Вселенной, сущности и свой­ствах человека, тайны которых хранились египетскими жрецами и индийскими брахманами, а с другой стороны — на исторических и современных фактах, опытах и научных данных [150 ]. С оккультиз­мом близко смыкается теософия, где, однако, больший упор делается не на человека, а на мистические аспекты богопознания, и магия — древняя наука о силах природы и способах овладения ими. Рассматри­вая их вместе, можно выделить общую область, где они пересекаются. Это — взгляды о разных уровнях строения человека, действующих в нем сил; возможностях и способах управления этими силами. Важным практическим разделом этой общей части оккультных наук является медитация.

Особенно важное значение придается медитации в древней йоге. Йога — учение о путях и способах контроля физического тела, психики и ума, признающее существование в человеке неосознанных сил и возможностей управления ими через определенную систему физичес­ких и духовных упражнений.

Вы спросите: "Что общего между христианскими заповедями и йогой? Какая здесь может быть связь?". Ответы на эти и многие другие вопросы мы и попытаемся дать в этой книге.

РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ
МЕДИТАЦИЯ И ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНЫЙ МИР

Глава 1. ОСНОВНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О МЕДИТАЦИИ

В последнее время мы переживаем новый подъем массового инте­реса к Востоку. Слова "медитация", "йога", "астрал" и т. д. становят­ся распространенными и едва ли не модными. К сожалению, очень часто встречаются искаженные представления о многих восточных концепциях развития человека, а некоторые христианские проповед­ники даже призывают отказаться от всего, что связано с йогой и экстрасенсами, считая последних проявлением "козней дьявола", "магией" или "колдовством". Наконец, другие люди говорят: "Йога и медитация — это, конечно, хорошо, но не для нас. У нас, на Руси, своя духовная традиция!" Пример семьи Рерихов, однако, свидетельствует о несостоятельности таких утверждений: русская духовность не про­тиворечит восточным религиозно-философским концепциям, взятым в их высшем синтетическом смысле.

Для того чтобы устранить эти искаженные представления и тем самым восстановить справедливость, необходимо сначала детально ис­следовать, что такое "медитация", какое значение она имеет в йоге, для чет практикуется на Востоке.

1.1. Что такое "медитация"?

Слово "медитация" происходит от латинского " meditor ", что оз­начает "размышляю, обдумываю". Впрочем, латинское " meditatio " имеет аналоги и в других языках: русское "думание" или "умное дела­ние", санскритское "дхьяна", греческое "медомаи" и др. [152 ]. Сейчас в научно-популярной литературе довольно прочно закрепился запад­ный эквивалент - "транс". Кроме того, в качестве синонима медита­ции можно понимать и такое близкое понятие, известное даже по средневековым философским трактатам, как "созерцание" или "само­созерцание" [напр., 71; 84; 85]. Свами Бхактивсданта [22: с. 816] также определяет медитацию как "мысленное созерцание" какого-ли­бо объекта.

Во всех случаях под медитацией подразумевается длительное размышление о каком-то предмете, явлении или процессе, происходящее в состоянии углубленной сосредоточенности психики и ума, при кото­ром все остальные, посторонние объекты не проявляются в сознании медитирующего.

Попробуйте длительное время думать о каком-либо предмете и вы скоро обнаружите, что мысли рассеиваются и перескакивают на другие предметы или явления. Вместе с переключением сознания на другие объекты многие свойства первого предмета так и остаются нераскры­тыми, и для возвращения к их анализу человек должен прилагать определенные умственные усилия. Понятно, было бы хорошо, с одной стороны, не испытывая напряжения, размышлять так, чтобы ни одно из интересующих свойств объекта не осталось бы нераскрытым, а с другой стороны. — получить максимум информации за самое короткое время. Все это требует качественного повышения уровня мышления, перехода на более высокие уровни познания, что и достигается благо­даря медитации.

В. Сидоров [135: с.32 ] пишет: "... Между обычным умственным напряжением и состоянием медитации нет непреодолимой пропасти,... все отличие между ними, очевидно, заключается лишь в качестве сосредоточенности. Медитация — собранность внимания необычного рода и силы, когда человек как бы целиком сливается с предметом размышления. Это состояние — по большей части бессознательно — испытывали пишущий стихи и музыку, художник, артист. Но не толь­ко они. Каждый из нас, если разобраться, переживал когда-то такие моменты... В процессе медитации человек как бы пробивается к сокро­венно-глубинному пласту своего существа, к своему так называемому высшему "Я"... Начинают активно работать планы подсознания, всту­пают в действие механизмы интуиции, и вопросы получают молние­носно-мгновенное и четкое решение. Мы привыкли называть это оза­рением, экстазом.".

Хотя между обычным размышлением и медитацией действительно нет непреодолимой пропасти, различия все же есть. Количественные изменения в степени сосредоточенности на объекте размышления, на­капливаясь, приводят к качественным: достигается иной, более высо­кий уровень осознания исследуемого объекта (предмета, явления, сво­его "Я"), и он, свойства его бытия осознаются на иных, более высоких плоскостях познавательных процессов. Это необходимо прежде всего для познания высших философских истин, большинство из которых можно реально постичь и применить к самому себе только через меди­тацию.

Состояние медитации — это прежде всего состояние углублен­ной сосредоточенности психики и ума, которое вызывается и происxодит в определенной последовательности психофизиологических актов, складывающихся в единый, целостный и непрерывный процесс. Первичным этапом во всех вариантах практики является до­стижение медитирующим состояния расслабленности, пониженной чувствительности к внешним объектам, отрешенности от них, а так­же — от других, второстепенных внутренних переживаний. Это — общее свойство, присущее всем религиозным, религиозно-философ­ским, психотерапевтическим и другим медитативным практикам. Умение же отрешиться от всего постороннего, реализуемое разными людьми в различной степени, прямо связано со степенью сосредото­ченности, и оно является условием, без которого состояние транса остается недостижимым. Другим общим свойством во всех типах прак­тики выступает также заключительный или один из последних этапов медитации — озарение, просветление, прозрение, экстаз ("Эврика!"). Это — результат медитации и одновременно — контроль ее правиль­ности.

В таком широком понимании медитация с древнейших времен рассматривалась на Востоке как средство самовыражения человека, позволяющее вместе с тем реализовать скрытые возможности чело­веческого "Я". Так, озарение и экстаз — не единственные следствия медитации. Другие "плоды" медитации, например, — изменение стереотипов поведения человека или исцеление. Цели, ради кото­рых практикуется медитация, мы подробно рассмотрим ниже — в разделе 1.2.

В более узком контексте под медитацией понимаются также спе­циальные упражнения, предназначенные для расширения умственно-психических способностей человека, их развитие в том или ином на­правлении. Это узкое понимание слова "медитация" следует отделять от общего, широкого ее понимания как состояния углубленного сосре­доточения, которое зачастую возникает спонтанно и носит, таким об­разом, специальное название — "автомедитация".

Изложенные положения справедливы как для классических форм медитативной практики, принятых, например, в буддизме или йоге, так и для современных форм психотренинга — аутогенной тренировки ( AT ), трансцендентальной медитации (ТМ) и др. [см. 162; 163].

Одно из отличительных свойств медитации — ее длительность. На практике продолжительность медитации может варьировать в доволь­но широких пределах — от 10 — 15 минут до 2 — 3 часов и более, что зависит от назначения медитации, ее основных задач, варианта практики, а также от способностей самого человека. Некоторые духовные деятели Индии могли находиться в состоянии трата по нескольку дней и даже месяцев. Например, Венткатараман Махариши, будучи школь­ником, впал в состояние глубокого самососредоточения во время одного из уроков, и оно длилось у него в общей сложности полтора года, пока он не пришел к тем выводам и к тому образу жизни, которые он исповедовал до последних дней. Последние 25 лет своей жизни Шри Ауробиндо Гхош провел в основном медитируя в полной неподвижно­сти.

Вот как описывает процесс йогического созерцания Герман Гессе в романе "Игра в бисер" [35: с. 143]: "Я пришел в его келью, хотел обратиться к нему, но застал его погруженным в себя, в ритуальной индийской позе, пробиться к нему нельзя было, он витал, тихо улыба­ясь, в каком-то совершенно другом мире, и мне ничего не оставалось, как остановиться у двери и подождать, когда он очнется. Ждать при­шлось очень долго, час и еще два часа, я наконец устал и опустился на пол; ч сидел там, прислонившись к стене, и все ждал. Наконец я увидел, как он понемногу просыпается, он шевельнул головой, расправил пле­чи, медленно развел скрещенные ноги, и, когда он уже вставал, взгляд его упал на меня.". Понятно, что далеко не все могут и не всем надо так медитировать. Для этого потребовалось бы по меньшей мере несколько лет систематических занятий, и многим людям в силу разных причин такое просто невозможно. Кроме того, Гессе описал здесь лишь внеш­нюю сторону процесса, тогда как множество внутренних аспектов ме­дитаций нам остается познавать самим.

В научной литературе, особенно в востоковедении, широко приме­няется слово "психотехника". Этот термин нам представляется весьма неудачным, поскольку ясно, что принципы техническою творчества и конструирования весьма далеки от того, что связано с душой и интел­лектом. Возможно, поэтому он сравнительно редок в западной литера­туре. Тем не менее его употребление призвано подчеркнуть наличие строго определенной последовательности этапов медитативной прак­тики. В этом значении мы его также будем иногда использовать с той оговоркой, что "техника" и "психотехника" — качественно различ­ные вещи.

Поскольку любое явление намного богаче по содержанию, чем даже самое подробное его определение, необходимо рассмотреть целый ряд других вопросов, чтобы читатель смог лучше понять по прочтении этой книги, что такое "медитация" и для чего она нужна,

1.2. Цели медитативной практики

Когда кто-то слаб и не развит физически, мы советуем ему занять­ся гимнастикой, записаться в какую-нибудь секцию, где по мере систематических тренировок он смог бы ликвидировать или существенно уменьшить свои физические недостатки. Ту же роль играют и медита­тивные упражнения, но уже по отношению к психике и умственному развитию.

Эффекты медитативных упражнений множественны, хотя у раз­ных людей они проявляются не только в различной степени, но и само развитие идет в неодинаковых направлениях согласно их врожденным способностям. Систематизируя положительное влияние упражнений в медитации на человека, можно выделить следующие основные аспек­ты:

1. повышение интеллектуальных способностей, глубины воспри­ятия действительности и отдельных явлений, развитие аналитических возможностей, облегчение переходов от дедуктивного мышления к индуктивному и наоборот;

2. выработка чувства глубинного спокойствия, восстановление на­рушенной психики, приобретение повышенных способностей к управ­лению нервно-психической деятельностью; лечение психических за­болеваний;

3. улучшение памяти, ликвидация бессонницы;

4. общее оздоровление организма, профилактика общих функци­ональных расстройств; повышение выносливости организма и устой­чивости к разного рода заболеваниям;

5. повышение эстетических вкусов, развитие чувства гармонии, красоты;

6. выработка экстрасенсорных способностей, "сверхъестествен­ных" возможностей человека.

Однако помимо этих частных эффектов, систематические медита­ции вызывают и то, что принято называть системным эффектом. Он проявляется прежде всего в изменениях генеральной линии поведения человека. Его поступки становятся все более и более осмысленными, в мотивации той или иной деятельности начинают проявляться высшие ценности — доброта по отношению к окружающим, доброжелатель­ность даже к малознакомым людям, способность к бескорыстным де­лам. Однако основная конечная задача медитативной практики — вы­работка такого уровня сознания, который называют космическим [63; 64; 67; 68; 105—107; 127].

Обычно словосочетание "космическое сознание" вызывает у скеп­тиков ироничные высказывания, большей частью в связи со случаями попадания в психиатрические больницы отдельных приверженцев во­сточных учений. Однако на все это следует сделать два основных воз­ражения. Во-первых, существуют люди, по своей природе предраспо­ложенные к психическим заболеваниям, и занимаются ли они йогой или нет, может не иметь существенного значения. Во-вторых, сойти с ума можно и занимаясь одной только математикой или музыкой. Та­ких случаев намного больше, чем применительно к "йогам". Массовая неосведомленность населения относительно теории и практики восточ­ных учений, а также значительная заинтересованность известных всем политических кругов и породили в итоге сплетни о якобы существую­щей связи между йогой и психбольницей. Более того, в самой Индии медитативные упражнения йоги стали успешно применять в последнее время в психиатрической практике, и были случаи излечения даже тяжело больных людей [136; 168].

Определенный риск нанести здоровью ущерб вместо пользы суще­ствует как в йоге в целом, так и при выполнении медитативных упраж­нений в частности, если не соблюдать ряд требований, играющих ту же роль, что и инструктаж по технике безопасности. Но ведь, катаясь на велосипеде, можно тоже легко сломать себе шею или попасть под автомобиль, если не выполнять правила уличного движения. Ограни­чения и рекомендации, которые необходимо твердо усвоить перед на­чалом каких-либо занятий, подробно изложены ниже — в главе 5. При неукоснительном их соблюдении риск нанести себе какой-либо ущерб минимален. Зато положительные эффекты от систематических заня­тий медитацией очевидны и в излишней рекламе не нуждаются.

Самое главное требование — четко знать, для чего прежде всего вам могут понадобиться медитативные упражнения. При осознанной практике эффект от них возрастает во много раз. 'Здесь могут быть только два самых главных запрета: не использовать упражнения для нанесения ущерба другим людям (даже против тех, кого вы считае­те своими врагами) и не ставить единственной целью приобретение сверхъестественных способностей. Это — всеобщая великая клятва тех, кто занимается йогой. Остальные рекомендации, как я уже сказал, подробно рассматриваются в четвертой главе, и к ним следует отне­стись с полным вниманием.

Независимо от пола, возраста и других свойств человека и приме­няемых им конкретных методов медитации, ее основное назначение связано с познанием Бога, растворением в Нем своего "Я", включая самопознание. Такой аспект является доминирующим во всех восточ­ных учениях — даосизме, буддизме, индуизме, тантризме, включая школы восточных единоборств (у-шу, каратэ, айкидо, сумо, дзю-до).

Широко известный древнегреческий афоризм гласит: "Познай самого себя, и ты познаешь весь мир". Действительно, если рассматривать человека как систему, справедлива и теорема Геделя о неполноте. Согласно этой теореме свойства системы не могут быть поняты исклю­чительно из нее самой, а только с позиций системы более высокого уровня. Следовательно, познавая, себя, человек развивается и достига­ет более высокого уровня. Все же остальные эффекты медитации — контроль психики и ума, релаксация, исцеление болезней, ясновиде­ние и другие "сверхъестественные" способности — лишь следствие, естественно возникающее из такого развития. В то же время, посколь­ку назначение человеческой жизни нельзя выводить только из нее самой, говоря что смысл жизни в самой жизни, практика медитации прямо ведет к совершенному исполнению объективных космических функций человека, которые он реализует во Вселенной.

1.3. Медитативная практика и мировая культура

Медитация как специальный метод познания высших философ­ских истин и религиозных идей существовала с древнейших времен в культуре разных народов. Вопросы о смысле человеческого "Я", его свойствах, происхождении и предназначении естественно должны бы­ли возникнуть одновременно с приобретением Homo sapiens L . способ­ности к абстрактному мышлению. Поэтому история становления и развития медитативных практик теряется в глубочайшей древности. Об этом свидетельствуют и сообщенные Свами Васвани данные о про­исхождении йоги. Так, он сказал в одной из своих публичных лекций [181], что родиной Хатха-йоги является Лемурия (огромный древний материк-цивилизация, погибшая около 30—50 тыс. лет назад), Лайя-йога произошла от цивилизации Атлантиды, а Раджа-йога была внесе­на в Индию древними арийскими племенами-завоевателями. Посколь­ку медитация является единственным методом достижения Истины в Лайя- и Раджа-йоге (см.ниже — разделы 2.3 — 2.4), следовательно, период формирования медитативных практик можно отнести ко вре­мени не позднее 10 тыс. лет до н. э. Надо полагать, многие духовные ценности древнейших цивилизаций не раз погибали вместе с их носи­телями-жрецами, так что известные нам данные можно уподобить кусочкам огромного разбитого зеркала, которые были разбросаны по всему свету. Интересные данные приводит и древнегреческий историк философии Диоген Лаэртский [52:1, 2—11 ]: "Занятия философией, как некоторые полагают, начались впервые у варваров: а именно у персов были их маги, у вавилонян и ассириян — халдеи, у индийцев — гимнософисты, у кельтов и галлов — так называемые друиды и семнофеи... Египтяне уверяют, что начинателем философии, хранимой жре­цами и пророками, был Гефест, сын Нила, от него до Александра Македонского прошло 48 863 года... Маги проводили время в служении богам, жертвоприношениях и молитвах..., рассуждали о сущности и происхождении богов, считая богами огонь, землю и воду;...занима­лись гаданиями, прорицаниями и утверждали, будто боги являются им воочию, да и вообще воздух полон видностей, истечение которых раз­личимо для зоркого глаза... Египтяне...считают, что мир шарообразен, что он рожден и смертен; что звезды состоят из огня, и огонь этот, умеряясь, дает жизнь всему, что есть на земле что затмения луны бывают оттого, что луна попадает в тень земли; что душа переживает свое тело и переселяется в другие". Так или иначе, здесь мы можем привести лишь указания, которые свидетельствуют о древности меди­тации только косвенным образом. Того, что мы называем "психотех­никой", в те времена или вообще не существовало записанным как письменный источник, а передавалось из уст в уста, или было сокрыто от посторонних самым тщательным образом. Не случайно поэтому исследователи древних манускриптов делают все новые и новые откры­тия тайных рукописей, например, в тибетских монастырях.

1.3.1 Медитация в период античности и в средневековой Европе

В Европе системы религиозного и философского психотренинга был известны еще в период античности, начиная от Критской циви­лизации и древней Рреции. Так, уже в IY в. до н. а. Пифагор использо­вал лечебное воздействие музыки на психику человека. Вероятно, эти методы существовали еще в Орфический период, поскольку пифаго­рейцы считались преемниками и последователями орфического уче­ния, а сама легенда об Орфее самым непосредственным образом свиде­тельствовала о "магической" силе его музыки. По некоторым све­дениям, Платон посещал Египет для обучения египетским мистериям [111]. Идея "философского экстаза" платоников была затем подхва­чена неоплатониками [152: с. 357 ], и техника достижения транса опи­сана в одном сочинении античного неоплатоника в III — IY вв. н. э. Жрецы Дельфийского храма в Афинах также знали и использовали приемы вхождения в состояние глубокой медитации. Предсказаниям оракулов придавалось большое значение в политической жизни антич­ных городов.

Медитация в древней Греции и древнем Риме была связана исклю­чительно с деятельностью жрецов языческих культов античных богов. Тем не менее и в народе существовала глубокая вера в чудодействен­ную силу различных заклинаний и убеждение в том, что боги вмеши­ваются в людские дела и могут дать исцеление. Так, у древних римлян после специальных процедур внешнего и внутреннего очищения, пред­писывавшихся жрецами, больной приносил в храме жертву богам; он ложился на труп жертвенного животного, катался на нем и на полу возле него, входя в состояние экстаза. Важно было получить от богов какой-либо знак, что больной выздоровеет [111 ]. Поражает сходство такого метода "терапии" с некоторыми шаманскими практиками, с той разницей, что сам шаман обычно вводит себя в состояние экстаза, катается по полу в " потустороннем путешествии ", борясь там со злыми духами, которые вызвали болезнь. Есть основания предполагать нали­чие такой практики и у племенных колдунов древних германцев, а также других племен, населявших Восточную и Юго-Восточную Евро­пу.

Ко времени появления Иисуса Христа наибольшее разнообразие различных культов существовало в завоеванной римлянами Иудее. Становление христианства, последующие гонения христиан, бурные политические события — все это давало крайне разнородную картину духовной жизни Европы, если к Тому же учитывать и влияния сугубо восточных религиозных верований. Эпоха "великого переселения на­родов" в III - Y вв. н.э. привела к тому, что Запад был буквально навод­нен различными магическими практиками. Так, вместе с манихейст­вом (религиозно-философским учением персов, возникшим в III в.) на Балканы проник и зороастризм. Предполагается, что он оказал влия­ние на формирование мистического учения секты богомилов [111]. Последнее через катаров (альбигойцев) достигло юга Испании и Фран­ции, пока все сторонники не были уничтожены крестоносцами в XIII веке. Таким образом дохристианская Европа образовывала так назы­ваемый "третий пояс мудрости" [141 ], аккумулировав в разнообраз­нейших мистических и магических практиках сохранившиеся осколки более древних знаний греческого, римского или восточного происхож­дения. Даже в эпоху позднего средневековья и разгула инквизиции эти знания устойчиво сохранялись в виде народных суеверий, колдовских заговоров, знахарства, разнообразных языческих обрядов.

С установлением и всеобщей победой христианства основной ак­цент медитативной практики сместился в сторону длительных молитв и схоластических рассуждений. Молитвы длились по часу-полтора, а то и по нескольку часов, что также представляло собой не что иное, как медитацию. Более сложные и отточенные медитативные практики су­ществовали в католических и православных монастырях (причем они сохранились и по сей день — например, в литургиях). Особенно это относится к закрытым духовным орденам (например, доминиканцев, тамплиеров, госпитальеров), где существовала сложная многоуровне­вая иерархическая структура. Деятельность высших кругов этих орде­нов была закрытой не только для мирян, но и для служителей низших кругов орденской или церковной иерархии. Сохранившиеся отрывки немногочисленны, и все они представляют собой благодатную почву для современных исследований с целью реконструкции быта и практи­ческих деталей духовной практики таких орденов. Однако и сейчас можно сделать вывод о наличии специальных упражнений. Так, на­пример, одно из высказываний тамплиеров гласит: "Ищи сокровище в сердце своем", что полностью соответствует многим тайным вос­точным учениям. Известно также существование "Логос-медитации", "Иисусовой молитвы" в православии, и, с другой стороны, "экзерци-ций" иезуитов. Система медитативной практики, развитая основате­лем ордена иезуитов Игнатием Лойолой, описывалась как "технология воображения", направленная на психическое развитие индивида и его духовное перерождение. Были отмечены [178] существенные совпаде­ния между основными элементами этих духовных упражнений, прак­тикой йогической медитации и фрейдовской психотерапией. Святой преподобный Серафим Саровский медитировал часами, погружаясь в себя и приобщая свое сознание Богу [133], хотя слово "медитация" и отсутствует в описаниях его жизни. Иисусова молитва ("Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго!"), которой он придавал большое значение, повторялась им многократно, как и бес­прерывное чтение мантр на Востоке (Джапа-медитация).

Многие подвижники раннего христианства оставили нам целые сборники разных поучительных назиданий, заповедей и просто на­блюдений [см. 55; 119; 133]. Все они обусловили общий духовный настрой средневековой Европы, который отразился и в трудах фило­софов, писателей и общественных деятелей той эпохи. Так, Михаил Пселл (1018—90-е гг. 11 в.) в Византии призывал к бережному обращению к античному наследию и критическому анализу его по­ложений в свете христианского учения. Он признавал наличие "вы­сшей философии" как теологии, постигаемой только озарением свы­ше, и "низшей философии", т. е. научного знания, доступного фор­мальным логическим выводам. Между ними ставилась "наука о бес­телесном", т. е. математика и другое абстрактное знание. Таким обра­зом, целью философской деятельности Пселла был синтез античных, христианских воззрений и оккультизма неоплатонического типа [152]. Несколькими веками позже Николай Кузанский (1401—1464 гг.) пишет трактаты "О видении Бога" и "О вершине созерцания". В первом произ­ведении он пытается "рассказать о чудесах, открывающихся превыше всякого чувственного, рассудочного и интеллектуального видения", вве­сти в "священную темноту", чтобы ощутить "среди мрака присутствие неприступного света; пусть каждый по-своему, способом, который ему пошлет Бог, неустанно пытается приблизиться к нему и здесь на зем­ле... предвкусить... пир вечного счастья..." [84: с. 35]. Далее Н. Кузан­ский фактически описывает в предисловии методику медитации над иконой, то есть по сути то же, что рекомендует Йогашакти Сарасвати в качестве йогического упражнения [ср. с 184] (!). Отходя от иконы на восток, на запад или в других направлениях, наблюдатель должен почувствовать неотступный взгляд иконы, вечное присутствие Бога везде и всюду. Далее он пишет: "Задумавшись об абсолютном зрении, которое я отделяю от всех и всяческих органов зрения, и сообразив, что это абсолютное зрение во всем конкретном бытии..., я начинаю пре­красно понимать, что сущности зрения вовсе не обязательно принад­лежит поочередность и неодинаковость видения... Абсолютное зрение свернуто заключает в себе все способы видения..., в абсолютном зрении все способы его конкретизации существуют без ограничения..." [84: с. 37—38]. Такой подход едва ли не тождествен йогическому "прямому восприятию", о котором свидетельствуют многие источники [напр., 22; 23; 29; 71; 160; 184]. В работе "О вершине созерцания" Н. Ку­занский продолжает, правда с большим оттенком схоластики, тему о сверхчувственном восприятии всего Божественного, говоря о возмож­ности "ума видеть выше всякой постижимой силы" [85 ]. В многочис­ленных работах задачей познавательной деятельности человека фило­соф ставит познание Божественной Истины, а средством — просветле­ние сознания.

Здесь следует также упомянуть и об Иоганне Экхарте ( или Май-стере Экхарте ) (1260—1328 гг.) — немецком мыслителе, которого называют также великим мистиком средневековья. Несмотря на то, что он был монахом-доминиканцем, его воззрения существенно отли­чались от ортодоксального христианства. Человек, по Экхарту, спосо­бен познавать Бога благодаря тому, что в самом человеке есть "искор­ка", единосущная Богу. Отрешаясь от своего "Я", соединяясь с Боже­ственным "ничто", душа человека является средством вечного порож­дения Богом самого себя. Отрывки из сочинений Экхарта, как отмечал Б. Сахаров [128 ], очень близки отдельным высказываниям Шанкары (788—820 гг.) — видного индийского философа и мистика, ведущего представителя учения Веданты. По Экхарту, за "Богом" стоит "Боже­ство" ( Gotheit ), т. е. безличный и бескачественный Абсолют, представ­ленный в трех лицах.

Независимо от конкретных особенностей философских и теологи­ческих воззрений разных школ и отдельных мыслителей средневеко­вой Европы, все они рассматривали в качестве фундамента духовного прогресса человека систему морально-нравственных постулатов, т. е. христианских заповедей. Эти заповеди сводятся к следующим основ­ным положениям [83 ]: 1) "Я есть Господь Бог твой" (т. е. Бог един); 2) не сотвори себе кумира; 3) не произноси имени Господа Бога твоего напрасно; 4) помни день субботний: шесть дней работай, посвятив седьмой — субботу — Господу Богу твоему; 5) чти отца и мать своих; 6) не убий; 7) не прелюбодействуй; 8) не укради; 9) не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего; 10) не пожелай жены, дома, раба, рабыню и всего другого, что принадлежит ближнему твое­му. О том, как эти заповеди соблюдались на практике в Западной Европе, знают многие: здесь и костры инквизиции, и крестоносцы, и разврат папского двора. Так или иначе, основная идея христианства выдерживалась постоянной, даже в разных его течениях. Это — идея греха и спасения человека. Если люди осознают, что грешны, и напра­вят свои помыслы в сторону очищения души, поверят в великого Боже­ственного спасителя — Иисуса Христа, который был послан Богом на землю и своей мученической смертью искупил грехи человеческие, они будут спасены [28 ].

Чрезвычайно важно отметить, что церковные обрядные формы, принятые в христианстве, еще не составляют сущность самого учения. Так, святой Серафим Саровский говорил [133: с. 51]: "Молитва, пост, бдение и всякие другие дела христианские, сколько ни хороши они сами по себе, однако не в делании только их состоит цель нашей христиан­ской жизни, хотя они и служат необходимыми средствами для дости­жения ее. Истинная же цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святого Божьего. Пост же, и бдение, и молитва, и милостыня... суть средства для стяжания Святого Духа Божьего.". "Стяжание", или приобретение Святого Духа, он далее сравнивает с наживанием денег и хранением их в банке. Казалось бы, сравнение довольно странное, но и Омраам Михаэль Айванхов, раскрывая многие тайные аспекты христианства с позиций эзотерических знаний Посвя­щенных [3; 175 ], также сопоставляет результаты молитвенной и иной практики с накоплением богатств в "небесном банке", где ничто не пропадает бесследно, а все учитывается после смерти человека. При­мечательно, что все эти воззрения полностью совпадают с аналогичны ми представлениями религий Востока (см. ниже). Особенно это видно на примере высказываний Блаженного Диадоха ( YII в.): "Предел, или верх совершенства веры, есть бесстрастное погружение ума в Бога" (55: с. 7 ]. Это "погружение ума в Бога" полностью созвучно теорети­ческим основаниям учений Востока: буддизма, индуизма, йоги и др. (см. ниже).

Однако, несмотря на сходство многих положений западной и вос­точной философской мысли и религиозных доктрин, только на Вос­токе идея психофизического совершенствования человека получила наиболее полное, всестороннее обоснование. Культура Запада в ис­ходной основе базировалась на древнеримской, значительную роль придававшей развитию техники и научному знанию. Поэтому доми­нировала четкая система формально-логических, конструкций, где каждый объект был конечным и строго определенным, в отличие от восточных учений, где полисемантизм терминов — обычное явление в связи, прежде всего, с распространенной теорией макро- и микро­косма (см. ниже — раздел 3.5). Древность восточных цивилизаций и доминирование в их культурах установки на проблемах человека — все это привело в итоге к тому, что методики медитации были отшли­фованы (плоть до мельчайших деталей самым тщательным образом. Что является самым главным — они были приведены в соответствие с разнообразными аспектами психологии, физиологии, биоэнергетики человека в связи с особенностями внешней природы и космическими ритмами. Таким образом, возникли стройные и целостные системы духовного и физического совершенствования человека. Практическая апробация этих теорий на протяжении более 5—6 тысяч лет невольно внушает уважение, и скептицизм рассеивается по мере дальнейшего знакомства с такими учениями [77 ].

1.3.2. Медитация в древнем Китае

И. А. Ефремов в известном романе "Таис Афинская" привел гипо­тезу, согласно которой небольшая уцелевшая часть населения Атлан­тиды двинулась на восток. Одна группа беженцев обосновалась в устье Нила, откуда пошли величественные культы египетских жрецов, ос­нованные на необъяснимо высоких знаниях астрономии, математики, человеческой души. Другая группа направилась дальше и разделилась впоследствии на две ветви. Одна часть обосновалась в Индии, другая — в Китае. Так или иначе, возникновение истоков этих цивилизаций обычно относят к 3—4 тысячелетию до н. э., и здесь еще очень много неизвестных и малопонятных пока фактов. Среди таких необъяснимых пока аспектов — практическое использование порошковой металлур­гии (которая на Западе была успешно применена лишь в середине XX в.), чудеса архитектурных решений, космогонические теории, к которым наша наука пришла сравнительно недавно, и др. Так или иначе, именно в Индии и Китае мы находим наиболее сложные и отточенные методики медитативной практики. В древнем Китае они были связаны в основном с философско-религиозными учениями дао­сизма и буддизма.

Возникновение даосизма.связывают с именем легендарного древ­него философа Лао-цзы, автором трактата "Дао-дэ цзин" ("Книга о дао и дэ"), относящегося к IV — III вв. до н.э.). Согласно легенде, мать вынашивала Лао-цзы несколько десятков лет и родила стариком, отку­да и происходит один из переводов его имени — "Старый ребенок" (другой, очевидно более правильный, — "Старый философ", посколь­ку знак "цзи" означает еще "философ, духовный наставник, учи­тель"). Идя на запад, Лао-цзы оставил смотрителю пограничной заста­вы свое сочинение "Дао-дэ цзин" [28; 111; 152 ]. Есть основания пред­полагать, что истоки даосизма намного древнее. Так, например, одна из книг, использовавшаяся даосами — "И цзин" ("Книга перемен"), как предполагается [111], относится к 3 тысячелетию до н. э. Другой элемент даосских воззрений — теория первичных элементов (см. раз­дел 3.5) также свидетельствует о большей древности этого учения, чем датируется "Дао-дэ цзин".

Основа даосизма — концепция Дао, т. е. концепция всеобщего закона или пути Вселенной, по которому она развивается. Дао господ-ствуетЛезде и во всем, всегда и безгранично. В природе все, например тростник или гора, подчинено Дао. "Вот вещь, в хаосе возникающая; прежде неба и земли родившаяся! О Беззвучная! О лишенная формы! Одиноко стоит она и не изменяется. Повсюду действует и не имеет преград. Ее можно считать матерью Поднебесной. Я не знаю ее имени. Обозначая иероглифом, назову ее Дао...",— читаем в "Дао-дэ цзин" [58: с. 128]. Дао невидимо, его нельзя выразить словами, полностью познать и выразить в терминах логического аппарата. Невидимое и неслышимое, недоступное органам чувств, постоянное и неисчерпае­мое, безымянное и бесформенное, оно дает начало и форму всему во Вселенной [28 ]. Так она характеризуется и в более позднем трактате последователя и преемника учения Лао-цзы — Чжуан-цзы [89 ]. Им­материальный характер Дао ведет к возможности его познания чисто интуитивным образом. В школах философов-даосов оно, видимо, обоз­начало и закон как природу вещей, а в синтетическом плане — и саму жизнь [111 ]. Л. С. Васильев [28 ] отмечает прямую близость понятия о

Дао к индо-арийской концепции о всеобщем Брахмане, безличном Абсолюте, эманация которого сотворила видимый мир.

У даосов были пять заповедей (у-цзе): не убивать, не пить вина, не лгать, не красть, не прелюбодействовать. Предписывалось соверше­ние десяти добрых дел: почитание родителей, верность господину и наставнику, сострадание ко всем тварям, помощь страждущим даже во вред себе, освобождение на волю животных и птиц, возведение мостов, посадка деревьев, строительство жилищ и колодцев у дорог, наставле­ние неразумных людей и проч. [145 ]. Без соблюдения этих моральных принципов не может быть духовного прогресса и высшая цель человека останется нереализованной.

Высшая цель человека, согласно представлениям даосов, состоит в том, чтобы познать Дао, следовать ему и слиться с ним. В этом — смысл, цель и, одновременно, счастье для людей. Нарушение принци­пов естественной жизни, отход от Дао приводит к болезням, дряхлости и преждевременному старению. Наоборот, простота и естественность жизни, следование Дао дают здоровье и долголетие. Основной закон для человека — принцип недеяния (у-вэй), т. е. ненарушение естест­венного хода процессов, вселенского порядка вещей, определяемого Дао. В эмпирическом мире Дао проявляется через свою эманацию — т. е. дэ. Дэ, в свою очередь, применительно к человеку обусловливает его "жизненную энергию" (ци). Дэ может быть также переведено как "сущность, смысл существования, природное качество", что, на наш взгляд, близко к индийскому понятию "дхарма" (см. ниже).

Анализируя даосские концепции, можно выделить триаду "Дао— дэ—ци", части которой связаны причинно-следственной зависимо­стью. Выделение такой триады имеет важное практическое следствие: контроль над ци, концентрирование в себе жизненной энергии (при наличии обратной связи в такой системе) ведет к изменению дэ, а усиление и улучшение дэ, в свою очередь, ведет к большей близости человека к Дао. Такая схема может позволить объяснить сущность даосской практики физического и духовного самосовершенствования.

Знание алхимии, употребление препаратов, изготовленных из ле­карственных растений и природных минералов, дыхательная гимна­стика и медитативные упражнения приводили к феноменальному дол­голетию: как утверждают легенды, возраст 800—1200 лет считался вполне приемлемым для даосских мудрецов (что согласуется также с долгожительством библейских старцев!), а некоторые из них, как ут­верждается, достигли даже физического бессмертия. Многие знания даосов были утеряны впоследствии, а сохранившиеся рекомендации практического характера в памятниках письменности зашифрованы в иносказательных формах, многочисленных сравнениях, намеках, в которых мог разобраться только узкий круг посвященных лиц. Мы же можем, как правило, воссоздать технику выполнения упражнений "да­осской йоги" лишь в общих чертах.

Рекомендуемые различными даосскими школами пути спасения и достижения физического бессмертия были разнообразны. Так, один из них состоял в употреблении определенных растений, трав, грибов, минералов или специальных лекарств. Приверженцы "внешней алхи­мии" (вэйдань) в основе таких лекарств использовали золото или се­ребро, добываемое различными способами из свинца, киновари, ртути [145 ]. Это сближает даосов с сектой Расайана в древней Индии, кото­рые в поисках подобных лекарств, дающих бессмертие, первыми прак­тически использовали соли тяжелых металлов в медицинских целях [см. 10]. Даосы считали, что пилюли бессмертия тем эффективнее, чем более рафинировано, очищено, и концентрировано лекарство. Для усиления их действия также рекомендовались очищения, посты, уеди­нение в горах или на островах. Согласно легендам [28 ], принятие пилюль бессмертия обычно сопровождалось сначала видимой смертью принявших их людей, которые затем приходили в себя и становились бессмертными.

Другое направление даосской практики, собственно и связанное с даосской йогой, называлось "внутренней алхимией" (нэйдань). Оно состояло в "выплавлении внутренней пилюли бессмертия" в самом теле человека за счет системы контроля внутренних энергетических потоков в организме. Здесь основой служили многочисленные упраж­нения дыхательной гимнастике и медитации, которые приводили к накоплению и особому распределению в теле человека жизненной энергии — ци. Эта практика в экзотерическом плане известна как система ци-гун (или цзо-гун) [56; 145].

Основу даосской йоги составляли дыхательные упражнения. Так, в трактате IY в. н. э. "Бао-пу-цзы" рекомендуется следующее упраж­нение: "Начинающий вдыхает через нос и, задержав воздух, считает до 120, затем выдыхает через рот. Вдох и выдох должны производиться беззвучно. Близ ноздрей следует держать гусиное перо, и когда умение достигает того уровня, что перо перестает дрожать, то первый этап искусства дыхания можно считать проведенным. На следующем этапе счет постепенно увеличивается, пока не достигнет тысячи, причем практикующий заметит, что он не стареет, а становится все моло­же..." [111]. Дыхательные упражнения проводились в состоянии пол­ного покоя, самоуглубления и созерцания. Даосы считали, что после появления на свет человеку следует дышать "эмбриональным дыхани ем", по замкнутому кругу. Проводя лот воздух через внутренние препятствия, "заставы" (гуань), доставляя его в определенные места, можно было в итоге выплавить пилюли бессмертия в самом организме. В случае болезни воздух доставлялся к больному органу, что в итоге приводило к выздоровлению [145]. Занимающемуся предписывалось собирать "эфир прежнего неба" (изначальную тонкоматсриальную субстанцию, существовавшую до возникновения Вселенной), или "из­начальный воздух" и концентрировать его в себе [14]. Такая практика, как мы увидим ниже (см. также разделы 6.18 и 6.23), по сути сходна с теорией накопления праны индийскими йогами. Однако провести не­которые другие аналогии даосской и индийской йоги затруднительно. Это, например, относится к имматериальной "внутренней пилюле бес­смертия", которая "выплавляется" в теле практикующего.

"Совершенствуясь, необходимо собирать прежнее небо, {тогда} много эссенции и воздуха проникнет в священную сокровенность. Со­единены четыре формы в едином теле, в истинном огне пяти первоэле­ментов плавится золотая пилюля. Стихии инь и ян сливаются — тогда только это — Путь, девица и младенец вместе спят. Слева синий дра­кон, неподвластный людям, справа белый тигр — поистине он свиреп. Между ними оказался истинный бессмертный. Схватил их обеими руками, уложил их вместе. Дракон исчез, чувство возникло, тигр успокоился, два начала соединились — завязалась золотая пилю­ля..." [14: с. 214]. "...Достигший совершенства патриарх от прохода Вэйлюй поднялся к небу. Во вторую стражу пребывал в покос, дейст­вовал по своей воле. Сквозь двойную заставу Цзяцзи проник в сокро-венйую пустоту. Встретился истинный дух. {Он} осветил песчинки Ганга до самого дна. Сокровенную мысль — не ведают люди — искать в себе надо... Во Дворе Пяти светил осветил черный терем. Показалась {его} верхушка. Серебряная река течет вниз. Поистине сокровенно глиняный котел. Желтый двор, природа и судьба соединились..." [14: с. 203]. Эти отрывки, описывающие технику даосских упражнений, взяты из трактата XYI в. "Баоцзюань о Пу-Мине", в котором изложено вероучение буддийско-даосской секты Хуантяньдао ("Желтое небо"). Из них видно, как тщательно оберегались тайны практики от посторон­них, а неискушенному западному читателю они вообще могут пока­заться каким-то мистическим бредом. Понять подобные цитаты можно только на основе глубоких знаний воззрений даосов о Космосе, соотно­шении макро- и микрокосма, первичных элементов, анатомических терминов. В системе даосских взглядов о внутреннем строении челове­ка одни и те же органы зачастую имели по несколько названий, и наоборот, в зависимости от контекста одно и то же слово могло обозна чать разные анатомические структуры [145]. По мере раскрытия тайн индийской йоги (см. ниже) становится ясным, что в приведенных от­рывках речь шла не столько о дыхательных упражнениях, как это обычно считается [напр., 28; 111; 145 ], сколько о сложных медитатив­ных процедурах по выявлению внутренних энергетических потоков и волевому управлению их движением. Так, например, из того же трак­тата — "Баоцзюаньо Пу-Мине" — известно о существовании даосско­го упражнения "поменять Кань и Ли местами". Среди многих значений этих иероглифов можно найти, что Кань соответствует Луне, а Ли — Солнцу. Аналогичное упражнение есть и в индийской йоге (см. раздел 6.20).

Впоследствии даосизм претерпел разнообразные изменения, раз­делившись на ряд отдельных направлений и практик. Зачастую даос­ские воззрения соединялись с буддийскими традициями и включались в вероучения различных китайских, японских и других сект или рели­гиозно-философских школ.

Другая великая религия мира, оказавшая огромное влияние на становление и развитие культур стран Востока, — буддизм. Он заро­дился в Индии в 6—5 вв. до н. э.; его основатель — Сиддхартха Гаутама (Будда). Из Индии он затем распространился в соседние регионы: Китай, Монголию, Тибет, Лаос, Камбоджу, Вьетнам, Японию и др. Основой буддизма считается учение о страдании ("четыре благородные истины") и восьмеричном пути избавления, спасения души и достиже­ния Нирваны [28; 36; 47; 56; 110; 111; 123; 159 и др.]. Слово "Нирвана" является центральной философской категорией буддизма, означаю­щей как состояние несвязанности личности с внешним миром, полный душевный покой и блаженство, так и область в Космосе, высший мир в космической беспредельности, попав куда, душа после смерти обретает вечное блаженство, не возрождается больше в других людях и, таким образом, не испытывает страданий в "колесе перерождений" (т. е. Сансаре).

"Четыре благородные истины" буддизма сводятся к следующим положениям, которые фактически рассматриваются как аксиомы [28; 111; 125; 159]:

1. Жизнь есть страдание.

2. Желания — причина страданий.

3. Страдания можно прекратить.

4. Существует способ прекращения страданий, приводящий к ни­рване.

Эгоцентрическая установка человеческого "Я" порождает жажду испытывать чувственный опыт, влечение к удовольствиям и стремле­ние избежать неприятного. Это обусловливает зависимость людей от внешних объектов и, следовательно, ведет к непостоянству индивиду­альных состояний сознания, причем обычный человек в миру не имеет никаких средств, чтобы противостоять такому непостоянству. Счастье (Сукха) лежит, таким образом, в границах Сансары (бесконечного круговорота существований, т. е. в цикле "рождение—смерть—новое рождение...") и, следовательно, невечно, поскольку оно подчиняется причинно-следственным зависимостям и легко переходит в страдание. Основой всего этого является Авидья (незнание, невежество). Возмож­ность прекращения страдания — важнейшее гностическое положение буддизма, которое, пожалуй можно сравнить с открытием Божествен­ной благодати в иудео-христианской культуре [125 ].

Страдание в буддизме носит всемирный характер, поэтому осво­бождение от страданий надо понимать как акт преодоления всего мира в целом, а не каких-то его отдельных сторон [79 ]. Важно отметить, что термин "Дуккха" иногда прямо переводят как "страдание", что не совсем правильно. Дуккха — следствие, важнейшая составная часть Сансары. Вместе с тем, понимаемая как "тягота, страдание", она со­держит в себе важный онтологический аспект, объективный по своему характеру, а не субъективный, как, например, в христианстве [ПО; 125].

Путь, ведущий к прекращению страданий и нирване, подразуме­вает одновременное соблюдение следующих восьми условий, или сту­пеней [28; 111; 145; 159]:

1. правильные представления (т. е. принятие четырех истин);

2. правильные стремления (т. е. желание достигнуть нирваны);

3. воздержание от лжи;

4. воздержание от насилия по отношению к любым живым суще­ствам; ненанесение им зла в любой форме;

5. праведный образ жизни, состоящий в добывании средств к су­ществованию честным способом;

6. правильные усилия, которые состоят в преодолении соблазнов и плохих качеств; создании благ, которых ранее не существовало, увеличении благ, которые уже имелись;

7. правильные мысли — не рассматривать тело, чувства и эмоции как "Я"; не считать предметы, с которыми связана жизнь, как свою вечную собственность; не отождествлять книжные истины с теми, ко­торые реально познаны на собственном опыте; понимание преходяще-сти всего;

8. правильные сосредоточение и медитация, т. е. размышление о пагубности страстей, источником которых является тело, о страдани­ях, которые порождаются чувствами; о непостоянстве наших представ­лений и условий существования; выработка отрешенности от всего того, что привязывает человека к жизни, от привязанности к телу, уму и чувствам.

Правильное сосредоточение имеет, далее, четыре ступени [125; 159 ]. На первом этапе мы сосредоточиваем свой изначально чистый и невозмутимый ум на осмыслении и истолковании истин; на второй ступени отбрасываются излишнее умствование и беспокойство — вера в "четыре благородные истины" рассеивает все сомнения, и мы испы­тываем состояние радости и душевного спокойствия; на третьей ступе* ни мы освобождаемся от этой радости и от ощущения своей телесности; наконец, на четвертой ступени мы достигаем состояния полной невоз­мутимости, безразличия и отрешенности от всего окружающего, т. е. состояния нирваны. Достигший этого состояния называется архатом. Сам же процесс созерцания (дхьяна), согласно проведенному Р. Дэвидсом анализу "Сатипаттхана-сутры" [123], может быть также подраз­делен на четыре ступени:

·    первая ступень — спокойное и свободное от всякой чувственности исследование предмета, выбранного для созерцания;

·    вторая ступень — мысль остается сосредоточенной на предмете созерцания, но ум освобождается от рассуждений и исследования его;

·    третья ступень — ум полностью освобождается от всех страстей, перестает быть индивидуальным умом;

·    четвертая ступень— ум, вознесенный и очищенный, становится безразличным ко всем воздействиям, кик приятным, так и мучитель­ным.

Исходные положения буддизма можно найти в текстах, например в палийском каноне — Винае-питаке, относящейся к собранию текстов Типитаке. Тексты эти, называемые суттами, рассказывают о жизни Будды и обычно содержат в себе описания его бесед с монахами, мирянами или, наоборот, противниками его учения. " ...Этот благой восьмеричный путь таков: правильные взгляды, правильные наме­рения, правильная речь, правильные действия, правильный образ жизни, правильные усилия, правильная память, правильное сосре­доточение. Это и есть, обхикшу (бхикшу — букв."нищий", буддий­ский монах, странствующий отшельник — Ю. К.), средний путь, постигнутый во время просветления татхагатой (татхагата — эпи­тет Будды, от слова "татхата" как состояния наивысшего просветле­ния— Ю. К.), путь, способствующий пониманию, ведущий к умиротворению, к высшему знанию, к просветлению, к нирване. А вот, бхикшу, благая истина о том, что существует страдание. Рождение — страдание, старость — страдание, смерть — страдание, соединение с тем, что неприятно, — страдание, разъединение с тем, что приятно,— страдание, когда нет возможности достичь желаемого — это тоже стра­дание. А вот, бхикшу, благая истина о том, что страдание имеет при­чину. Это жажда (неосознанная устремленность к чувственным объек­там и самой жизни — Ю. К.), ведущая к перерождениям, связанная с наслаждением и страстью, находящая удовольствие то в одном, то в другом. Жажда бывает трех видов: жажда чувственных удовольствий, жажда перерождений и жажда существования. А вот, бхикшу, благая истина о том, что страдание может быть уничтожено Это уничтожение жажды и полное уничтожение страсти, отказ от них, отречение от них, освобождение от них, отвращение от них." [158]. Многочисленные повторы в текстах буддийских сутр имели, несомненно, дидактическое значение: повторяясь, они создавали у слушающих и читающих ощу­щение незыблемости, вечности истин буддийской религии, особенно важных на фоне сменяющихся событий сюжетной канвы повествова­ния сутт.

Даосский принцип недеяния (у-вэй) был довольно быстро принят сторонниками буддизма, однако смысл его существенно изменился: вместо ненарушения природного порядка вещей "недеяние" подразу­мевалось как синоним "ничего-не-делания". Поэтому праздный образ жизни, многочасовые созерцания над статуями Будды, медитация над смыслом и конкретным применением четырех истин и восьмеричного пути — все это характеризует внешнюю сторону буддийского позна­ния истины. Все это не раз служило основанием для критики со стороны различных философских школ [напр., 71 ].

Так или иначе, в буддизме был распространен обет "три прибежи­ща, пять запретов" (саньгуй у-цзе), т. е. Будда, его учение (Дхарма) и буддийская община (Сангха) и пять заповедей, такие же, как и запреты даосов (см. выше). Считалось, что это не только основные части буд­дийской доктрины, обладающие признаком самодостаточности, но об­ращение к ним также позволяет защищаться монахам от искушающих их злых духов, оборотней и всякой другой "нечисти". Молитва "трем драгоценностям" при этом рассматривалась как самая сильная охрани­тельная формула [48 ].

По характеру созерцательной практики выделяются экзотериче­ский и эзотерический буддизм [56; 111]. Экзотерический буддизм, распространенный среди мирян и части монахов, предписывал соблю­дение морально-нравственных предписаний, размышление о "четырех благородных истинах" и восьмеричном пути, чтение молитв и сутт. П ри этом в суттах можно было найти не только рассказы о жизни Будды и его проповеди, но и хорошие формулы, помогающие продвинуться на пути познания мира. Так, например, в Дигханикае ("Собрании боль­ших поучений") [50:85] можно найти такие строки: "И так, сосредо­точенной мыслью — чистой, ясной, незапятнанной, лишенной нечи­стоты, гибкой, готовой к действию, стойкой, непоколебимой, — он направляет и обращает мысль к сотворению тела, состоящего из разу­ма. Из этого {своего тела} он творит другое тело, имеющее форму, состоящее из разума, наделенное всеми большими частями; не знаю­щее ущерба в жизненных способностях."? В той же "Саманняпхала-сутте" приводятся разного рода другие сведения: о плодах отшельни­чества, о видах очищения организма от физических и нравственных нечистот, даже о сверхъестественных способностях Будды или буд­дийских монахов. Так, например, можно найти такие строки: " Так с сосредоточенной мыслью — чистой, ясной, незапятнанной...— он направляет и обращает мысли к различным видам сверхъестествен­ных способностей. Он осуществляет различные виды сверхъестест­венных способностей: будучи одним, становится многочисленным, будучи многочисленным, становится одним, становится видимым для глаз, скрытым от глаз, беспрепятственно проходит сквозь стену, через гору, словно через воздух, опускается в землю и поднимается из нее, словно из воды, не погружаясь, идет по воде, точно по земле, сидя со скрещенными ногами, возносится на небо, словно крылатая птице, касается рукой и охватывает солнце и луну..." [50:87] или "Так с сосредоточенной мыслью... он направляет и обращает мысль к зна­нию, основанному на воспоминании о местах, где он побывал в преж­них существованиях, — а именно: в одном рождении, в двух рождени­ях, в трех рождениях, в четырех рождениях..." [50:93 ]. Также упоми­наются такие свойства, как способность обрести чудесный слух, "вы­ходящий за пределы человеческого", божественное знание и т. д. Рас­суждая о плодах отшельничества, в качестве убеждения используются описания радостных душевных состояний, например: "...монах обли­вает, заливает, переполняет, пропитывает это тело счастьем, свобод­ным от радости [чувственных утех — Ю. К ] , и не остается во всем теле ничего, что не было бы пропитано счастьем, свободным от радости... Он сидит, пропитав это тело чистым, совершенным разумом, и не остается во всем теле ничего, что не было бы пропитано чистым, совершенным разумом.".

Если приобретение сверхъестественных способностей считалось по силам только монахам, то применительно к мирянам, следующим наставлениям Будды, говорилось о 18 достоинствах: "Все те, ...кто поистине следует чистым обетам обретают восемнадцать достоинств. Они таковы: поведение их совершенно чисто; их делание весьма полно; они надежно защищены от телесных и словесных {проступков}; пове­дение их ума вполне чисто; их страхи успокаиваются; оглядка на самость в них пропадает; у них не случается злобных вспышек; они постоянны в доброте; у них правильный взгляд на пищу; они внушают всем живым существам уважение; они знают меру в еде; преданы бодрствованию; не имеют пристанища; живут там,, где им нравится; отвращаются от греха; склонны к уединению и никогда не беспечны." [32: с. 3201 , .

Буддийские традиции в течение долгого времепм своего существо­вания выработали большое количество разного рода моральных норм— заповедей. В сангхе (буддийской общине) их число достигало 250 [28 ]. Однако оговорены были не только этические нормы: строго регламен­тированы были число глотков воды и приемов пищи соответственно занимаемому рангу в духовной иерархии. При этом высшие духовные лица должны были обходиться меньшим количеством еды и питья, нежели низшие (в отличие, например, от многих европейских христи­анских традиций). По мере развития буддизм буквально обрастал все новыми и новыми элементами обрядов, детали которых регламентиро­вались самым тщательным образом. Это проявилось, в частности, и в культе святых: число будд и количество связанных с ними обрядов постоянно увеличивалось, что создает впечатление неуклюжести, гро­моздкости и противоречит принципам простоты религий на ранних этапах их развития.

Медитативные традиции эзотерического буддизма, предназначен­ные для духовной элиты, начинают раскрываться лишь в последнее время. Имеющиеся данные позволяют сделать вывод, что методика медитации имела здесь значительно больше сложных элементов и пря­мо связана с другими эзотерическими традициями Востока. Широкое распространение, например, имела концентрация на цветных кругах (желтого, белого, красного, синего и черного цвета), диаметром около 25 см. Другие виды практики - медитация над отражением Луны на поверхности воды, а также — представление себя размером с насеко­мое. После того, как удастся добиться ощущения окружающего мира с точки зрения мелкого насекомого, следует в процессе медитации пред­ставить себя великаном величиной с гору. Считалось, что благодаря такой практике достигается космическое расширение сознания [111].

Исходно буддизм представлял собой скорее философскую школу, нежели был религией [28; 111; 159 ]. Характерная особенность раннего буддизма — отрицание активной роли богов и выдвижение на первый план моральных ценностей, беспрерывно вырабатываемых личностью в целях самосовершенствования и достижения нирваны [111]. Расцвет раннего буддизма относят к III в. до н. э., когда индийским царем Ашокой он был принят в качестве государственной религии. По мере дальнейшего распространения учение разделилось на два основных направления — Махаяну ("Большую колесницу") и Хинаяну ("Ма­лую колесницу"), причем последняя ветвь имеет второе название — Тхеравада. Согласно учению Махаяны основная роль в спасении людей уделялась святому — бодхисаттве — поскольку основная масса народа неспособна своими усилиями достичь нирваны. Между миром страда­ния и нирваной промежуточное положение занимает рай, где обитают души людей, достигших спасения, но еще не попавших в нирвану. Благодаря поклонению буддам и особенно личным контактам с бодхисаттвой возможно мгновенное озарение и спасение. Эта крупная ветвь буддизма распространилась в Китае, Тибете, Монголии и дала затем много других направлений. Учение Хинаяны, закрепившееся в основ­ном в южной части Индии и на Цейлоне, исходит из концепции посте­пенного прозрения человека, которое достигается в основном благода­ря личным усилиям верующего. Отшельник-индивидуалист — вот ос­новная фигура в Хинаяне, которая осталась наиболее близкой перво­начальному буддизму.

Не только религиозные, но и философские аспекты учения Будды претерпели развитие и дифференциацию: возникали отдельные тече­ния и школы. Так, на основе сугубо философской части буддизма выделились школы мадхьямика, йогачара, саурантика и вайбхашика [ 159 ]. Однако в средние века в Индии буддизм был вытеснен с большей части территории индуизмом, а сам Будда был включен в пантеон индуизма как одно из воплощений Вишну. Поэтому именно с Китаем в значительной степени было связано дальнейшее развитие буддизма. Помимо разных других ответвлений, там сформировалось поистине огромное количество разных сект и школ, часто совмещавших в себе наряду с концепциями буддизма даосские воззрения и частично еще более древние местные верования. Культурная традиция средневеко­вого Китая формировалась на фоне таких учений, как, например, Цзюаньдао ("Путь Вечности"), Пусадао ("Путь Бодхисаттв"), Цинц-зинфа ("Закон Чистоты"), Юаньцзюефа ("Закон Просветления") и ДР. [145].

Несмотря на идейные расхождения сторонников различных школ и направлений буддизма и даосизма, можно выделить два существен­ных аспекта: сходство морально-нравственных заповедей и широкое использование медитации для постижения Истины, просветления и реализации религиозных целей спасения.

Этот синтез буддизма с даосизмом отразился не только на деятельно­сти сектантов или, наоборот, политической деятельности крестьян в борь­бе с феодальными порядками (например, в восстании тайпинов) [111]. Такой синтез проявлялся и в теории искусства, в высказываниях учите­лей живописи, подаии, литературной прозы. Особенно подверженной духу религиозно-философского созерцания, царившему в культуре сред­невекового Китая, оказалась поэзия [47; 87; 88 ]. Такой вывод дает изу­чение древней и средневековой китайской лирики. При этом поэты и живописцы занимали как бы промежуточное положение между религи-озжьфилософскнми наставниками и мирянами в огромной Поднебесной империи.

"Поднимаясь в горы, поэт поднимался над миром, над мирской суетой. Созерцая открывшиеся взору извивы рек, открывал свое сердце ритмам Вселенной, воды которой "подобны Дао"; оставшись наедине с одиноким деревом, сливался с ним мыслью. Поэт не чувствовал себя отделенным от окружающего мира непереходимой гранью: и сиротли­вое, на глазах меняющее свои очертания облако, гряда тяжелых, ка­жущихся такими незыблемыми гор, и он сам — слабое, недолговечное существо — равно виделись ему капельками вечно волнующегося, из­менчивого океана бытия. Они были его частями; ...поэт не оставался сторонним наблюдателем: прикоснувшись к истоку всех вещей, он видел их как бы изнутри; ощутив себя частицей целого, он мог разго­варивать со всей природой на равных. "Я вместе со стихиями Инь и Ян в их потоке, созвучный первозданности изначального эфира" ...Он становился подобен тому "совершенному мужу", который, по словам Чжуанцзы, "мог царить в облачном эфире и, оседлав солнце и луну, лететь за четыре моря".

Само созерцание движущихся вод, волнистой поверхности гор в чем-то было аналогично действию музыки, танца, ритму повторяюще­гося заклинания — мантры; оно вырывало человека из-под власти реальности, погружало в состояние транса. Пусть нам сейчас трудно представить себе это, но в китайском средневековье восприятие мира в какой-то степени было медитативным — в том смысле, что оно посто­янно существовало рядом с созерцательными упражнениями и форми­ровалось под их влиянием. Потому-то описание волшебного полета над Поднебесной, куда-нибудь далеко-далеко, к священным горам, неред­кое в поэзии древности и раннего средневековья, не было просто худо­жественным приемом для того, чтобы воспеть красоту мира, — для поэта подобный полет подчас являлся такой же реальностью, как и восхождение в мир духов для прорицателя... Искусство это строилось совершенно на иных началах и видело мир иным.

В открывавшихся взгляду картинах природы средневековому ки­тайцу виделись сложные знаки и символы, исполненные глубокого смысла. Там, где воображение угадывало нечто вроде очертаний змее­подобного существа—дракона, который отождествлялся с идеей поле­та в бескрайних просторах, обосноваться считалось благоприятней все­го. Вообще же место, относительно возвышавшееся над соседними, сулило приближение к току силы Ян, восходившему к небу, и соответ­ственно — здоровье и счастье. В месте же низменном скорее всего должны были подстерегать беды... Китайцу казалось, что все возвы­шенное охвачено гигантским потоком живительного эфира, несущего­ся над миром. Даже через могилу в горах этот поток мог влиться в тело клана, продолжающегося в длинной череде поколений. Неважно, что человек уже отошел в тень смерти, — незримыми узами он оставался неразрывно связан со всеми своими потомками... Поднимаясь в горы, китаец чувствовал прилив творческого вдохновения, испытывал чув­ство духовного очищения, слияния собственной личности с вечным мирозданием...

Думы о бренности всего земного будили в китайском поэте стрем­ление отрешиться от мирской суеты, приобщиться к вечному, особенно если он исповедовал учение Будды, и опять-таки уйти в горы, к чистой воде, где сам он обретет чистоту, покой, избавление or страстей. Образ отшельника, оставшегося "один на один" с "Великой Глыбой" миро­здания.,, не просто дань "моде", привычный литературный персонаж." [88: с 6—11 ]. Эти слова И. С. Лисевича настолько точно отражают влияние буддизма и даосизма на литературные традиции Китая, что мы привели их полностью. Однако в дальнейшем формировании этих традиций большую роль сыграл также дзэн-буддизм.

1.3.3. Медитация в чань(дзэн)-буддизме

Чань-буддизм за долгую историю своего существования оказал огромное влияние на развитие китайской, японской и всей дальне­восточной культуры. Исходно это течение возникло в форме эзоте­рической секты. Буддизм Махаяны разделился со временем на две большие ветви: возникли философские системы мадхьямика ( II в.), основанная Нагарджуной, и йогачара (Виджнянавада), основанная братьями Асангой и Васубандху ( IY — Y вв.). Йогачары развили кон­цепцию исключительной значимости чистого сознания (виджняны), отвлеченного от всякого "мирского" содержания. Главная цель йога чаров — пребывание в состоянии просветления (бодхи), что достигает­ся практикой йоги. Возникновение школы йогачаров послужило одной из предпосылок к выделению нового направления, известного как чань-буддизм. Слово "чань" (синонимом которого является санскрит­ское "дхьяна" или в японском варианте — "дзэн") означает "созерца­ние, самопогружение". Основная роль в становлении чань-буддизма как самостоятельного течения, его развитии и дальнейшем распрост­ранении принадлежит индийскому проповеднику Бодхидхарме ( YI в.). В основном тексте школы виджнянавада — "Ланкаватара-сутре", текст которой он завещал своему преемнику Хуэйкэ, указывается, что существует как постепенное, так и внезапное просветление. Первый путь подразумевает очищение загрязненного сознания, а второй имеет в виду неожиданный переворот в его глубинах, при котором сознание уподобляется зеркалу, способному отражать любые формы и образы внешнего мира [47].

Именно на внезапном озарении в результате интуитивного толчка акцентирует все основное внимание чань-буддизм, объявляя обряд­ность, храмы и культ святых канонического буддизма пустой тратой времени [28; 47; 111].

В YII в., после смерти пятого патриарха секты чань, она распалась на две ветви — северную и южную. Звание шестого патриарха оспари­вали двое — Шэнь-сю и Хуэй-нэн. Первый претендент был сторонни­ком традиционной точки зрения, согласно которой просветление — закономерный результат длительных усилий и напряженных разду­мий в процессе медитации. Хуэй-нэн настаивал на интуитивном вне­запном толчке. Вскоре северная ветвь, более близкая к канонической форме буддизма, пришла в упадок, а идеи Хуэй-нэна стали основой последующего развития школы чань [28 ]. Впоследствии Хуэй-нэн из­ложил свои взгляды в знаменитой "Алмазной сутре", которая цитиро­валась в течение нескольких веков и породила многочисленные ком­ментарии и исследования. Именно Хуэй-нэну принадлежит знамени­тый афоризм [56 ]:

"Тело — подставка светлого зеркала. Светлое зеркало изначально чисто..."

Одно из основных положений чань-буддизма состоит в том, что Истина и Будда всегда с нами, они — вокруг нас, и надо только уметь их найти, увидеть, узнать и понять. Истина и Будда всегда вокруг — в пении птиц, в шелесте листвы, в красоте горных хребтов, в умиротво­ренной тиши озера. Кто не понимает этого, того не спасут ни статуи, ни храмы, ни рай, ни небо, и он не сможет найти настоящего покоя ни сегодня, ни завтра, ни в отдаленном будущем. Эти положения иллюст рируют стихи Кайсэна — настоятеля одного из японских монастырей в XYI в. [56 ]:

"Нет нужды удаляться в уединение гор и вод, чтобы предаться покойному самосозерцанию.

Если дух-разум умиротворен, даже пламя покажется прохладным и освежающим."

Истина состоит в озарении. Оно возникает внезапно, как внутрен­ний интуитивный толчок, и его нельзя выразить или передать словами. Для того чтобы испытать озарение, надо быть готовым. Но и будучи подготовленным, человек не гарантирован, что он испытает его. Необ­ходимо терпеливо ждать своего часа; после мучительных размышле­ний в стремлении постичь непостижимое его вдруг осенит Нечто, по­сетит мгновенное озарение, и он сразу постигнет Истину [28 ]. Таким образом, в чань-буддизме доминировал иррациональный подход, с по­зиций западного логического мышления. Однако на самом деле речь идет о попытке продвинуть границы мышления человека дальше тех, которые обусловлены одним лишь формально-логическим уровнем, а также — выйти за пределы чувственного эмпирического опыта. Так или иначе, но основной акцент на интуитивном прозрении, на внезап­ности наступленияозарения и обусловил в итоге то обстоятельство, что система практики в дзэн-буддизме заметно отличается от таковой в классической йоге (см. ниже).

Согласно чань-буддизму, понимание "четырех благородных ис­тин" и практика буддийского восьмеричного пути, правильное воспри­ятие мира ведут к сосредоточению; созерцание состоит в экстатической погруженности в свои мысли ("дин", или санскритское "самадхи"). Этот этап, правильное его применение позволяет избежать круговоро­та бесконечных перерождений (т.е. сансары). Следующий этап духов­ного развития заключается в "высшей мудрости" (хуэй), которая со­стоит в постижении своей изначальной природы, освобождении от вла­сти вещей, восстановлении гармонии внутреннего и внешнего. "Вы­сшая мудрость" достигается интуицией и духовным прозрением. Вме­сте с ними приходит и понимание, "высшее знание" (мин), т. е. дости­жение состояния, когда сознание подобно зеркалу отражает все явле­ния и вещи окружающего мира, не реагируя на них и беспристрастно по отношению к ним, находясь как бы в себе самом. Это приводит к пониманию внутренней сущности явлений. Такое состояние усилива­ется, затем наступает состояние "проникновения" (тун) —беспрепят­ственной духовной свободы и раскрепощенности, когда всякие сомне­ния исчезают, возникает постоянность. Следующий этап — ци ("спа­сение") — состоит в том, что сознание обретает способность к великому состраданию, направленному на спасение тысяч живых существ от страданий. Однако затем, на дальнейшей стадии, человек осознает, что как страдание, так и сострадание — ложь, пустая иллюзия. "От­каз, отречение" (шэ) — последняя стадия; она состоит в достижении состояния невозмутимости и беспричастности ко всему происходя­щему в мире [47 ].

Как в буддизме виджнянавада, так и в чань-буддизме одно из ос­новных положений занимала концепция Майи — иллюзорности внеш­него мира и всего, что с ним связано, т. е. в духе солипсизма. Поэтому, анализируя все рациональные положения школы чань, необходимо принимать во внимание и эту важную особенность.

Медитативная практика чань-буддизма содержит множество спе­циальных методик перестройки интеллектуальной, духовной, а также телесной структуры человека: темы для размышления над внешне аналогичными ситуациями, диалоги с наставником, стимулирующие действия, сходные с шокотерапией, и др. Широко практиковались не­ожиданные воздействия яа учеников — резкие окрики, внезапные удары или толчки. Считалось, что все это стимулирует внезапные озарения. Особенно оправданным такой подход был в тех случаях, когда некоторые ученики во время медитации в зале (зен-до) засыпа­ли: старшие ученики быстро приводили их в себя, кинув тяжелую туфлю или ударом кулака [1; 28; 47; 56 ]. Для стимуляции напряжен­ной работы мозга, развития умственного поиска широко использова­лась практика загадок (гунъань, яп.—коан). Она подразумевала меди­тацию над специальными формулами или двустишиями, например: "Удар двумя руками — хлопок, а что такое хлопок одной ладонью?". Упражняющемуся необходимо было найти внутренний смысл, глубо­кую идею, сокрытую в таких загадках. Готовясь к посвящению в мас­тера , приверженец чань должен был уметь быстро раскрывать сложные логические хитросплетения [28 ].

Другая часть подготовки — интуитивные диалоги ученика с Мас­тером, известные как "вэньта" (яп."мондо"). Считается, что в таких диалогах с Учителем цзэн огромный массив информации может быть быстро передан ученику за секунду или даже десятые доли секунды. Символическим прообразом такого диалога служит один эпизод из жизни Будды. Когда Будда однажды молча показал ученикам цветок, никто не понял его, и лишь Маха-Кашьяпа ответил улыбкой: он понял, что Будда хотел показать своим жестом передачу учения от "сердца к сердцу". [56; 145 ]. Поэтому в чань-буддизме Мастер и ученик сначала должны как бы настроиться с помощью взаимных сигналов (например, кратких реплик) на определенную волну, а затем, задав тон и код беседы, они начинали диалог. Цель мондо — вызвать в сознании на­строенного на волну Мастера ученика резонанс, такие ассоциации, которые вызовут у начинающего просветление или подготовят его к озарению [28 ].

С этой практикой близко связана и система физического воспита­ния монахов в монастырях дзэн-буддийского профиля, а именно — то, что в более примитивном варианте у нас известно под названием у-шу, кунг-фу, каратэ и т. п. Согласно одному преданию, основатель дзэн-буддизма Бодхидхарма однажды обнаружил, что из-за длительного пребывания в статичной позе и вообще вследствие малоподвижного образа жизни здоровье монахов пришло в упадок, что затрудняло ус­пешное продвижение по пути духовного совершенствования. Кроме того, длительное нахождение в состоянии транса противоречило идее спонтанного внезапного просветления. Поэтому Бодхидхарма ввел в обязательный курс практических занятий монахов активно-динамиче­ские формы психофизической подготовки, которые дополняли тради­ционные буддийские методы психотренинга. Так, возник знаменитый Шаолиньский монастырь (Шаолиньсы, или яп.—Сёриндзи). Согласно другой версии» эта школа боевых искусств существовала еще до Бодхидхармы, и он лишь существенно усовершенствовал систему динами­ческой буддийской йоги [1 ]. Так или иначе, именно с дзэн-буддизмом наиболее успешно сочетаются все школы рукопашного боя: мгновен­ность, острота реакции, умение в считанные доли секунды сконцент­рировать огромную энергию — все это действительно дополняет и со­вершенствует, в умственно-психическом плане идею внезапного про­светления сознания. Поэтому, когда в XII — XIII вв. дзэн-буддизм про­ник вШпонню, он не только закрепился там в отдельных монастырях, но был также воспринят школами рукопашного боя, которые возникли в среде мятежных японских крестьян, боровшихся с-засильем местных феодалов-самураев, и которые, собственно, и считаются источниками искусства каратэ.

Японский вариант дзэн-буддизма ассимилировал идеи как север­ной, так и южной ветви ранней школы и в известной мере сохранил культ Будды, в отличие от китайского чань-буддизма [28 ].

Во всех разновидностях дзэн-буддизма процесс медитации осуще­ствляется в специальных сидячих позах (за-дзэн). При этом позвоноч­ник должен быть выпрямленным и находиться на одной линии с голо­вой. Одна из школ дзэн-буддизма, известная под названием "сото", использует следующий способ медитации. Медитирующий садится ли­цом к стене и стремится забыть всякие собственные переживания, отделиться от самого себя (шикантаза). Сначала практикующий сосре доточивается на мышечной релаксации, затем — на ритмике дыхания, не вмешиваясь в естественный ритм, а только наблюдая за ним. Посте­пенно ученик переносит все внимание на свою умственную деятель­ность, стараясь встать в позицию постороннего наблюдателя и не влиять логикой или эмоциями на свои мысли. По ходу времени его умственная деятельность теряет логическую последовательность и ассоциативность. После систематических тренировок достигается способность вызвать состояние, при котором сознание практикую­щего освобождено от посторонних мыслей. При этом ощущается при­ятное внутреннее спокойствие л уверенность. Опираясь на .это состоя­ние, практикующий может осуществлять сознательный психический процесс с большей глубиной концентрации на реальных или абстракт­ных объектах [111]. Как мы увидим ори дальнейшем изложении, опи­санный метод аналогичен .способу медитации, который используется в Интегральной йоге Ауробиндо Гхоша.

Влияние дзэн-буддизма на культуру Китая, Японии и других стран, где он полупил распространение, было огромным: деятели литературы, живописи и даже архитектуры в той или иной степени отразили духовный настрой того времени. Особенно идея внезапного просветления была близка поэтам, стимулируя их творческое вдох­новение. Так, например, известно, что настоятель монастыря Шэн-шань в Лояне — Нингун, — наставляя одного из поэтов, преподнес ему в дар восемь иероглифов, которые должны были просветить и наставить поэта:

·    гуань — взгляд, созерцание; цзюэ — чувство, восприятие;

·    дин — сосредоточение, самадхи (экстаз, озарение);

·    хуэй — высшая мудрость;

·    мин — понимание, высшее знание;

·    тун — проникновение, постоянство;

·    ци — спасение;

·    шэ — отказ, самоотречение.

Эти иероглифы близки к понятию буддизма о восьмеричном пути и призваны способствовать прогрессу в понимании и практике так называемых шести парамит (достоинств, качеств). Они сводятся к следующим: чистота, нравственность; терпеливость, стойкость; стара­тельность, продвижение; созерцание, сосредоточение; высшая муд­рость, знание; милосердие [47 ]. Последовательность этих иероглифов соответствовала ступеням духовного роста в дзэн-буддийской системе; они уже упоминались выше.

В средневековом Китае, начиная, по крайней мере, с Тао Юань-мина (365—427 гг.), возник даже своеобразный культ, институт поэ­тов-отшельников, придерживавшихся принципов буддизма, включая школу чань в частности. Один из наиболее крупных поэтов Китая танской эпохи — Ван Вэй (701—761 гг.) — находился под сильным влиянием чань-буддизма. Так, в стихотворении "Надпись на стеле чаньскому наставнику Хуэйнэну " мы можем найти такие строки [47; 152]:

"Когда нет бытия, от которого можно отказаться,
Это значит достичь источника бытия.
Когда нет Пустоты,
Где можно что-то разместить,
Это значит познать основу Пустоты.
Уйти от мирских желаний и не суетиться...
Достигнешь самадхи,
И никакая мысль не сможет войти {в сознание).
Высшая буддийская мудрость ни на что не опирается,
Великое тело {Будды} пребывает во всех десяти направлениях,
Чувства Будды существуют вне трех миров.
Семена пыли мирской неуничтожимы, {в людях}
Нет облика, нет и Пустоты.
В осуществлении желаний нет завершения,
Как раз находясь в мире и превратишься в мудреца."

1.3.4. Медитация в тантризме

Тантризм (букв. "тайная доктрина") —одно из религиозно-фило­софских течений, которое совмещает в себе принципы ведийской йоги (см. ниже) с положениями буддизма. Как самостоятельное учение он оформился в Y в. благодаря основателю — мудрецу Асанге из секты йогачаров. Учение было запечатлено в текстах — тантрах, — содер­жавших наряду с философскими и космогоническими воззрениями практические указания к тайным действиям, цель которых — слияние человеческого "Я" со вселенским Единством и великой Пустотой [56 ]. Однако истоки тантризма восходят еще к древним культам плодородия и соответствующим обрядам, т. е. к древнейшим верованиям индо-ти-бетских племен [28; 40 ]. К YII — YIII вв. учение размежевалось на два направления: тантризм Левой руки и тантризм Правой руки. Первое, известное также под названием "Ваджраяна" ("Алмазная колесни­ца"), укоренилось в Тибете и Индии. Его другие названия — "Мант раяна", "Тантраяна" — характеризуют это учение как одну из "колес­ниц" северного буддизма (ламаизма) [122 ]. Отличительная черта тан-тризма Левой руки — известные сексуальные орган, основанные на культах женских божеств [28; 56]. Более умеренный и проповедую­щий культ мужских божеств тантризм Правой руки получил распро­странение в Китае и Японии [56 ].


Рис. 1. Мандала — модель мира

 

Одна из наиболее известных черт тантризма — так называемое правило "пяти М", которое сводится к следующему. Пять аспектов в быту были запрещены: алкоголь; мясо; поджаренная фасоль и другие возбуждающие средства (например, специи-приправы); рыба и поло­вые сношения. Все они начинались с буквы "М", и потому правило называется "правилом пяти М" [120]. Нарушение одного принципа для "компенсации греха" требовало применить и какое-либо из ос­тальных, а затем оба отбросить, отказаться от них. Например, если человек съел мяса, рекомендовалось совершить половое сношение или выпить вина, — тогда равновесие качеств человека сохранится.

 


Рис. 2. Монограмма формулы "Намчувангдан"

Если верующий буддист почитает Будду и бодхисаттв, придержи­ваясь обычных обрядов, и читает сутры Махаяны или книги палийского канона Хинаяны, то последователь тантризма, говоря упрощенно, ме дитирует над МАНДАЛАМИ (магическими кругами, схематично изображающими Вселенную), читает особые заклинания (МАНТ-РЫ), совершает многочисленные тайные обряды-действия, которые понятны лишь очень узкому кругу посвященных, и поклоняется наиболее таинственным божествам буддийского или индуистского пантеона [56]. При этом тантрическая форма молений и поклоне­ний Божеству была строже, чем, например, ведическая. Ежеднев­ный ритуал, в частности, включал обязательные пуджи ("очищения, священные действия"): очищение 5 элементов, находящихся выше линии пупка, — сердца, горла, нёба, переносья и головы. Молящийся обводил себя кругом, наносимым водой на пол или землю, затем водил правой рукой вокруг головы, щелкая пальцами, — это считалось сим­волическим сжиганием плоти, регулировал дыхание по правилам йоги, клал ладони на колени и погружался в состояние внутреннего сосредоточия, стараясь представить себе "растение познания", корнем которого считается дхарма (общественный долг, свод обязанностей, правил поведения), стволом — знания, а лепестками — добродетели. Затем необходимо было сконцентрировать дух в Сушумне (энергети­ческом канале, на физическом плане соответствующем спинномозго­вому), соединить руки на груди и "слить свое дыхание с Богом", при­званным в тело молящегося этими действиями [40 ].

Из всех эзотерических школ древнего Востока тантризм — одна из самых неразгаданных, так что воссоздать основные черты его можно пока только в общих чертах, суммируя и сопоставляя отдельные отры­вочные сведения [122].

Юдин из основных тезисов тантризма — признание каждой части триады (мысль — слово — действие) нераздельными гранями всеобъ­емлющего единства Вселенной [40; 56; 138—140 ]. Путями к постиже­нию Единого и к слиянию с Великой Пустотой было чтение тантр и размышление на темы тантр, произнесение мантр и воспроизведение магических жестов (т. е. "мудр", или символов). Все основные положе­ния в тантризме подчинены идее теснейшей связи макро- и микрокос­ма, которая была унаследована еще от традиций ведийской йоги. От­сюда, как полагают, также происходят приемы магии, гипноза, враче­вания и укрепления духовных и физических сил [56 ]. Согласно пред­ставлениям ряда тибетских наставников, стремящиеся достичь про­светления и нирваны в течение одной человеческой жизни должны изучать Мантраяну, особенно Учение Бодхисаттв [122 ].

Согласно представлениям тантризма, звучание мантр вызывает в теле вибрационные колебания, обуславливающие те или иные состоя­ния духа-разума, сознания. Истинное значение каждой мантры позна­ется в процессе медитации над ними, причем включенные в состав заклинания магические "звуки-семена (биджа-мантры) прорастают", вызывая особенно сильный эффект. Тем самым устанавливается тес­ное единство мысли и слова, и, сопровождаемые определенными жес­тами, они становятся едиными и с действием. При этом биджа-мантра, как воплощение "изначальных звуков", может заменить всю длинную молитвенную формулу, отдельное слово или объект медитации. Так, в картине мира — мандале (см. рис. 1) — присутствуют пять изначаль­ных звуков, соответствующих четырем сторонам света и центру: А, У, Э, О, И. Они отражают процессы вселенской вибрации, ритмы косми­ческих процессов [56; 106]. В Тибете наиболее распространены две мантры буддийского тантризма. Первая из них — "ОМ-МАНИ-ПАД-МЕ-ХУМ" ("О! Сокровище в Лотосе"!), и методика работы с ней опи­сана в разделе 6.2. Вторая формула — Намчувангдан ("обладающая десятью силами") — представляет собой мистическую монограмму, имеющую свойства талисмана и составленную из 7 слогов и 3 символи­ческих знаков. Она приводятся в стилизованном виде на рис. 2, где 7 слогов по вертикали монограммы имеют следующий вид: ХА, КША, МА, ЛА, ВА, РА, ЙА. Символы вверху — пламень мудрости (изобра­жается зеленым цветом), диск Солнца (серебристо-белый) и Луна (красная в цветном изображении). Цвета звуковых символов соот­ветственно: голубой, зеленый, многоцветный (красный+голубой+бе-лый+желтый+зеленый), золотисто-желтый, белый, красный, черный. Вся монограмма обычно изображается на фоне небесно-голубого про­низанного золотыми лучами фигового листа [164].

В практике тантризма, как и в других учениях, большое внимание уделяется сверхъестественным способностям, называемым "сиддхи", а человек, их достигший, почитается даже многими из числа тех, кто занимается йогической практикой. В "Сутре Великого будды Вайрочаны" — памятнике тантристской литературы — говорится: "В этом теле кроется чудесная способность всепроникновения, радостных странст­вий в Великой Пустоте, кроются таинственные возможности, которые нужно выявить. Желая обрести сиддхи в этом рождении, действуй в соответствии со своей изначальной природой, непрестанно занимайся самосозерцанием!" [56: с. 59 ].

В ходе становления и развития тантризма учение разделилось не только на две большие ветви — Левой и Правой руки, но и те, в свою очередь, дали в итоге огромное множество разных сект, особенно на территории Тибета. Кроме того, вряд ли возможно подходить к вопросу о дифференциации тантризма как к процессу естественного размеже­вания обычных научных дисциплин, например математики или физи­ки. Ядро учения — древнейшие эзотерические знания, необъяснимо высокие по уровням наших представлений. Они связаны не только с путями достижения человеком нирванических состояний благодаря медитативной практике, но и с невероятно глубокими для средневе­ковья сведениями о космических ритмах, астрономией и астрологией.

Наивысшей в тантризме считается наука Ануттара-йога-тантра. К ней относится известная система Калачакра ("Колесо времени"), которую иногда называют наукой о Шамбхале — легендарной стране Великих Учителей—Махатм — или, в другом написании, Шамбале. Известно, что помимо Калачакры в Ануттара-йога-тантру входят так­же еще четыре системы: Гухьясамайя, Самвара, Ваджрапании Йаман-така. Вопрос об источниках Калачакры тесно связан с проблемой про­исхождения тибетского шестидесятилетнего цикла; а также с пробле­мой Шамбхалы, откуда эта система проникла » Ийдию в X в. По преданию, Будда Шакьямуни произнес первую проповедь Калачакры у великой ступы Шри-Д ханьякатака желавшим получить наставление в различных тантрах. Слышавший эту проповедь царь Сучандра, вла­дыка Шамбхалы, впоследствии оставил текст — "Калачакра-мула-тантру". С тех пор это учение передается каждому последующему владыке Шамбхалы. Очевидно, Калачакра имеет связь с Калавадой — еще более древней системой тайных знаний (как полагает автор — явно неземного происхождения), и с её иранской параллелью — зерва-нитской системой. Кала — высший космический принцип или изна­чально сущее, а также система временных периодов в Калаваде — пересекается с одним из основных тезисов Калачакры об Ади-Будде, или изначальном Будде, и с ее системой временных периодов [122]. Шести­десятилетний цикл (Рабчжун) — пятикратное повторение двенадцати­летнего цикла, символически названного именами животных (Заяц, Дра­кон, Змея, Лошадь, Овца, Обезьяна, Птица, Собака, Свинья, Мышь, Бык, Тигр). Каждый из них поочередно в определенных количественных соот­ношениях сочетается с пятью стихиями-первоэлементами (огнем, зем­лей, железом, водой и деревом). Традиция Рабчжуна возникла в Тибете в 1027г. (год Огня-Зайца). Двенадцатеричная система своим появлением обязана 12-летнему циклу обращения Юпитера по эклиптике [ 164 ]. Кро­ме того, 60-летний цикл символизирует кругооборот человека в кармиче-ском мире сансары [28 ].

Примечательно, что система передачи тайных знаний о Шамбха­ле, Калачакре и других системах тантрических знаний, включая уче­ния о морально-нравственных ценностях, зачастую передается, со­гласно легендам, не просто из уст в уста, от Учителя к ученику посред­ством логически связанного рассказа или чтением рукописных тек­стов, а особым способом, с помощью привлечения сверхъестественных способностей, которые сейчас принято называть "нетрадиционными каналами энергоинформационного обмена". Так, по одной из тибет­ских легенд, один из практикующих йогу — Цилупа — узнал, что Учение Бодхисаттв бережно хранится в Шамбхале. Он направился в путь, чтобы попасть в Шамбхалу. По дороге ему повстречался стран­ник, в котором можно было узнать перерожденца святого-мудреца. Странник посвятил его во все толкования Книги Могущества, после чего возложил цветок на макушку головы Цилупы и, благословив, сказал: "Да войдут в тебя все знания Бодхисаттв!" И дух Цилупы наполнился всем знанием бодхисаттв (святых отшельников-покрови­телей), подобно тому, как вода переливается из одного сосуда в другой [122 ]. В таком способе передачи знаний, несомненно, можно увидеть сходство с описанной выше методикой диалога в дзэн-буддизме (т. ечмондо).

Искателям легких путей » Шамбхалу следовало бы знать, что система обучения монахов-тантристов в тибетской традиции весьма далека от характера обучения студентов в институтах или колледжах. Так, монастыри в Тибете представляют собой самостоятельные учреж­дение закрытого типа. Их храмы не являются приходскими для окре­стных жителей, а предназначены для молитв, медитации и обучения монахов [164]. Монахи дацанов (тантристских монастырей) ведут ас­кетический образ жизни. Перед началом обучения в дацане стремя­щийся к обретению знаний должен сначала провести несколько лет в Стенах монастыря, после чего он допускается к обучению лишь по специальной рекомендации настоятеля [122].

Тантризм оказал огромное влияние на ламаизм — главную рели-гикИГибета: едва ли не вся специфика ламаизма связана с тантриче-скими философско-религиозными воззрениями. В индуизме тантризм проявился в форме шиваизма [28 ].

1.3.5. Медитация в индуизме

Если в формировании культуры Китая основную роль играли дао­сизм, буддизм и конфуцианство, то развитие индийской религиозно-философской традиции шло в основном под знаком индуизма. К сере­дине XX в. 83 % населения Индии придерживались этой религии [40). Индуизм сформировался примерно к середине 1 тысячелетия до н.э. на основе более древней ведийской религии и брахманизма. В итоге такого синтеза древнейших верований коренного населения Индии и более поздних построений возникла одна из сложнейших религиозных систем, включающая огромный пантеон богов, а также крупнейшее в мире собрание священных канонических текстов и многочисленных к ним комментариев. В основе философско-религиозной системы индуизма находятся Веды — древнейшие священные тексты.

Создание Вед относится, согласно одной точке зрения, к 6—4 ты­сячелетиям до н. э., а по другим представлениям, принятым и в совет­ском востоковедении, — к 3—2 тысячелетиям до н. э. [20]. В соответ­ствии с атеистическими концепциями, Веды появились как записан­ные в литературной форме ритуальные обряды и особенности практики жрецов доарийских или древних арийских племен {Вас}, в то время как сами индийцы в большинстве своем убеждены в Божественном проис­хождении Вед, считая их знаниями древних ботов (отсюда и общий корень — "ведать", т. е."знать"), которые те дали людям [см. 127; 160]. Первой, наиболее важной и древней, считается Ригведа, состоя­щая из 1028 гимнов, собранных в 10 разделах —- мандалах. Мифопоэ-тические образы древних богов,их деяния, восславленные в многочис­ленных гимнах, космогонические теории, астрономические и другие сведения в целом образуют синкретическое (т. е. не разделенное на ов-ласти, не дифференцированное) умение. Вторая — Самаведа — сбор­ник ("самхита") из 1549 песнопений. Третья — Яджурведа — состоит из гимнов и заклинаний, употребляемых в жертвоприношениях и дру­гих действиях. Она имеет несколька вариантов самхит — первые четы­ре образуют так называемую "Черную Яджурведу" (это — жертвен­ные формулы-заклинания /яджус/ и краткие комментарии), две дру­гие — "Белую Яджурведу" (около 2000 гимнов, разделенных на 40 глав). Атхарваведа — четвертая и самая поздняя из всех Вед состоит из 731 заклинания в 20 частях. Очень часто тексты трех последних Вед повторяют содержание гимнов первой — Ригведы (20; 28 ].

Каждая из Вед включает в себя несколько "вертикальных" слоев, на которые они впоследствии разделились. Среди них два главные — Мантры и Брахманы. Мантры (или "орудия духа") — исходная цент­ральная часть, состоящая из гимнов, формул и заклинаний. Брах­маны — более поздние тексты, содержащие ритуальные предписания (видхи) или разъяснения мифологических сюжетов. Из Брахман в дальнейшем выделились Араньяки ("лесные тексты") и Упанишады (наставления, полученные "возле ног" учителя). Упанишады примы­кают к Ведам как объяснение их тайного внутреннего смысла. Самые ранние Упанишады относятся, как полагают, к YII 1— YI вв. до н. э., самые поздние — к XIY — XYII вв. н. э. [28; 81; 82 ]. Наиболее значимы­ми для познания разных аспектов Вед, религиозной практики и меди­тации являются именно Упанишады. Однако из 108 текстов, считаю­щихся каноническими (а всего их выделяется до 150—235) [28 ], для нас наибольший интерес представляют следующие: "Шветашватара-упанишада", "Чхандогья-", "Брихадараньяка-", "Мандукья-", "Иша-", "Мундака-" и некоторые другие Упанишады [см., напр., 24; 58; 89].

Центральное место в системе ведийских представлений имеет кон­цепция Брахмана. Брахман — высшая объективная реальность, без­личное духовное начало, из которого возникает мир со всем, что в нем находится. Все, что есть в мире, разрушается, растворяясь в Брахмане; сам же он — вне времени и пространства, вне причинно-следственных отношений, свободен от качеств и действий, внеположен феноменаль­ному миру и невыразим в положительных терминах. Поэтому чаще всего Брахман определяется в отрицательных терминах: немыслимый, неслышимый, невидимый, непознаваемый, неизменяемый, непрояв­ленный, нерожденный, лишенный образа, безначальный, бесконеч­ный... Здесь, несомненно, усматривается аналогия понятия Брахмана с даосским понятием о Дао в древнем Китае (см. выше — раздел 1.3.2). Цель человека — слиться душой после смерти с Брахманом — также близка к решению этого вопроса в даосизме.

Шалаграма Дас (С. М. Неаполитанский) пишет [46: с. 3 ]: "Брах­ман есть вселенная, и в то же время Он существует вне ее. Это означает, что Он — причина этой вселенной. Писания утверждают, что Брахман есть материальная, а также действенная причина вселенной, и что Он трансформируется во вселенную, оставаясь незатронутым этой транс­формацией. Брахман творит вселенную с помощью Своей майя-шак-ти".

Душа человека (Дживатма) имеет ту же природу, что и Парамат-ма (т.е. "мировая душа"). Представления об Атмане по сути обознача­ют то же, что и о Брахмане. Поэтому тезис " Атман-Брахман, Брахман-Атман" — один из основных в ведийской религии и в более поздних представлениях индуизма [20; 81; 82; 159]. В философии Упанишад познание высочайшего принципа Вселенной (Адхьятма) и слияние с ним — конечная цель знания, достижение которой означает свободу от плена перерождений. Учение о мировой душе, о единстве Брахмана и Атмана, о выборе пути к освобождению (мокше) — все эти вопросы составляют центр философии Упанишад [152]. Уже на этом этапе становления религиозно-философской традиции древней Индии само­познание рассматривается как высшая форма познания, поскольку постижение Атмана ("Я") есть одновременно путь к познанию Брах­мана.

Согласно ведийской религии, брахманизму и индуизму, душа че­ловека вечна и неизменна. Чистое сознание, которое является функ­цией души, воплощенной в теле и связанной с материальными объектами, сужается и самоотождествляется с материей. Вследствие этого Дживатма теряет связь с Параматмой, т. е. Высшим Сознанием. Для восстановления этого единства необходима практика йоги [22; 23; 24; 28; 105; 106; 160 и др.].

Слово "йога" происходит от санскритского корня "йудж", означа­ющего "связь, воссоединение, единение" (аналогом которого является и латинское " religare "— религия). Знание йоги, хотя оно и было отра­жено в Упанишадах и Других текстах, было почти исключительной привилегией касты (варны) брахманов-жрецов. В йогу в некоторых случаях посвящались и отдельные кшатрии (т. е. представители касты воинов — второй по значимости варны). Хотя людям, относившимся к третьей касте (вайшьи — "торговцы"), в принципе не запрещалось практиковать йогу, фактически она была недоступна. Что касается четвертой касты — варны шудр ("слуг"), то для них единственным средством развития и духовного совершенствования считалось лишь преданное служение своим господам — брахманам, кшатриям, а также вайшьям.

Однако как в Упанишадах, так и в эпосе "Махабхарата" — более позднем памятнике по сравнению с Ведами — считается, что успех в освобождении души лишь в относительной мере зависит от касты. " Судят не по происхождению, а по делам" — эта формула часто повто­ряется во многих древних текстах. Так или иначе, основой для совер­шенствования во всех случаях считалось должное исполнение Дхармы (свода предписаний, обязательных для исполнения в пределах каждой касты, общественного долга), а также совершение благих дел; беско­рыстных по своей основе. "Как гласит речение Вед: действуй, но отре­шись от плодов деяния... Тогда только соблюдешь ты все эти дхармы бескорыстно, а не из себялюбия. Принесение жертв, учение, дарения, подвижничество, правдивость, всепрощение, смирение, нестяжатель­ство — таков, говорят, восьмеричный путь дхармы. Первые его четыре ветви ведут путем предков... Остальные {четыре ветви} — это путь богов, по которому всегда шествуют праведники. Кто очистил свой дух, пусть идет восьмеричным путем. Допуская только благие помыслы; обуздав должным образом чувства; ревностно исполняя {тягчайшие} обеты; угождая, как положено, наставникам; строго соблюдая правила питания; преуспевая, как подобает, в учении; отрешившись полностью от плодов деяний; навсегда пресекши {деятельность} мысли — только так должен жить тот, кто желает превозмочь сансару... Утвердившись в полном бесстрастии, постарайся путем подвижничества обрести со­вершенство и дар чудотворства" [98:181:21 — 31 ].

Основная форма ранней ведийской йоги — аскетическая практика и отречение от всех мирских и материальных благ. "Став равнодуш­ным к хуле и прославлению, безразличным к тому, что перед ним — камень, ком земли или золото, он постоянно был погружен в размыш­ления, предаваясь чистой йоге знания. Черпая силу в йоге размышле­ния, вкушая ни с чем не сравнимое блаженство, он достиг непреходя­щего совершенства — главного признака нирваны" [98:247:42 — 43 ]. Возник настоящий культ Тапаса — "изнурения плоти, сурового аске­тизма". В важные периоды истории, судьбоносные для народа истори­ческие моменты аскетизм предписывался даже царям. Так, Арджуна — герой великого эпоса "Махабхарата" — рассказывает: "Согласно его {брахмана — Ю. К. }совету я предался умерщвлению плоти на горе Шайшире. Месяц я питался одними кореньями и плодами..., второй — только водою, а на третий совсем отказался от пищи... Четвертый месяц я простоял с воздетыми вверх руками, но чудо — жизнь все-таки не покинула меня! Прошел четвертый месяц, и в первый день {пятого} предо мной появилось вдруг существо..." [98: 163:8 — 16 ].

Одним из важных назначений аскетизма и, вместе с тем, — одним из методов повышения психической и умственной мощи было воздер­жание от половой жизни. При этом, согласно учению брахманов, сексуальная сила преобразовывалась в духовную энергию (Од-жас), что даже могло дать сверхъестественные способности. Эта практика, получившая название "Удварета-йога", впоследст­вии дополнилась в методическом плане специальными процеду­рами. Само слово " udvaretas " (или " urdhvaretas ") означает бук­вальна "поднимающий семя". Аскет, удерживающий семя, под­нимал его вверх, вдоль позвоночнрго столба, в результате чего тело наполнялось энергией — Теджасом — и человек приобре­тал сверхнормальные способности [29 ].

Основной мотив аскетизма — радости в загробной жизни, рожде­ние в более высоких, Божественных мирах. Однако и в этой жизни аскет достигал многого, поскольку радости, получаемые им в духовной практике, как многократно подчеркивалось в текстах, не могут срав­ниться с обычными мирскими удовольствиями. "Когда разум, ум, вера и надежда человека сосредоточены на Всевышнем, тогда он полностью освобождается от тревог, благодаря совершенному знанию, и, таким образом, прямо следует по пути к освобождению... Такого освобожден­ного человека не влечет к материальным чувственным удовольствиям. Он всегда пребывает в трансе, черпая блаженство внутри себя. Таким образом, самореализованная личность наслаждается беспредельным счастьем, ибо она сосредоточена на Всевышнем" [22: 2: 17—21 ]. "Совершая аскетический подвиг, погруженный в йогическое созерцание, он сподобился увидеть великого духом Треокого {бога}...Шиву" [98: 104: 10]. Именно аскетическая практика позволяет многим героям "Махабхараты" видеть богов, демонических существ и других обита­телей "иного мира". Однако такие способности нигде не рассматрива­ются как конечная цель. Наоборот, все тексты "Махабхараты" бук­вально насыщены жизненной мудростью, ценнейшими эмпирически­ми наблюдениями, которые призваны помочь людям жить в "этом" мире. Роль знания, приобретенного созерцанием, очень велика. Имен­но здесь впервые подчеркивается огромная роль знаний и общего жиз­ненного опыта для того, чтобы по-иному оценивать всё невзгоды и тяготы нашей жизни. "Мудрые черпают радость и удовлетворение в познании, отрешившись как от горя, так и от счастья. Невежд обуре­вает недовольство, мудрых осеняет радость. Неудовлетворенности нет предела, удовлетворенность — высшее благо. Не следует предаваться печали: печаль — это сильнейший яд; он убивает слабого разумом, как разъяренная змея — ребенка. Кто предается горю, когда приходят не-взгоды.того покидают сила и мужество... Поддавшись отчаянию, {че­ловек} не обретает никаких благ.". [98: 206: 20—24 ].

Хотя слово "йога" в Ведийских текстах и в "Махабхарате" в боль­шинстве случаев означает просто отречение от мирских благ и аске­тизм, из некоторых древних первоисточников можно сделать вывод о существовании специальных йогических процедур, методик целенап­равленного управления физическими и психическими функциями че­ловеческого организма. Так, в "Шветашватара-упанишаде" [57: 2: 8—12] находим такие строки: "Постоянно держа поднятыми три части тела, вовлекая чувства и мысли в сердце, пусть мудрец переправится на ладье Брахмана через все потоки, внушающие страх. Сдерживая здесь свое дыхание, пусть наделенный движениями дышит через свои ноздри меньшим дыханием, пусть мудрец сдерживает свою мысль, не отвлекаясь, подобно тому, как он впрягал бы строптивых коней в ко­лесницу. На ровном чистом месте, свободном от щебня, огня и песка, благоприятствующем размышлению плеском воды и тому подобным, но не стесняющем глаз, в скрытом месте, защищенном от ветра, пусть занимается {йогой}. Туман, дым, солнце, ветер, огонь, светлячки, молнии, хрусталь, луна — все эти начальные облики суть проявления Брахмана в йоге. Когда исчезает пятеричное свойство йоги, когда по­являются земля, вода, жар, ветер и пространство — исчезает болезнь, старость, смерть для того, кто обрел тело, состоящее из огня йоги.".

В одном из наиболее часто цитируемых отрывке из "Мундака-упанишады" (2: 23) [128] сказано: "Овладев луком, великим оружием Упанишады, положи стрелу, отточенную самоотверженностью; натя­гивая лук сознанием, направленным на чувство, познай... эту непре­ходящую цель.". Далее Б. Сахаров поясняет,, что лук — это способ­ность к концентрации, стрела — наша психика, цель — объект концен­трации.

Один из основных методов ранней йоги — постепенное отключе­ние разума от чувств и от объектов внешнего мира. "Совершенно сознание того, кто способен отвлечь свои чувства от их объектов, подо­бно тому, как черепаха втягивает в панцирь свои конечности", — сказано в "Бхагавад-Гите" [22: 2: 58 ]. Самое хорошее средство для этого состоит в сосредоточении на Брахмане. Специальная методика для этого описывается в пятой главе этой книги: "Отключившись от всех внешних объектов чувственного восприятия, сосредотачивая взор между бровей, задерживая вдох и выдох в ноздрях, контролируя таким образом ум, чувства и разум, йогин, стремящийся.к освобождению, выходит из-под власти желания, страха и гнева. Тот, кто всегда пребы­вает в таком состоянии, уже, безусловно, освобожден" [22:5:27—28]. Далее Свами Бхактиведанта поясняет [с. 293 ]: "Нужно отделиться от объектов таких чувств, как слух, осязание, зрение, вкус и обоняние, в процессе пратьяхары (т. е. уведение чувств от объектов — Ю. К. )и, удерживая взгляд между бровей, сосредоточиться на кончике носа, полуприкрыв глаза. Не следует закрывать глаза полностью, так как в этом случае очень велика вероятность уснуть. Не стоит также и полно­стью открывать глаза, ибо в этом случае есть риск привлечь свое внимание к объектам чувственного восприятия. Дыхание удерживается в ноздрях посредством уравновешивания нисходящего и восходящего потоков воздуха в теле. Занимаясь такой йогой, можно достичь власти над чувствами, отстраниться от внешних чувственных объектов и, таким образом, подготовить себя к освобождению во Всевышнем".

Учение о познании (гносеология) Упанишад опирается на концеп­цию воплощенного и невоплощенного Брахмана. Воплощенный Атман-Брахман, т. е. физический мир, данный человеку в его ощущени­ях, постигается низшим знанием. Это — Смрити (букв.—"запомнен­ное" — знания, переданные от кого-то), включая то, что сейчас мы называем позитивной наукой. Невоплощенное, т. е. Атман-Брахман как таковой, постигается разумом в негативной форме как "не-то" и "не-это", а в позитивной — йогической интуицией, в процессе меди­тативной практики. Высшая цель жизни, согласно Упанишадам, — это слияние с Брахманом, т. е. освобождение, или избавление (Мокша). Оно достигается шестичастной йогой. "...Сдерживание дыхания, пре­кращение деятельности чувств, размышление, сосредоточенность, со зерцательное исследование и полное слияние — это называется шести-частной йогой", — сказано в "Майтри-упанишаде" (6:18) [159: с. 138 ]. Таким образом, здесь видна одна из первых систематизации йогиче-ской практики, и она включает в себя шесть ступеней (частей), а не восемь, как то подразумевает система йоги у Патанджали (см. ниже — раздел 2.2).

Йогарадж Борис Сахаров [128 ] провел специальное исследование древних текстов, чтобы конкретизировать методики Хатха- и Раджа-йоги, и вместе с тем выявил целый ряд новых (а точнее — забытых старых) семантических оттенков употребляемых в йоге терминов. Оче­видно, работа в этом направлений только начинается и много успехов ожидает впереди, поскольку ретроспективный анализ древних концеп­ций с позиций современного знания позволяет обнаруживать все новые и новые зашифрованные в многочисленных сравнениях и метафорах вполне конкретные указания. Одно из таких указаний, связанных, на наш взгляд, с конкретной методикой медитации, можно найти в "Чхандогья-упанишаде" в разделе о "четырехчастной стопе Брахма­на" (89: гл. 5—7): "Восточная сторона — часть {его стопы}, западная сторона — часть, южная сторона — часть, северная сторона — часть... Это четырехчастная стопа Брахмана, названная сияющей. Кто, зная это, почитает четырехчастную стопу Брахмана как сияющую, тот ста­новится сияющим в этом мире... Кто почитает четырехчастную стопу Брахмана как бесконечную, тот становится бесконечным в этом мире, бесконечные миры приобретает тот, кто, зная это, почитает четырех­частную стопу Брахмана как бесконечную... Кто, зная это, почитает... стопу Брахмана как светящуюся, тот становится светящимся в этом мире, светящиеся миры приобретает тот, кто почитает четырехчаст­ную стопу Брахмана как светящуюся". Отсюда можно вывести такое правило, подмеченное еще в древности: над чем человек медитирует, такие свойства отчасти переходят и на самого человека.

Надо полагать, уровень методического знания древней ведийской йоги был весьма высоким. Об этом косвенно свидетельствует и специ­альный обряд Дикши, цель которого — разделить человека на матери­альную оболочку и духовную, бессмертную субстанцию. Тот, кто со­вершил этот обряд, получал тем самым'право на второе рождение ("Человек рождается лишь частично, только благодаря жертвоприно­шению он действительно рождается") [28 ]. Можно сделать вывод, что для брахманов, которых называли также "дваждырожденные", этот обряд был обязательным.

К середине 1 тысячелетия религия Вед и комплекс обрядно-рели-гиозной символики брахманов (т. е. брахманизм) стал перерождаться в индуизм. К тому же времени относят и запись в окончательном виде великого эпоса "Махабхараты". Концепции индуизма были построены на тех же двух фундаментальных принципах ведийской религии — учении о Брахмане-Атмане и теории реинкарнации ("перевоплощения душ"). Однако главный акцент молитвенной практики сместился в сторону трех основных богов (Тримурти — триединого воплощения Брахмана, или "троицы"): Брахмы, Шивы и Вишну.

Главным в Тримурти индуизма считается Брахма — бог, который создал мир, трансформировав первоначальное Единство высшей Ре­альности в многообразие всего живого и преходящих форм. Однако число храмов, посвященных ему, относительно невелико по сравнению с теми, что посвящены двум другим главным божествам. Фактически по мере становления индуизма как религии большинство верующих разделились на два основных течения — шиваитов и вишнуитов, обра­зовав в их пределах множество частных направлений и сект. Шива символизирует разрушительную функцию. Он генетически восходит к ведическому Рудре. Это — бог разрушения, изменения и смерти; одно­временно Шива — покровитель аскетов, стремящихся к такому разру­шению и изменению, к слиянию с Вечностью и Абсолютом. Однако фактически шиваизм несет и созидательный аспект: культ жизненной силы и мужского начала почитается в символической форме как культ лингама, мужского животворного органа. Культ лингама в Индии при­обрел широкое распространение, и его свято почитают женщины, стре­мящиеся обрести детей. Вместе с тем Шива — гроза демонов, бог ритма и танца. На лбу Шивы находится третий глаз между бровей, силой которого, по преданию, он, разгневавшись, испепелил Каму — бога любви. Возникнув в начальный период становления индуизма, культ Шакти — духовной энергии Шивы, которая в момент соединения его с женским началом многократно усиливалась, — сместился на почита­ние женского начала. Возникла идея, согласно которой энергетическая сила Шивы, егошакти, с помощью которой человек быстрее достигает освобождения (мокши), легче всего воспринимается через супругу Шивы, среди воплощений (инкарнаций) которых наиболее популяр­ными богинями стали Дурга и Кали. Они и другие ипостаси жен Шивы олицетворяли собой великое женское начало, что, в частности, прояви­лось в некоторых культах, изобиловавших сексуальной практикой. В отличие от Шивы Вишну олицетворяет собой идею сохранения: он мягок и непротиворечив. Наиболее популярные и почитаемые в Индии воплощения Вишну — это Рама и Кришна,-а также Будда и мессия — Калка (или Майтрейя, т. е. "Будда грядущего"), приход которого еще ожидается.

По мере становления индуизма ведийская йога, составляя внут­реннюю, эзотерическую часть учения, стала практиковаться и в раз­личных шиваитских и вишнуитских сектах. Возникали порой даже монашеские ордена, например орден бродячих отшельников — шиваитов [77 ]. Известно, что динамическая ветвь шиваистической йоги фактически представляет собой то же самое, что и Шаолиньская школа у-шу. Однако, как и в древнекитайских религиозных учениях, внеш­няя часть индуизма, экзотерическая по своему характеру, была намно­го проще и на несколько порядков примитивнее. Тем не менее и здесь, несмотря на отсутствие тонко отточенной, отшлифованной до мель­чайших деталей практики эзотерической йоги, медитация имеет самое широкое распространение как основной элемент молитвенных обря­дов.

Цель посещения большинства храмов—даршан, т. е. возможность созерцания статуи Бога, и верующий может ощутить реально свою причастность к Шиве или Вишну. Многочисленные обряды и праздни­ки, проводимые под руководством брахманов, - всё это, несомненно, позволяет огромным массам верующих приблизиться к пониманию высших религиозных истин [28 ]. Кроме того, важное значение прида­ется паломничеству к святым местам (тиртхам), с древнейших времен сложился целый институт паломничества со строго регламентирован­ными правилами поведения и совершаемыми в святых местах обряда­ми. При этом каждая тиртха имеет свои особые, не сравнимые с други­ми свойства. Для лучшего понимания религиозных истин находящим­ся в Священных местах паломникам предписываются также различные посты. Так, обычный способ поста состоял в следующем: приняв пищу в первую половину дня, весь этот день, и следующий паломник должен был голодать и лишь к вечеру третьего дня мог поесть снова. Пост начинался в день прибытия паломника к тиртхе. Рассвет, полдень и наступление сумерек считались временем "трех молитвенных часов" [29 ]. Особое преимущество паломничества при этом состояло в свер­шении его в определенный, установленный для каждой тиртхи календарно-астрономический момент. В одной из книг "Махабхараты" — " Араньякапарве" [98 ] — описываются многие чудодейственные свой­ства святых мест: в одном Боги оставили свои "печати", в другом верующий получал избавление от всех болезней, в третьем он приоб­ретал способность видеть Богов, в четвертом его тело начинало излу­чать сияние... Все эти обряды и молитвенные действия создавали у верующего своеобразный духовный настрой, исключительно благо­приятный для размышлений на высшие темы духовный климат.

Предписания дхармы — установленные в обществе правила — пре­дусматривали следующий примерный распорядок дня индуиста в период ученичества. Произнеся про себя имя Божье, необходимо встать до вос­хода солнца с постели, обязательно на правую ногу; выразить в уме готовность к беспрекословному подчинению Гуру (духовному наставни­ку) , взглянуть на ладони, подумав о делах наступающего дня; пожелать всем добра и прочесть утренние молитвы (или одну молитву), обещая Богу повиноваться весь день. После отправления естественных потреб­ностей надо умыться, вычистить рот и зубы, расчесать волосы (жела­тельно с чтением Гайятри-мантры), надеть чистую одежду и нанести налобный знак (тилак). Пойти на берег водоема, выпить воды, обрыз­гать ею пространство вокруг себя, сесть лицом к востоку, сделать ды­хательные упражнения (пранаямы), а вслед за ними ньяса (т. е. при­кладывание ладоней ко лбу, плечам, груди, животу и бедрам, чтобы приобщить свое тело к Богу, отдаться Ему); прочитать молитвы и, главное,— Гайятри (приветствие Солнцу) в те минуты, когда оно вос­ходит. После этого принять пищу и приступить к выполнению домаш­них или деловых обязанностей. Потом зайти к Гуру, после чего сесть перед изображением Бога, прочитать мантры, погрузиться в размыш­ления о Боге, преподнести его изображению ароматические вещества, зажженные светильники. Затем надо поднести Агни (Богу огня) обрыз­нутые топленым маслом поленья, читая соответствующие молитвен­ные формулы (мантры); после чего необходимо почтить молитвой всех Богов (или хотя бы главных) и накормить священную корову и нищего или гостя. Поесть после этого, сначала предложив пищу Богам. При исполнении вечернего ритуала — сесть лицом к северу или северо-за­паду и брызнуть водой в сторону заходящего Солнца, читая мантру, а затем дома сделать перед изображениями Богов круговое движение горящим светильником, цветами, сосудом с водой [40 ].

1.3.6. Медитация в мусульманстве

Подобно буддизму, христианству и другим религиям, в мусуль­манской религии — исламе — можно также выделить внешнюю, экзо­терическую сторону учения, рассчитанную на большинство верующих масс, и внутреннюю (эзотерическую) часть, предназначенную для ог­раниченного числа людей, составляющих своего рода "духовную эли­ту".

Экзотерическая часть ислама связана с ежедневной молитвенной практикой, участием в религиозных праздниках, присутствием при разного рода священных обрядах и т. д. Священная книга верующих мусульман — "Коран" — содержит не только много положений, при­званных наставить человека в основах религии, но и множество цен­ных советов для повседневной "мирской" деятельности.

Этические нормы мусульманской этики связывают с Дин. Слово "дин" имеет целый спектр смысловых оттенков: обычай, образ поведе­ния, вера, суд, приговор. Дин подразумевает существование пяти ка­тегорий поступков [124 ]:

1. Обязательные — исполнение ритуалов исламской религии;

2. Желательные — дополнительные молитвы и посты, выполнение обетов, благотворительность;

3. Дозволенные, или безразличные, — вступление в брак, вкуше­ние разрешенной пищи и другие поступки, не осуждавшиеся, но и не одобрявшиеся;

4. Неодобряемые — чрезмерная привязанность к мирским благам и другие действия, которые не наказывались, но в то же время и не одобрялись;

5. Запрещенные — наказываемые в этой жизни и после смерти, например вкушение запрещенной пищи. Эта схема близка как к хри­стианским, так и ко многим другим религиозным этическим оценкам поступков людей, а само понятие "Дин" имеет, на наш взгляд, прямую связь с аналогичными представлениями о "Дхарме" в древней Индии.

"Внутренние" аспекты ислама в значительной степени связаны со специальными процедурами медитативного плана, особенно развиты­ми в суфизме — учении, которое многие исследователи называют "му­сульманской йогой". Первые религиозные общины суфиев появились в начале YIII в. в Ираке (Куфа, Басра, Багдад), а затем они быстро распространились повсюду от Испании до Индии (в основном — север­ные провинции: Пенджаб, Пакистан и др.). Само слово ".Суф" означа­ло грубую шерстяную ткань, поэтому власяница стала атрибутом су­физма. Аскетическая практика дала в этом учении прочный сплав с идеалистической метафизикой, основанной на древних знаниях Восто­ка [152]. Обряд радения (зикр) варьировал у суфиев от экстатического транса до глубокого медитативного сосредоточения, сходного с индо-буддийской медитацией. Многие другие мусульманские обряды и мо­ления (например, пятикратную молитву) суфизм не признавал, что в разные времена неоднократно служило поводом для преследования со стороны официальных правителей. Однако аскетизм и бескорыстие, совмещение в себе отдельных признаков как суннитов, так и шиитов — двух противоборствующих группировок — впоследствии снискали су­фиям определенные симпатии со стороны местного населения и ряда общественных деятелей.

Считается, что теоретические основы суфизма были заложены в IX в. египтянином Зу-н-Нуном аль-Мисри и багдадцем Абу Абдалла-хом аль-Мухасиби, создателем теории самонаблюдения человека. Аль-Мухасиби приписывается также учение о хал — мгновенном озарении, экстатическом состоянии суфия на пути к Богу.

Основные тезисы суфизма сводятся к следующим главным поло­жениям. Абсолютная Реальность ("воля Аллаха") имеет несомненный примат перед феноменальным миром ощущений. Главное — найти Бога в себе, развивать в себе любовь к нему, превратить все личное и социальное в инструмент Аллаха. Процесс сближения с Богом не может быть осуществлен прямыми средствами интеллектуального анализа и формальной логики: медитация и интуитивные поиски здесь единст­венный путь к Аллаху, включая, конечно, аскетическую практику. В духовном развитии человека суфизм выделяет несколько ступеней-со­стояний (отЗ до 12), последняя из которых — завершающая — приоб­щает мюрида (т. е. ищущего, ученика) к высшим таинствам суфизма. Этот Путь (Тарикат) реализовывался обычно в пределах суфийских школ-монастырей, каждый из которых имел свои отличительные чер­ты. Поэтому суфизм стал существовать в виде школ и ответвлений, и он не представляет собой единую систему практики.

Как и в ведийской религии, Абсолютная Реальность, или просто Абсолют, взятый сам по себе, рассматривался как совершенно лишен­ная качеств трансцендентная сущность, которую нельзя выразить фор­мально-логическими средствами. Она Является самой себе в процессе саморефлексии в виде совокупности имен и атрибутов, которые, одна­ко, ей нетождественны [75 ].

Философские постулаты учения суфиев включали в себя отдель­ные положения неоплатонизма, индийской философии, христианства и иудаизма, что рассматривается как непосредственное влияние на­званных учений на становление суфизма [152]. Однако наличие це­лого комплекса оккультных наук: астрологии, алхимии, гадательной практики, приемов черной и белой магии [124], хотя и не отрицает такого влияния, все же заставляет считать древнейшие эзотерические знания основным источником арабской мистики. Несмотря на то, что большинство указанных методик не входит в учение суфиев в качестве составного элемента или даже противоречит официальной исламской доктрине, их распространенность в арабской культуре дает основания предполагать наличие гораздо более древних и общих корней восточ­ного комплекса древних наук, чем это кажется с первого взгляда. Об этом свидетельствует ишрак — религиозно-философское учение о свете и мистическом озарении, развитое теологом и суфием Сухравади (1155—1191гг.) [152].

Ишрак, рассматриваемый как символ сокровенного знания, ис­тинного пути и спасения, уходит своими корнями к еще доисламской религиозной традиции, включая зороастризм и манихейство. Леген­дарная еретическая подделка Корана, приписываемая Ибн аль-Му-хаффа (ум. ок. 757 г.), начиналась хвалой свету как творцу сущего. Согласно Сухравади, только ишрак — интуитивное мышление, дости­гаемое аскетизмом и медитацией, — дает полное и истинное знание. В нем — извечная мудрость, полученная еще Гермесом Тримегистом с неба и передающаяся последовательно через ряд мудрецов Греции, Персии и Аравии. Считалось, что ишрак недоступен для философов, не способных подняться выше уровня чувственно-рационального по­знания. Последовательные ступени ишрака — "прохождение" (сайр), "обхождение" (сулук), "обнаружение" (кашф), "усмотрение" (шу-худ) и единение с познаваемым. Считалось также, что с помощью ишрака можно познать Абсолютную Истину — "свет светов" (нур-аль-анвар) и все 18 000 миров света во Вселенной. Само бытие — это свет, все предметы материального мира — сгустки света различной интен­сивности, истекающие из Абсолюта. Представителями этого неисто­щимого первичного света являются Солнце (в небесных сферах), огонь (среди стихий), свет величия (в человеке). Свет и мрак (т. е. небытие) бывают субстанциальными, если поддерживаются сами собой, и акци-дентальными, если питаются извне. Субстанциальный свет — это Бог, ангелы, душа человека; субстанциальный мрак — это природные тела; акцидентальный свет — это огонь и небесные светила, акциденталь-ный мрак — это качества и формы природных тел. Философия изучает мир тьмы и материи, теософия — мир света. Наилучшие из живу­щих — пророки, которые возвещают людям истины потустороннего бытия, т. к. их души воспаряют выше ангельского мира.

Примерно с XI в. на основе различных монастырских школ и братств стали возникать суфийские (дервишские) ордена. В них существовал строгий внутренний регламент, четко определенные ступени посвящения. Обычно первая из них — шариат — ставила целью изучение новичками норм ислама и обучение беспрекословно подчиняться старшим. Вторая ступень — тарикат — означала, что подготовленный ученик вступил на праведный путь и стал мюридом. Мюриды продолжали свое обучение непосредственно под руководст­вом того или иного шейха или ишана. На третьей ступени — мари-фат — суфий должен был уметь в совершенстве сливаться с Аллахом в экстатическом трансе, а также имел право учить молодых. Четвертая и высшая ступень — хакикат — означала постижение истины и слия­ние с Богом, что было доступно лишь очень немногим. Несмотря на различия и разногласия между отдельными школами, во всех орденах существовала строгая иерархия, жесткая дисциплина и безусловное подчинение младших старшим, радения с медитацией, полная предан­ность исламу. В некоторых случаях ордена могли превращаться в мощ­ные боевые отряды, вокруг которых складывались патриотические движения по борьбе с чужеземцами во имя священного джихада (т. е. "священной борьбы с неверными"). Суфизм оказал огромное влияние на этику, литературу и искусство Ближнего Востока, вклю­чая Среднюю Азию и Закавказье. Так, в поэтическом мире сложился своеобразный культ поэтов — дервишей. Наиболее известными де­ятелями мусульманской культуры, придерживавшимися идей су­физма, были: Ибн Араби (1165—1240 гг.), Ибн Туфейль (ум. 1185), Азиз ад-дин ибн Мухаммад Насафи ( XIII в.) и мн. др. [21; 152 ].

"Вера содержит ту истину, форму которой приняло сердце и кото­рая открылась сердцу, чтобы стать им познанной." Эти слова принад­лежат Ибн Араби [Филыптинский ]. Искать духовные сокровища в своем сердце — один из лозунгов суфизма (естественно, речь идет отнюдь не о любовно-сентиментальной лирике). Мистический транс — основной источник истинного знания. При этом важно, что концеп­ция единства религиозного опыта встречается неоднократно у поэ­тов-суфиев [75; 153; 154]. Основное внимание большинство поэтов уделяли пророческому знанию, высшим философско-религиозным истинам, мистическому опыту познания Бога, и в этом отношении они близки, на наш взгляд, философской поэзии древнего Китая (о мы рассказывали выше).

* * *

Несмотря на широкую распространенность медитации как основ­ного метода познания высших философских и религиозных истин, наиболее яркую очерченность и согласованность с другими путями и этапами развития человека она получила именно в йоге. Так, не слу­чайно, что даосские упражнения по совершенствованию тела и духа получили распространенное название "даосская йога". Поэтому ос­новное внимание мы далее будем уделять именно йоге, а к даосским, буддийским и другим восточным учениям будем обращаться только при необходимости, в тех случаях, когда тот или иной аспект йоги почти полностью совпадает с иными религиозно-философскими тече­ниями или, наоборот, когда ввиду эзотеричности учения йогов единст­венной возможностью пролить свет на него остается сравнение с китай­скими или тибетскими вариантами практики.

Глава 2. МЕДИТАЦИЯ В ИНДИЙСКОЙ ЙОГЕ

В отличие от других учений Востока, например буддизма, система индийской, йоги отличается своей разноаспектностыо: физические и психические свойства человека в ней получают всестороннее гармо­ничное развитие. Все стороны функционирования физического тела, психики и ума в йоге согласованы до мельчайших деталей. Медитатив­ная практика в ее рамках имеет строго определенное место в общей системе упражнений. Ввиду этого ее следует рассмотреть отдельно, в аспекте взаимосвязи с другими сторонами учения.

2.1. Шесть даршан и "йога-сутра" патанджали

Развитие древнеиндийского общества и накопление эмпирических знаний привели к становлению позитивной науки, включая различные философские течения, возникавшие на базе учения Вед. Обособление философии как отдельной науки было связано как с попыткой систе­матизировать в целостную систему накапливавшиеся знания о природе и человеке, так и ответить на вопросы о смысле жизни, предназначении человека в терминах рационального научного знания. '

История философии древней Индии связана с понятием "дарша-на". В переводе с санскрита это слово означает "видение, взгляд, спо­собность видеть, переживание, опыт, понимание", и под ним понима­ется система умозрения, сравнимая с понятием школы в античной или европейской философии. Считалось, что с помощью даршаны откры­вается Истина в ее целостности, полноте и непротиворечивости. "Уви­денная (явленная)" истина и "видение" как метод ее познания связаны друг с другом общим элементом — "светом". Согласно принятой в истории философии традиции выделяются шесть основных даршан: веданта, вайшешика, ньяя, миманса, санкхья и йога [20; 28; 152; 159; 160 и др.].

ВЕДАНТА - наиболее древняя и влиятельная система древнеин­дийской философии, лежащая в основе индуизма. В переводе с сан­скрита "веданта" означает буквально "конец Вед, завершение Вед". В рамках этой системы, объединяющей в себе несколько направлений, Веды рассматриваются как "откровение свыше" (шрути); они — источ­ники вечного истинного знания, существовали до .начала мирам воз­никли издыхания Брахмана. Для достижения истинного знания (Брах-мавидья) необходимы: осознание различий между вечным и невечным бытием; отказ от материальных воздаяний как в этой жизни; так и в будущей; использование "шести средств" (т.е. спокойствие духа умеренность, отрешенность, терпение, сосредоточенность,, вера); стремле­ние к освобождению. В отличие от буддизма Махаяны, Веданта при-знаваЛа элитарность высших знаний и конечного результата — осво­бождения (мокши), развивая учение о переселении душ. .

В основе философии Веданты — учение о Едином (Брахмане), космической жаре (тапасе), сотворении мира, о Пуруше (Мировой Душе, Высшем Духе) и т. д. Основные три источника Ведантизма: 1) Упанишады, давшие умозрительные истолкования смысла Вед и систему основных понятий; 2) "Брахма-сутра", или "Веданта-сутра", приписывающаяся Бадараяне (2—3 вв.), или Вьясе; 3) многочислен­ные комментарии к "Брахма-сутре", работы Бхартрихари, Говинды, Гаудапады, Шанкары.

Согласно адвайта-веданте, важнейшим представителем которой был Шанкара (конец 8—нач. 9 в.), множественность иллюзорна, она обусловлена Авидьей (невежеством, незнанием), магической силой Майи мировой иллюзии) и разными видоизменениями субстанции (виварта). Внешний мир, по Танкаре, иллюзорен и является продук­том сознания. Наоборот, представители двайта-веданты признавали дуализм двух самостоятельных сущностей — "Я" и Бога. Это течение наиболее ярко представлял Мадхва (1199— 1278 гг.). Различая незави­симую (сватантра) и зависимую (паратантра) реальность, двайта-ве-данта подразумевает под сватантрой Брахмана, творца Вселенной. Мадхва выделял пять основных различий: Бога и индивидуальной ду­ши, Бога и материи, души и материи, одной души и другой, разных частей материи.

Название школы ВАЙШЕШИКА происходит от санскритского "вишеша" ("различие, особенность"). Согласно этой даршане, су­ществуют семь видов реальности, из которых шесть положительны, — субстанция (дравья), качество (гуна), действие (карма), всеобщ­ность (саманья), особенность (вишеша), присущность (самавая) — и одна отрицательна: небытие (абхава). Исходная субстанция, представляющая собой субстрат качества и действий, но отличная от них, выступает в девяти формах. Пять из них являются физическими эле­ментами: земля, вода, огонь, воздух и эфир-акаша. Четыре других неощутимы, едины, вечны и всепроникающи: пространство, время, душа как субстрат сознания, ум (Манас), который предназначен для восприятия индивидуальной души и трактуется как внутреннее чувст­во/Субстанция несет в себе качество, не существующее вне ее; всего вайШешика выделяет 24 качества. Кроме того, существует пять видов физического движения: вверх (поднятие), вниз (опускание), внутрь (сжатие), вовне (расширение), с места на место (перемещение). Дей­ствия ума-манаеа не воспринимаются. Всеобщность — вечная сущ­ность, общая для всех объектов данного класса. Противоположная все­общности категория особенности (вишеша) индивидуализирует и диф­ференцирует вечные сущности мира. Мир, согласно вайшешике, со­здан из четырех видов атомов, соединяющихся в диады, триады и иные типы организации, но движущей силой является Бог, действующий в соответствии с законом кармы.

К вайшешике близка другая школа — НЬЯЯ, причем иногда они рассматриваются вместе как единая система. В буквальном переводе с санскрита "ньяя" означает "правила рассуждения, аналитическое ис­следование, логика". Эта даршана, хотя и признавала авторитет Вед, строила свою концепцию на независимых основаниях. Исходя из при­знания мокши (освобождения) как конечной цели человеческой жиз­ни, в ньяе вместе с тем считалось, что для познания реальности необ­ходимо умозрение. Условия и методы истинного познания могут быть определены с помощью логики и ее законов. Разработанная в ньяе логическая система по своим конструктивным принципам отличается от аристотелевской формальной логики; тех, кто хочет ознакомиться с нею детально, мы отсылаем к уникальной работе Г. X . Инголлса [65 ]. Восприятие (пратьякша), согласно ньяе, связано с органами чувств и может быть внешним (зрение, слух) или внутренним (у м-Манас). Сви­детельство, или доказательство (шабда), относится к познанию невос­принимаемых объектов, исходящему от авторитетных лиц. Познание, основанное на этих источниках, является достоверным; наряду с ним выделяется недостоверное познание, опирающееся на память, сомне­ние, ошибку или гипотетический аргумент. В ньяе была детально раз­работана классификация источников достоверного познания, учение о сверхчувственном восприятии и его трех видах, о типах обычного вос­приятия (определенное, т. е. савикальпа, и неопределенное, или нирвикальпа) и многие другие вопросы. Философия ньяи делится на 4 части: теорию познания, теорию физического мира, теорию индивидуального "Я" и его освобождения, теологию. Правильное познание ос­вобождает человека от круговорота рождений и смертей, страданий и греха; причем само освобождение понимается здесь как прекращение страдания, а не как состояние счастья. Освободившееся "Я", отличное от ума, тела и органов чувств, выступает как чистая субстанция, не связанная даже с сознанием. Философия ньяи — философия логиче­ского реализма, в которой внешний мир существует объективно, неза­висимо от сознания человека.'

МИМАНСА сформировалась как результат исследования Вед, В переводе с санскрита слово "миманса" означает буквально "размыш­ление, решение проблемы через критическое исследование основа­ний". Исходя из принципа вечности и самодостаточности Вед, после­дователи этой школы выдвинули учение об изначально существующих звуках речи как особых субстанциях, доступных восприятию лишь в случайных проявлениях. Артикулированная речь лишь выявляет зву­ки Вед, но не производит их сама, как луч света, лишь выхватывающий из тьмы предметы, не создает их сам. Миманса различает два типа познания — непосредственное и опосредованное (косвенное). В первом случае выделяются две стадии: неопределенное знание — о том, что объект есть, и определенное, относящее его к конкретному классу. Объекты, воспринимаемые таким образом, не иллюзорны, реальны и обладают различными признаками. Ко второму типу познания от­носится логический вывод (анумана), сходство-сравнение (упамана), свидетельство или авторитет (шабда), постулирование (артхапатти), невосприятие (анупалабхи) как апелляция к отсутствию объекта. Мир, согласуй мимансе, реален и создается из атомов в соответствии с мо­ральным законом кармы, управляющим миром. Душа — вечная и бес­конечная субстанция, связанная с телом, но не умирающая вместе с ним. При выполнении ритуала в душе возникает особая потенциальная энергия [апурва ], ее накопление влечет в будущем наслаждения пло­дами этих ритуалов. Выполнение долга (дхармы) ведет к постепенному уничтожению кармы и к освобождению, которое сначала понималось как ничем не ограниченное блаженство, а позднее — как прекращение рождений, и, следовательно, страданий. Внутри мимансы обычно раз­личают пурва-мимансу, теснее связанную с ритуалом, и более позд­нюю уттара-мимансу, акцентирующую внимание на исследовании по­знания [ 152 ]. Положения мимансы об изначально существующих зву­ках, на наш взгляд, отражают явную связь истоков этой школы с учением мантра-йоги (см. ниже).

САНКХЬЯ, в переводе с санскрита означающая "число, перечис­ление, расчет", строится как аналитическое перечисление элементов

Космоса в их становлении от исходных принципов до всего многообра­зия мира объектов. Исходное положение санкхьи — учение о наличии следствия в причине. При этом следствие и причина понимаются как два состояния — проявленное (выявленное) и непроявленное (невыяв­ленное) — одной и той же исходной субстанции. В отличие от адвайта-веданты (см. выше), которая считает переход причины в следствие лишь видимостью, учение санкхьи рассматривает его как реальность. Другое исходное положение санкхьи, сближающее ее с йогой, — при­знание двух исходных реальностей: Пракрити (природы в целом, ма­териальной первопричины, грубоматериальных объектов) и Пуруши (духа, сознания, "Я"). Пракрити независима и активна, но лишена сознания; она - единство противоположностей, основа и первопричи­на существования любых объектов эмпирического мира. Пракрити состоит из элементов трех гун (см. ниже); однако гуны здесь — не столько атрибуты или качества, а скорее субстанции-силы, находящи­еся в равновесии. Пуруша ("Я") пассивен, но обладает сознанием, составляющим его сущность. При взаимодействии Пуруши с Пракрити равновесие гун нарушается, в недрах Пракрити происходит волнение, гуны дифференцируются, и образуется мир различных объектов [152 ].

Первый продукт развития — Махат, "Великое Единство", он же — Буддхи, тонкая субстанция, основа всего материального. В человеке это субстанция умственных процессов, интеллект, призна­ющий различие объекта и субъекта. Из Махата возникает второй продукт эволюции — аханкара ("делающее "Я"), или принцип ин­дивидуальности. Выделяются пять органов восприятия, пять орга­нов действия, Манас (ум как орган познания и действия; соприкасаясь с чувствами, он преобразует неопределенное чувственное восприятие в определенное), пять тонких элементов (или танматры, т. е. потенции звука, осязания, цвета, вкуса и запаха). Из танматр возникают, в свою очередь, пять элементов: земля, вода, огонь, воздух, эфир (акаша). Таким образом, Пракрити — основа всего, кроме Пуруши. Освобожде­ние от страданий достигается через возвращение к собственному "Я"; благодаря распознаванию "Я" и "не-Я", последнее отбрасывается, и душа остается бесстрастной и свободной.

В качестве шестой ортодоксальной системы философии древней Индии выделяется ЙОГА. Становление йоги как даршаны, хотя и было подготовлено и всецело обусловлено ведийской религией [170; 173] (см. выше — раздел 1.3.5), отражает прежде всего процесс системати­зации сврда отдельных закономерностей и правил практического ха­рактера, изложенных еще в ранних Упанишадах, в некую целостную систему, основанную на рациональных принципах.

Онтологию и теорию познания йога разделяет с санкхьей. Как и в санкхье, свободная душа (дживатма) связана, по йоге, с физическим (стхула-шарира) и тонким телом (сукшма-шарира). Однако собствен­ным достоянием йоги является разработка многих аспектов, связанных с анализом различных модификаций ума, его состояний и путей к освобождению [152].

Согласно теории йоги, "Я" — это чистое сознание, но оно склонно отождествлять себя с модификациями ума (Читты). Читта — физиче­ский орган мышления, соотносимый с умом-манасом как внешнее с внутренним. Будучи связана с каким-либо объектом через Манас, Чит­та принимает модификацию, соответствующую форме этого объекта. Если Манас соответствует функции сознания, то Читта — функция интеллекта, рационального формального мышления. Считается, что понятие "Читта" соответствует понятию "Махат" в санкхье или "Буд-дхи"в веданте. В йоге различают пять модификаций Чипы: 1) истин 3 -ное познание (основанное на восприятии, логическом выводе, устном свидетельстве); 2) ложное познание; 3) знание слов; 4) сон и 5) память. В йоге подразумеваются пять уровней духовной жизни, соответствую­щих различным ступеням модификаций Читты: 1) беспокойное рас­сеянное состояние, при котором ум блуждает от одного объекта к дру­гому (кшипта); 2) бездеятельное притупленное состояние (мудха), тенденция ко сну, порокам и невежеству; 3) рассеянное, относительно успокоенное состояние (викшипта); 4) сосредоточение ума на одном объекте — предмете размышления (экагра) и 5) прекращение какой-либо деятельности ума (нироддха). Полное прекращение этих модифи-каций Читты и есть йога. Проявление какого-либо из перечисленных уровней духовности зависит от соотношения трех гун (основных кат честв, комплексных свойств или атрибутов).

Тамас-гуна (или Тамас) связана со следующими свойствами челове­ка или объектов внешнего мира: тяжесть, пассивность, медлительность, тьма, невежество, тупость, леность. Для второй — Раджас-гуны (или Раджаса) — характерны: страстность, подвижность, деятельность, беспо­койство, порывистость. Сатгва-гуна (Саттва) связывается со светом, чи­стотой, гармонией, уравновешенностью, незапятнанностью, спокойстви­ем, радостной безмятежностью; пассивность саттвы — лишь видимость, поскольку из этого состояния легко можно перейти к более низкому — раджасичному. Если доминирующими началами являются тамас и рад* жас, человеку или другому объекту свойственны первые два уровня. Они — низшие и противоречат йоге. По мере очищения Читты от элементов тамас и раджас-гуны начинает преобладать саттва, и прояв­ляются четвертое и пятое состояния, открывающие путь к йоге. Дости жение полного покоя Читты, сдержанность ее от модификаций вплоть до состояния абсолютного покоя и есть йога.

Согласно йоге, человеческое "Я" выступает субъектом пяти источ­ников несчастий: 1) ошибочного понимания вечного как невечного, "не-Я" как "Я"; неприятного как приятного; нечистого как чистого; 2) ложного-понимания или восприятия "Я" как тождественного с ин­теллектом; 3) желания наслаждений и средств их достижения; 4) от­вращения к боли и ее причинам; 5) инстинктивной боязни смерти у всех живых существ [160] .

Соотношение теоретической части йоги с положениями санкхьи лучше проследить с позиций учения о таттвах (сущностях, составных элементах, исходных атрибутах). Пракрити, Махат, Ахамкара ("со­знание самости"), 5 органов чувств, 5 "органовдействия" (голос, руки, ноги, органы выделения и органы размножения), ум-манас, 5 грубых физических элементов и 5 танматр (тонких сущностей) образуют в совокупности систему из 24 таттв. Ею оперирует "санкхья 24 элемен­тов". В "санкхье 25 элементов" к ним прибавляют Пурушу как отдель­ное от материи духовное начало. В йоге, которая называется также "санкхьей 26 элементов", добавляется также личный Бог, вера в Иш-вару (Верховного Бога-Владыку в небесной иерархии) [20; 162]. Вся система перечисленных таттв, включая прежде всего подсистему из пяти тонких элементов (танматр), породила большие трудности для современной научной интерпретации этих понятий и самих даршан. С. Радхакришнан полагал, что эти стороны учения санкхьи и йоги обусловлены воздействием еще более древних воззрений, до нас не дошедших [20 ]. Так или иначе, ясно, что мы имеем здесь дело с совер­шенно иной знаково-логической системой, причем принципы логиче­ских построений в древней Индии (а также Китае) существенно отли­чаются от аристотелевской формальной логики, которую унаследовал и развил Запад.

Важнейшее отличие йоги как одной из даршан — практический путь к освобождению (мокше) через систематическую тренировку тела и души. Сходная в ряде теоретических посылок, санкхья больше вни­мания уделяет познанию отличий "Я" от всего остального мира как средству достижения освобождения.

Все системы индийской философии (за исключением материали­стической школы чарваков) настаивали на применении йоги как не­обходимой практической стороне философии жизни [160] . Поэтому рассматривать йогу как отдельную ФИЛОСОФИЮ, как это зачастую делается в нашей отечественной популярной литературе, вряд ли пра­вомерно. Такой вывод можно сделать не только из анализа традицион ных даршан древней Индии, но и с позиций рассмотренных в 1-й главе материалов по даосизму, буддизму и другим восточным учениям.

Основная черта, которая характерна для развития йоги в постве­дический период, — постепенный отказ от аскетизма. Так, основным средством йогической практики ведийской йоги выступал тапас, т. е. "умерщвление плоти ", аскетическое отшельничество [ 173 ]. Основная идея Упанишад — отрицание крайностей аскетизма — получает за­метное развитие в "Бхагавад-Гите" [20]. В книгах "Махабхараты" наряду с традиционным "суровым подвижничеством" можно найти целый ряд отрывков, свидетельствующих о наличии специальных практик, которые, хотя и подразумевают отшельничество, но сво­дятся отнюдь не к одному лишь тапасу. Эти практики, будучи объе­динены в целостную систему, были направлены на достижение осво­бождения без сурового аскетизма. Так или иначе, по мере становле­ния и обособления йоги как отдельной дисциплины значимость тапаса снижается до минимума, хотя его необходимость полностью не исчеза­ет.

В "Бхагавад-Гите" можно найти как отрывки, полностью согласу­ющиеся с традициями ведийской йоги, так и едва ли не противополож­ные по содержанию места. Так, близким к описанию практики йоги в "Шветашватара-упанишаде" является следующее [95:6:10—15]:

"Пусть йогин всегда упражняется в йоге тайно,
Одинокий, укротив самосознанье, без ответственности, без
ожиданий, Устроив себе в чистом поле крепкое сиденье,
Не слишком низкое и не высокое, покрытое одеждой, шкурой лани и травой куша,
Там сердце на одно направив, укротив волнение чувств и мыс­ли,
Опустясь на сиденье, пусть ради самоочищения он упражняет­ся в йоге.
Стойкий, пусть прямо, неподвижно туловище, голову, шею держит,
Взор устремив на кончик носа, по сторонам не глядя.
Умиротворенный, отгнав страх, стойкий в обетах брахмачарья,
Смирив сердце, преданный, пусть он сидит, устремясь ко Мне.
Так всегда, упражняясь, йогин, укротивший манас,
Достигает Мне присущего мира высшей нирваны."

Сразу же после этих следуют строки, прямо перечеркивающие традиции аскетизма и умерщвления плоти [95:6:16—18 ]:

"Йога не для того, кто в еде неумерен или ничего не вкушает,
Кто привык слишком много спать или бодрствовать, Арджуна:
А для умеренного в еде, в воздержаньи, умеренного в делах, в движениях.
Для умеренного во сне и в бодрствовании предназначена скорбь уносящая йога.
Когда укрощенное сознание в Атмане утвердится,
Тогда отрешенный от всех желаний именуется вос­соединенным."

Последняя строка в короткой фразе отражает главную цель клас­сической йоги — воссоединение с Богом, восстановление утраченной связи с Высшим Духом. Отказ от крайностей аскетизма содержится в другой, еще более "крамольной" фразе [95:2:50 ]: "...Поэтому предай­ся йоге, йога — в делах искушенность". Хотя искушенность в делах здесь отнюдь не означает ловкачество и прохиндейство, а связана с реализацией целей Карма-йоги (йоги действия), противоречие с кано­ническим вариантом ведийской практики здесь очевидное [20 ].

" Бхагавад-Гита" подразумевает три основных пути — путь зна­ния (Джняна-марга), путь действия (Карма-марга) и путь любви (Бхакти-марга) — развития личности в целях достижения освобож­дения "Я" от круговорота перерождений. Этим путям соответствуют Джнани-йога, Карма-йога и Бхакти-йога [20; 82]. Здесь под йогой подразумевается не столько совокупность приемов практического достижения экстатических состояний духа, сколько путь развития, и в "Бхагавад-Гите" каждая из 18 глав (за исключением первой) пред­ставляет по сути свой особый путь, также обозначаемый термином "йога", например "йога созерцания вселенской формы".

Знание, дающее верующему видение Высшего Божества, считает­ся в "Бхагавад-Гите" исчерпывающим; обладающий им уже не нужда­ется в каком-либо ином прозрении. Но оно открывается немногим: "Из тысячи людей едва ли один стремится к совершенству. А из стремящих­ся и достигших едва ли кто истинно Меня постигает." [95:7:3]. Отсюда можно сделать вывод, что если Бог не постигнут, то знание, взятое в целом, неистинное. Этот путь — путь Джняны — ближе к традициям ведийской йоги, поскольку он может быть осуществлен лишь в усло­виях отшельнического уединения (саньяса). Распознавание добра и зла, вечного и сиюминутного — этот мотив проходит через все содер­жание "Бхагавад-Гиты": "Кто в бездействии действие, а в действии бездействие видит, тот мудрец среди людей; преданный, все дела он закончил." [95: 4: 18]. Эта строка, ставшая знаменитой, посвящена необходимости Джняна-йоги.

В отличие от Джняна-марги, путь Бхакти (Божественной любви) не требует коренного изменения всей жизненной обстановки [82].-Поняв, что Бог везде и в каждом, Бхакти-йог, служа Богу, передает его свет другим людям. Преодоление "самости", отречение от материаль­ных выгод, бескорыстное служение Богу в целях освобождения "Я" от оков материального мира — основные черты деятельности Бхакти-йогина в мире согласно "Бхагавад-Гите". Главная цель здесь — путь любви к Божеству, постепенное к нему приближение через любовное и бескорыстное Ему служение, полное подчинение себя Его воле.

Третий путь — Карма-марга. Здесь основным средством духовного продвижения к Богу является работа, бескорыстный упорный труд, причем главное условие состоит в отречении от плодов своего труда, непривязанность к конечным результатам действия. Совершая работу, человек невольно начинает' проявлять пристрастность к итогам своей работы; разорвать эту обычную в мире связь очень трудно, но подобно­го рода усилия будут вознаграждены в Божественном мире. Умение остаться непривязанным к результатам деятельности и составляет ту "искушенность в делах", о которой мы только что говорили выше.

Таким образом, дифференциация теоретической основы ведий­ской йоги проявляется в "Бхагавад-Гите" самым явным образом. Одна из наиболее важных общих особенностей книги состоит в учении о диалектике. Диалектическими взаимопереходами пронизаны почти все тексты: счастье—несчастье, свобода—порабощенность, ясность и чистота — тьма и загрязненность, любовь—отвращение, стойкость в исполнении общественного долга — корыстное малодушие — все эти и многие другие противоположности представлены в "Бхагавад-Гите". На'их понимании и основывается все учение йоги: "...Равновесьем именуется йога" [95: 2: 48 ], или — в другом переводе — "уравнове­шенность называется йогой" [82: с. 76 ]. Действительно, как можно достичь равновесия (йоги), не зная, не понимая всей диалектики чело­веческой жизни и бытия природы, т.е. системы "Пуруша—Пракрита".

Независимо от того или иного выбранного пути, его реализация, по "Бхагавад-Гите", невозможна без сосредоточения и медитации: "Кто не собран, не может правильно мыслить, у того нет творческой силы; у кого нет творческой силы — нет мира, а если нет мира, откуда быть счастью?" [95:2: 66 ]. В целом, все тексты "Махабхараты" отра­жают, несомненно, более высокий общий духовный уровень, чем тот, к которому мы привыкли на Западе. Перед глубиной осмысления чело­веческих проблем, огромным запасом жизненной мудрости, изложен­ных в кратких и простых формулировках "Бхагавад-Гиты" и других книг "Махабхараты", меркнут даже лучшие творения западной фило­софско-религиозной традиции.

Дальнейшее развитие теоретико-философский фундамент йоги получил в известном трактате Патанджали "Йога-сутра". Ее создание относится, согласно одним источникам, ко II в. до н. э. [напр., 152 ], по другим — к 820 г. до н. э. [181 ]. Одна из основных особенностей этого памятника состоит, на наш взгляд, в явном стремлении Патанджали изложить систематизированное учение йоги в рациональных терминах формального мышления, т. е. едва ли в строго научной форме. Так, в начале "Йога-сутры" он дает следующие краткие определения, сход­ные с научными постулатами [10:1:1—6]:

"Вот объяснение сосредоточения.
Йога есть удержание материи мысли (Читта) от облечения в различные образы (Врятти).
В это время (время сосредоточения) зрящий (Пуруша) поко­ится в своем собственном (естественном) состоянии.
В остальное время (вне сосредоточения) зрящий сливается со своими видоизменениями.
Есть пять видов видоизменений, связанных со страданием и несвязанных.
Таковы: правильное знание, неразличение, устное заблужде­ние, сон и память".

Таким образом, Патанджали определяет всю сущность йоги в пре­кращении деятельности ума, в устойчивом сохранении " незамутнен-ности", чистоты поверхности субстанции ума-читты. В настоящее вре­мя, даже отвлекаясь от наличия в древности глубоких знаний, пред­ставляется очевидной ограниченность подобной трактовки. Хотя пре­кращение модификаций ума, а точнее — контроль их, далеко не прос­ты и действительно требуют точных специальных методов, это не яв­ляется конечной целью йоги даже во внешней форме ее проявления.

По Патанджали, теоретическая сторона учения йоги состоит из четырех частей [160]:

1. Самадхипада — о характере, целях и формах йоги; в ней рассмотрены модификации Читты и различные методы до­стижения йога;

2. Садханапада — посвящена средствам достижения Самадхи, а также духовным состояниям, причиняющим несчастье, плодам действий и их мучительной природе, четырехсторонней форме страданий, их причине, прекращению и сред­ствам прекращения страданий;

3. Вибхутипада — дает описание внутренних аспектов йоги, сверхъестественных сил, приобретаемых посредством при­менения ее на практике, и т. д.;

4. Кайвальяпада — описание природы и форм освобождения, рассмотрение реальности трансцендентного "Я", другого мира и т. д.

В первой же главе Патанджали дает и определение, что считать упражнением: "Власть над ними (Вритти) достигается упражнением и отречением (отсутствием привязанности). Постоянное усилие держать их (Вритти) в совершенном подчинении есть упражнение." [10:1:12— 13]. Таким образом, ясно противопоставляется ведический принцип отречения от мира — отшельничество и существование специальной практики, т. е. собственно йоги. Примечательно, что физические уп­ражнения — асаны и пранаямы — не могут таким образом рассмат­риваться как упражнения, поскольку они являются лишь одним из средств или этапов к прекращению модификаций ума. Таким образом, под упражнением здесь понимается только умственно-духовное уси­лие, достигаемое специальным сосредоточением и медитацией: "По­средством размышления устраняются видоизменения" [10:2:11 ].

Состояние осознания объекта размышления и сосредоточения на нем называется "самапагги" или "сампраджнята". Это — экстаз со­зерцания — "Асампраджнята-самадхи". Состояние нироддха называ­ется "асампраджнята-йогой", т. к. в этом состоянии ничего не позна­ется и ничего не мыслится. В соответствующем ему состоянии экстаза (Асампраджнята-самадхи) прекращаются все психические пережива­ния; на безмятежной поверхности ума-читты не происходит никаких волнений, есть только экстаз, блаженство, не описуемое, по словам йогов, никакими словами. В нем реализуется все блаженство самопоз­нания — конечная цель человека в этом мире, согласно теории класси­ческой йоги. Много позднее, в XX в. Ауробиндо Гхош подверг резкой критике такое понимание конечных целей йоги, выдвинув концепцию Интегральной йоги, к которой мы не раз будем обращаться в дальней­шем.

"Результат, получаемый теми, которые отвергли жажду воспри­нимаемых зрением или слухом предметов, и состоящий в господстве над этими предметами, есть отречение. Это крайнее отречение, от­вергающее даже качества, показывают Пурушу (настоящую природу ее)", — указывает далее Патанджали [10: 1: 15]. Таким образом, для того, чтобы выявить ту самую духовную составляющую человека, кот орая не уничтожается в процессе круговорота многих перевоплоще­ний в разных телах, необходимо мысленно отказаться от восприятия зрительных, слуховых и других чувственных образов. Это и составляет сущность отречения. Примечательно, что Свами Вивекананда в своих комментариях к "Йога-сутре" пишет, что под самоотречением подра­зумевается не отказ от своего "Я", как это иногда понимается, а спо­собность руководить теми силами, с которыми человек сталкивается в своей жизни Одна из основных целей йоги — самоотречение — озна­чает необходимость самого человека руководить силами природы, а не быть руководимым ими [10]. Эту же позицию занимает и Шри Ауро-биндо [42; 44; 127].

Необходимость умственного распознавания различных противо­положностей, о которой неоднократно говорилось в "Бхагавад-Гите", подтверждается и у Патанджали: "Неведение есть принятие невечно­го, нечистого, мучительного и не оставляющего настоящего "Я "за вечное, чистое, счастливое, Атман (Сущее Я). Ложное самосознание есть отождествление зрящего г орудием зрения" [ 10: 2:5—6 ].

Система йоги Патанджали включает в себя множество аспектов, которые будут неоднократно обсуждаться в последующих разделах. После Патанджали теоретические стороны учения йоги были изло­жены в других древних и средневековых текстах. Это прежде всего: "Йога-васиштха", "Карпуради-стотра", "Гхеранда-самхита", "Хат-ха-йога-прадипика", "Йогамани-прабха", "Йога-варттика", "Йога-сара-санграха" [160; 170].

В отличие от классической древневедийской традиции на форми­рование многих свойств учения йоги значительное влияние оказал тантризм. Тантры считаются пятой Ведой, раскрывающей обширное знание об истине (таттва) и мантре и приносящей освобождение, спа­сение (тра). Так, в "Шримад-Бхагаватам" Бог Кришна говорит: "Для достижения успеха в садхане (духовной практике — Ю.К.) следует совершать поклонение Мне, следуя ведическим или тантрическим пра­вилам... Кто совершает поклонение Мне посредством Крийа-йоги, со­гласно ведическим или тантрическим предписаниям, тот получает от Меня желаемый результат и успех в практике йоги" [106 ].

На основе тантризма и других эзотерических учений Индии и Китая учение йоги дифференцировалось на целый ряд направлений. Для того чтобы понять их сущность и значимость различий между ними, необходимо сначала рассмотреть ступени практики йоги, отра­женные в представлениях о "средствах достижения".

2.2. Восьмеричный путь индийской йоги

Основная заслуга Патанджали состоит не только в том, что он систематизировал в рациональной форме различные методы йоги, но и в том, что он сформулировал концепцию "восьмеричного пути", кото­рая, кстати, далеко не тождественна созвучной по форме в буддизме. Возможно, автором ее был не сам Патанджали, и он лишь записал чьи-то более ранние наставления, но это здесь не принципиально. Концепция так называемого "восьмеричного пути" отражает логиче­скую последовательность ступеней практики, позволяющую занимаю­щимся в полном соответствии с природными принципами достичь выс­ших уровней физического и духовного развития. Поэтому существует и другое ее название — "ступени достижения" (Йоганги).

Эта последовательность ступеней йогической практики описыва­ется вкратце следующей схемой:

1. ЯМА (ЙАМА) — воздержание, ограничение, контроль межлич­ностных отношений. Определяется и состоит из принципов:

o        АХИМСА — воздержание от нанесения вреда любому живому существу на деле или в мыслях;

o        САТЬЯ — правдивость в словах и мыслях;

o        АСТЕЙА (АСТЕЯМ) — нетребование чужого добра, "не укра­ди";

o        БРАХМАЧАРЬЯ — контроль за плотскими желаниями и сексу­альной активностью;

o        АПАРИГРАХА — отклонение даров и других незаслуженных материальных благ, нестяжательство;

2. НИЯМА (НИЙАМА) — культура, внутренняя дисциплина, внутриличностный контроль. Определяется и состоит из следую­щих принципов:

o        ШАУЧА (ШАОЧА) — очищение, включающее в себя

1.      БАХЬЯ — внешнее очищение и

2.      АБХЬЯНТАРА — внутреннее очищение (очищение ума посредством воспитания хороших эмо­ций и чувств [таких как дружелюбие, доброжелательность, бодрость] ради того, чтобы сделать добро другим лю­дям);

o        САНТОША — удовлетворенность, привычка довольствоваться тем, что приходит без излишних усилий, нетребовательность к мате­риальным благам;

o        ТАПАС — аскетический образ жизни, умерщвление плоти, состоящее в выработке привычек переносить холод, голод и т. д.;

o        СВАДХЬЯЯ — регулярное чтение духовной литературы, изу­чение основ учения, постижение высших духовных истин;

o        ИШВАРА-ПРАНИДХАНА (ИШВАРА-ПРАНИДХА) — раз­мышление о Боге, других высших силах, смирение перед объектив­ностью законов бытия.

3. АСАНА — практика "правильных положений тела", которая осуществляется Согласно учению Хатха-йоги.

4. ПРАНАЯМА (ПРАНАЙАМА) — зарядка энергией благодаря контролю за дыханием; выполнение дыхательных упражнений Хатха-йоги.

5. ПРАТЬЯХАРА — выключение чувств, уведение чувств под контроль бодрствующего сознания, несвязывание мыслей с внеш­ним миром.

6. ДХАРАНА — концентрация, внимание, искусство сосредотачи­вать мысли и силы.

7. ДХЬЯНА — медитация, длительное размышление о предметах, явлениях или истине.

8. САМАДХИ — созерцание, экстаз, озарение, постижение, про­светление.

Из приводимой схемы ясно видно, что вся система практики йоги строится на довольно жесткой системе морально-нравственных прин­ципов. Эти принципы Ямы и Ниямы составляют исходную основу, базис, фундамент всего процесса совершенствования как физического, так и духовного. Существует даже универсальная геометрическая ана­логия — так называемая "схема пирамиды". Она сводится к следую­щему правилу: чем шире фундамент пирамиды, тем при прочих рав­ных условиях может быть выше ее вершина без потери устойчивости. Поскольку основанию такой пирамиды ставят в соответствие прин­ципы Ямы и Ниямы, ясно, что сбалансированное духовное развитие может и должно осуществляться лишь на основе твердых моральных убеждений, иначе, при несоблюдении этого требования, пирамида рухнет при первых же попытках ее опрокинуть. Иными словами, достижение высших уровней духовного без соответствующей подго товленности к этому нравственных убеждений и физического развития делает высшие состояния духа неустойчивыми, преходящими. Отсюда видно и коренное отличие йоги от магии, сущность которой обычно отражается в виде перевернутой пирамиды, основание которой обра­щено вверх. Поэтому существует также и принцип: "Пусть духовное определяется физическим, а не физическое — духовным."

Важно отметить, что такой подход в целом не противоречит другим философско-религиозным концепциям как Востока, так и Запада. Так, жрецам древнего Египта было предписано для поддержания здорового состояния тела ежедневно (!) выполнять серию статических упражне­ний. Даже в христианских монастырях считалось целесообразным не истязать плоть, а наоборот — укреплять тело физической работой, здоровой пищей и т. д. Принцип "в здоровом теле — здоровый дух" из философии древних греков перешагнул в Рим,а оттуда — в Западную Европу, и только схоластики да иезуиты подвергали не раз это правило разного рода идеологическим деформациям.

В связи с большой важностью вопроса для всего дальнейшего из­ложения и понимания места медитации в.системе йогической практики и в других религиозно-философских концепциях Востока необходимо дать дополнительные комментарии к приведенной схеме восьмеричного пути йоги. Наибольшее число разногласий и споров (в сравнении с други­ми религиозными течениями) обычно вызывает понимание принципов Ямы и Ниямы. Именно в них зачастую заложены неправильные представ­ления как о йоге вообще, так и о тех "плодах", что дает людям практика йоги.

Первый принцип Ямы — Ахимса — есть нечто большее, чем прос­то "не убий". Вред людям может быть причинен в самых разных фор­мах, начиная от простого физического воздействия до самых утончен­ных способов интеллектуального давления или эксплуатации. Поэто­му на трактовке именно этого принципа следует остановиться наибо­лее подробно.

В великом эпосе "Махабхарата" среди всех достоинств и положи­тельных качеств непричинение вреда живому (Ахимса) ставится всег­да как основное. Это великая клятва, нарушение которой всегда рас­сматривалось как тяжкий грех. Однако во всех текстах неоднократно подчеркивается и относительность понятия вреда; абсолютная Ахимса присуща только Брахману. В "Аараньякапарве" — третьей книге "Ма-хабхараты" можно найти следующий отрывок: "Земледелие считается добрым {занятием}, но и тут не обходится без большого вреда: вспахи­вая плугами землю, люди уничтожают обитающих в ней животных и многое другое... Люди ловят животных, убивают их и съедают..., они {рубят} деревья и срезают траву. Ведь и в деревьях, и в плодах, и в воде — множество жизней... Всюду.., полно тварей, живущих за счет живого: {к примеру} одни рыбы поедают других рыб... Живое часто существует за счет живого..., и {есть} даже особи, которые пожирают себе подобных... Люди при ходьбе убивают ногами множество живых существ, обитающих на земле... Сидя и лежа губят {люди} много жи­вых существ, имеющих ум и сознание... Сколько ни размышляй, не найдешь здесь такого, кто бы не причинял ущерба {каким-нибудь} живым существам. Даже отшельники..., стараясь не причинять никому вреда, все же наносят ущерб..., но благодаря их усилиям {это зло} незначительно... Много противоречивого ...можно увидеть в мире... но тот, кто усерден в своем деле, обретают великую славу." [98: 199: 13—36 ]. Таким образом, главное — Дхарма, т. е. предписанные долгом обязанности каждой касты. Степень соблюдения Ахимсы определяется уже подчиненным образом в пределах той или иной варны. Однако это не означает вседозволенности, и ущерб живому возможен лишь при необходимости; напрасное убийство живых существ всегда рассматри­валось как грех, независимо от касты, пусть даже высшей [ 128 ]. Такое же отношение к Ахимсе можно найти не только в йоге, но и в большин­стве религиозных течений Индии, например в джайнизме [53 ].

Соблюдение принципа Ахимсы ("Не убий!") ставится в "Махаб-харате" даже выше многих других моральных заповедей, например правдивости. В восьмой книге — "Карнапарве" — приводится едва ли не самый яркий пример относительности принципа говорить только правду (Сатья). В этой книге приводится рассказ об одном отшельнике. "Я должен всегда говорить правду" — таков был его обет, и звали его Правдоречивым. Однажды в лес пришли люди, гонимые дасью (языч­никами, варварами). Дасью спросили Правдоречивого, где преследуе­мые, и, узнав правду, настигли их и истребили. "Из-за той великой беды... он, не знавший тонкостей дхарм, угодил в гибельный ад. Не­вежда, он не познал во всей глубине Веды, не уяснил особенности дхарм", — говорится в "Карнапарве" [99: 49: 41—49 ].

Соблюдение всех принципов Ямы и Ниямы во все времена счи­талось основным условием для посвящения человека в высшие тай­ны и исходным моментом для процесса духовного совершенствова­ния. "Жди своего часа, как сеятель — урожая. Нет ничего выше подвижничества, покаяние — вот путь к величию. Помни, о бхара-та: не существует такого, чего нельзя было бы добиться подвижни­чеством. Правдивость, честность, незлобивость, щедрость, сдержан­ность, миролюбие, отсутствие зависти, непричинение зла живому, а также чистота и смирение чувств, таковы... средства {достижения цели} для праведных. Люди, находящие удовольствие в зле, невежды, предпочитающие окольные пути, рождаются в дальнейшем среди низ­ких созданий и не ведают счастья," — сказано в "Араньякапарвс" |98: 24: 15—18].

Древние индийские священные тексты зачастую приводят более под­робный список морально-нравственных ценностных качеств, чем только что изложенный. Так, в другом отрывке [98: 178, 43] читаем: "Правди­вость, самообуздание, подвижничество, сосредоточенность мысли, не­причинение зла живому и постоянная раздача даров — вот что имеет непреходящую ценность, а отнюдь не происхождение...". Другое нравст­венное качество — Дана, т. е. бескорыстная работа субъекта, при которой он отдает долг воспитавшему его обществу 1180 ].

В "Араньякапарве" ставится также вопрос, какая из заповедей считается наиболее важной? Ответ здесь неоднозначен: "Большая или меньшая важность раздачи даров, преданности и правдивости, непри­чинения зла и доброго отношения определяется серьезностью резуль­тата в каждом отдельном случае. Бывает так, что правдивость значит больше, чем щедрость, а иногда... раздача даров важнее правдивой речи. Точно так же... непричинение зла живому может иногда значить больше, чем доброе слово, а в других случаях доброе слово ценится выше. Так оно и пребудет, постоянно должен учитываться результат." [98:178:4—7]. Этика в "Махабхарате" — живая; она свободна от догм и однозначных оценок, отражая относительность моральных запове­дей и принципов, и главным критерием во всех случаях является благо людей.

Свами Шивананда [131 ] указывает, что для пробуждения Кунда-лини вполне достаточно исполнения всех заповедей Ямы плюс одного-двух принципов ступени Нияма. Следовательно, начинающему прак­тику по пути йоги даже не рекомендуется пытаться соблюсти сразу все заповеди и моральные предписания, число которых может быть беско­нечно большим, а совершенство — безграничным, поскольку может резко возрасти зависимость индивида от общества. Свами Шивананда прямо подчеркивает, что следование по пути йоги затрудняется, если занимающийся берет на себя слишком большое число обязательств перед другими людьми. В йоге морально-нравственные заповеди счи­таются не целью, а средством на пути психо-физиологического совер­шенствования человека. Все эти предписания — не догма; они призва­ны создать вокруг занимающегося чистую атмосферу, без которой не­возможно никакое духовное развитие [86; 120; 128; 184].

Асаны и пранаямы — третья и четвертая ступени достижения в вось­меричной лестнице йоганг — составляют содержание Хатха-йоги. Слово "Асана" означает буквально "положение тела" или "правильное положе­ние тела". По преданиям, бог Шива оставил людям 8 400 000 асан, по числу живых существ во Вселенной, но большинство из них не сохра­нилось. Из оставшихся 84 позы были признаны наиболее важными, а из них 32 — наиболее полезными для укрепления здоровья [131]. В "Йога-сутре" [10: 2:46—48 ] даются следующие определения: "Поло­жение тела есть то, которое твердо и приятно. Путем легкого усилия и размышления о беспредельном {положение тела становится твердым и приятным}. Раз овладев сидением, противоположности перестают ме­шать". Таким образом, Патанджали указывает на следующие важные моменты. Во-первых, направленность внимания на Беспредельность в процессе выполнения асан ведет к появлению чувства радости в про­цессе занятий Хатха-йогой. Этот факт зачастую упускается в литера­турных источниках. Во-вторых, факт уничтожения противоположное' тей, таких как холод и жара, голод и жажда, указывает на возможность достижения Самадхи (см. ниже) методами Хатха-йоги. Подробное рас­смотрение этих вопросов выходит за рамки данной книги. Для тех, кто интересуется асанами и пранаямами, автор рекомендует сразу не­сколько руководств [60; 64; 131; 132], поскольку каждое из них содер­жит некоторые недостатки. Однако даже при неполном соблюдении всех правил, предусмотренных классической индийской традицией, асаны йоги все равно приносят пользу занимающимся, если соблюда­ется главный принцип — постепенность занятий. Наиболее удачный выход — записаться в какую-нибудь секцию по Хатха-йоге, где инст­рукции квалифицированного преподавателя позволят избежать вам многих ошибок в практике. Для тех, кто, тем не менее, занимается самостоятельно, автор считает необходимым привести правильную по­следовательность упражнений, т. к. этот аспект в литературе фактиче­ски остается нераскрытым. После одной-двух минут успокоения и психологической подготовки выполняются позы цикла Сарвангасаны (стойка на голове — Сиршасана рекомендуется для тех, кто не имеет противопоказаний, достаточно успешно освоил другие позы). Постепенно подняв ноги кверху, занимающийся переходит к Випа-рита-Карани, а из нее — в Сарвангасану, после чего можно легко выполнить Халасану, а также Йога-Мудру. Затем следуют: асаны на прогиб туловища назад (Матсиасана обязательна, если выполнялась Сарвангасана) ® Пашимоттанасана и позы на растяжение нижней ча­сти тела и ног ® асаны на сгибание позвоночника влево и вправо (Ни-тамбасана, Триконасана и {или} Чандрасана) ® асаны на скручи вание позвоночника (Вакрасана и {или} Ардха-Матсиедрасана) ® асаны на равновесие (Гарудасана и др.). Термины здесь специально не рас­шифровываются, так как эта часть материала предназначена для тех, кто знаком с теорией Хатха-йоги. Для освоения искусства медитации практика Хатха-йоги, хотя и желательна, не является, строго говоря, обязательной.

О пранаямах в "Йога-сутре" сказано так [10: 2: 49—53]: "Затем следует управление движением вдыхания и выдыхания. Ее видоизме­нения бывают наружные и внутренние или неподвижные, определяе­мые местом, временем и числом, продолжительные или короткие. Четвертый есть подчинение Праны направлением ее на высшие внешние или внутренние предметы. Этим ослабляется заслонение света Читты. Сознание становится способным к Дхаране.". Подробный анализ поло­жений Патанджали приводится не только в комментариях Вивеканан-ды [10 ], но и в прекрасной работе Б. Сахарова [128 ]. Под видоизмене­ниями в приведенном отрывке подразумеваются свойства трех основ­ных этапов классических пранаям — Пурака (вдох), Кумбхака (задер­жка) и Речака (выдох). Однако назначение дыхательных упражнений не только в том, чтобы укрепить организм: пранаямы позволяют зани­мающемуся методами Хатха-йоги подготовиться к медитации, очища­ют сознание для того, чтобы вплотную подойти к работе над его свой­ствами. Если представить, что сознание в обычном состоянии скрыто под "покрывалом Авидьи (незнания)", то упражнения ступени Прана-яма позволяют снять это препятствие. Йогашакти Сарасвати [184] неоднократно подчеркивает важность достижения контроля над дыха­нием и большинство его упражнений начинаются именно с сосредото­чения на дыхании.

Пратьяхара — "уведение чувств внутрь сознания, несвязывание сознания с внешними объектами" — пятая ступень восьмеричного пу­ти йоги Патанджали, с которой, собственно, и начинается высшая йога. Б. Сахаров [128] сопоставил этимологию слова с этапами самой прак­тики и пришел к выводу, что механизм Пратьяхары скрыт, зашифро­ван в самом слове. Так, оно состоит из двух частей: одна — "прати" — означает одновременно "назад, сверх того, вперед", а вторая — "хар" — определяется как достижение чего-то по направлению "сюда" или также "отбирать, отнимать". Вся возникающая путаница устраняется, если принять следующую расшифровку: "подача мысли, чтобы ее ото­брать". Действительно, дав некоторое время мыслям блуждать, энер­гия таких мыслей, направленная к тем или иным объектам, иссякает. Тогда при невосприятии новых объектов сознание постепенно осво­бождается. Главное — не давать новую пищу для размышления из объектов чувств. Тогда и возникнет возможность несвязывания мыс­лей с внешними объектами, Йогашакти Сарасвати [184] дает много практических указаний относительно сущности и конкретных методов Пратьяхары; к ним мы еще не раз будем возвращаться впоследствии (в главах 5 и 6).

Шестая ступень восьмеричной йоги — Дхарана, т. е. концентра­ция. Древнейший вид практики — Тратака, или дословно "спаситель­ное скитание". Действительно, для того чтобы отключиться от внеш­них проблем, необходимо дать возможность сознанию "скитаться" не­которое время в тех мыслях, которые его занимали когда-то или вол­нуют сейчас. Когда такое "блуждание разума" ставится под контроль, то через некоторое время станет возможным запретить сознанию хао­тично переключаться с одного предмета на другой и всецело сосредо­точить его на одном объекте. Без такого подготовительного периода невозможна никакая концентрация и медитация. Поскольку фаза ски­тания тотчас же сменяется фазой сосредоточения, то под Тратакой обычно понимается сам процесс фиксации всех "лучей разума" на каком-то объекте. В качестве последнего обычно принимаются пламя свечи, цветок, точка-пятно и т. д. Вернувшись опять к содержанию понятия "Пратьяхара",.можно увидеть, что все виды Тратаки являют­ся, одновременно, средством для уведения чувств внутрь сознания [128]. Однако Тратакой не ограничена практика в Дхаране классиче­ской йоги. Традиционными являются сосредоточение на [64; 128 ]:

1. чувстве обоняния (т. е. на кончике носа);

2. чувстве вкуса (кончике языка);

3. чувстве осязания (на середине языка);

4. чувстве слуха (на корне языка);

5. чувстве зрения (на мягком небе).

Эти упражнения, известные еще из ведийской йоги, практикуются и в настоящее время.

Седьмая ступень восьмеричной йоги — медитация (Дхьяна) — будет подробно рассматриваться нами ниже — в разделе 2.4. Здесь же отметим, что в соответствии с лестницей йоганг (и это действительно осуществляется на практике, в чем можно легко убедиться самим) осуществляется непрерывный процесс: Пратьяхара автоматически пе­реходит в Дхарану, Дхарана переходит в Дхьяну, а конечным резуль­татом этих процессов явлется Самадхи — восьмая ступень и, одновре­менно, этап йоги Патанджали.

Эти последние три ступени восьмеричного пути — Дхарана, Дхья­на и Самадхи — объединяются общим термином "Самаяма". Он не­сколько раз употребляется в "Йога-сутре", большей частью в связи с описанием путей достижения совершенной реализации йога и приоб­ретения им сверхнормальных способностей [см. 10; 160]. Следует, однако, отметить, что цель достижения сверхъестественных сил не должна ставиться настояпщм йогом. Все эти его способности — только побочный результат, следствие систематических упражнений в йоге! тогда как главная цель всегда состояла и состоит в достижении осво­бождения и слияний духа с Абсолютом, с Богом [ 106; 107 ]. »

2.3. Ветви йоговского учения

Неискушенный читатель может запутаться в разнообразнейших трактовками названиях различных йог, а также сект, школ и учений? 5 Поэтому следует для начала как-то систематизировать различные на-правления йоги, дав им краткую характеристику. Лучше всего это сделать исходя из только что разбиравшейся схемы "восьмеричного пути". Принимая также во внимание другие аспекты практики и свой­ства человека в целом, автор составил следующую таблицу:

Название йоги

Основная работа над:

1. Крама-йога

этикой поведения, постижением принципов Ямы и Ниямы

2. Карма-йога

Выработкой способности к бескорыстному труду на благо общества; совершенствованием тру­довых навыков

3. Крийя-йога

Религиозным действием

4. Мантра-йога

Управлением звуковыми вибрациями закли­наний и молитвенных формул

5. Янтра-йога

цветными изображениями: янтрами

6. Гхатастха-йога

телесной тренировкой

7. Хатха-йога

совершенствованием физического тела пу­тем выполнения асан и пранайам; приве­дением в состояние равновесия внутрен­них полярных токов методами физиче­ских упражнений

8. Санньяса-йога

выработкой способности к отречению от мира; преодолением мирских соблазнов

9. Лайя-йога

волевыми способностями; выработкой чувства "растворения" индивидуальной души

10. Дхьяна-йога

совершенствованием медитативной практики

11. Кунта-йога

специальными знаками

12. Нада-йога

Внутренними каналами— меридианами энер­гии

13. Свара-йога

тонкими проявлениями звуковых вибраций и управлением внутренними энергетиче­скими каналами — Идой и Пингалой

14. Удварета-йога

силами сексуальной энергии путем разных спо­собов перевода ее в духовную энергию

15. Кундалини-йога

пробуждением внутренних неосознанных сил

16. Джнани-йога

системой знаний о природе истинного "Я"

17. Раджа-йога

интеллектуальным состоянием

18. Адхьятма-йога

познанием проявлений высшего "Я" в себе и в людях

19. Бхакти-йога

Постижением любви к Богу

2О. Шакти-йога

энергетическим состоянием организма

21. Агни-йога

Управлением психической энергией

22. Самадхи-йога

глубиной погружения в самадхи; силой и каче­ством экстаза

23. Абхасья-йога

высшей духовной практикой; трансом

24. Аштанга-йога

последовательным прохождением восьмерич­ного пути йоги и совершенствованием каж­дого этапа

25. Брахма-йога

сосредоточением на Брахмане

26. Буддхи-йога

совершенствованием духовного разума, разви­тием Божественного сознания

Приводимый список йог — далеко не полный. Каждый из перечис­ленных путей вполне заслуживает отдельной книги. Некоторые исследователи выделяют также Тантра-йогу, Адхьятма-йогу, Дайва-йогу, йогу Тормы и т. д.[48; 106; 173; 179; 180]. Н. К. Рерих [118; 120] указывает, что существует 1000 различных йог, которые не противо­речат, а дополняют друг друга.

Один из основных классических текстов — "Бхагавад-Гита" — описывает множество разных подходов к йоге, причем едва ли не каж­дая глава ее посвящена отдельной йоге (понимаемой как путь к совер­шенству). Однако в качестве основных здесь явно доминируют три основные пути : путь действия (Карма-йога), путь знания (Джнани-йога) и путь любви (Бхакти-йога) [82 ].

Разные исследователи зачастую представляют разные группы, объединяющие йоги в основные направления. Так, Эванс Вентц в книге "Тибетская йога, или секрет учений" [см. 15] выделяет 4 основные пути: Хатха-йогу, Лайя-йогу, Дхьяна-йогу и Раджа-йогу. Ряд других исследователей признают целесообразным разграниче­ние только двух основных направлений: на Хатха-йогу и Раджа-йогу. Однако если учитывать, что направлений телесной трениров­ки, предусматривающих разностороннее совершенствование физи­ческих способностей с учетом даосских, дзэн-буддийских и тантри-ческих школ, давших в свое время целый ряд ветвей типа у-шу, каратэ и других динамического характера, было огромное множест­во, — такая классификация представляется явно упрощенной.

Существует также деление йог на "низшие" и "высшие". При этом к числу первых относят все те направления, в которых основное внимание в практике уделяется с 1 по 4 ступень восьмеричного "пути достижения". В приведенном списке это, например, Крама-йога, Крийя-йога, Мантра-йога, Гхатастха-йога и Хатха-йога. Эти йоги, таким образом, соответствуют тем ступеням "восьмеричной йоги", которые традиционно объединяются под названием "асамп-раджнята-йога", т. е. буквально означающим "не связанные с само­познанием". Следующие этапы практики, которые начинаются, соб­ственно говоря, с 5-й ступени (т. е. с Пратьяхары), объединяющиеся под названием "сампраджнята-йога", соответствуют так называемым "высшим йогам". При этом, если в первой группе "низших" йог объект работы — принципы Ямы и Ниямы или телесные аспекты, то во второй группе основной способ постижения "Я" и Истины лежит только через длительные медитации и углубленное созерцание.

Наконец, в последнее время можно также выделять классические и неклассические йоги. Наиболее яркие примеры "неклассических" йог, которые были сформулированы в XX веке, — Интегральная йога, разработанная Шри Ауробиндо Гхошем, и Агни-йога, провозвестника­ми которой явились Е. И. Рерих и Н. К. Рерих. Синонимом Интегральной йоги, а точнее — ее индийским эквивалентным названием являет­ся "Пурна-йога", т. е."полная йога, совершенная йога". Исходный аспект в ней — самоуглубление и сосредоточение на Безмолвии, а основными теоретическими посылками служат представления о раз­личных уровнях сознания, структурной организации "тонкого тела", задача полного и всестороннего раскрытия человеческого "Я" не путем ухода из "мирской" жизни, а в процессе активного преобразования внутреннего и внешнего мира. Цель Интегральной йоги — трансфор­мация сознания в "сверхсознание", становление супраментального Разума. К этой йоге мы не раз будем обращаться в дальнейшем, а читатель может получить о ней всестороннее представление из пре­красной книги Сатпрема [127 ] и самих работ А. Гхоша [42—44 ]. Вто­рое направление — Агни-йога — связано с пониманием многосторон­ней причастности каждого человека к Космосу и его законам, при­чем задачей здесь также является бесконечное самораскрытие чело­веческого Духа, его устремленность к высшему бытию и уровням сознания. Достижение космического сознания (сверхсознания — в терминах Гхоша) и здесь представляется одной из основных целей [116-118; 120].

Выделение самого термина "неклассическая йога" автор считает целесообразным по следующим соображениям. Появление новей­ших методик погружения в транс или близкое к нему состояние, например, по способам Дж. Л ил л и [4 ] или д-ра Монро [34 ], а так­же по методикам так называемой "трансцендентальной медитации" [162; 163] или "стоп-метода" Г. Гюрджиева [45; 100], еще по сути далеко неравнозначно появлению новой "йоги". Для этого необхо­димо прежде всего, чтобы новое направление представляло собой четко оформленную Систему, связывающую основную цель с разно­сторонними аспектами человеческой и мировой реальности, а также — чтобы оно прямо или косвенно опиралось на классический восьмисту-пенчатый путь. Этим требованиям пока отвечают только Интеграль­ная и Агни-йога.

Следует также принимать справедливым выделение таких общих направлений йоги, как индийская, даосская, буддийская и тантри-ческая йога, включая еще две крупные группы — "статическая йога" и "динамическая йога". Выделение последней стало целесообразным по мере раскрытия тайн таких в высшей степени эзотерических ветвей восточных учений, как Шаолиньская школа, японское каратэ, китай­ское у-шу и других ветвей системы восточных боевых искусств [см. 56 ]. Так, оказалось, что система тренировок во многих школах восточных единоборств основывалась на принципиально тех же представлениях и основных подходах, что и система классической йоги: углубленное изучение человеческого организма и его возможностей, длительные медитации и строгая система морально-нравственных заповедей пока­зывают, несомненно, общие свойства индийской статической йоги и у-шу.

Проведение многомерной классификации разных направлений и школ йогической практики вряд ли представлялось бы интересным для читателя и оправданным в этой книге. Наиболее важно здесь другое — понять, что все направления, школы и т. д. базируются на одних и тех же принципиальных положениях и направлены на достижение осво­бождения — Мокши, или Нирваны.

Вопрос о взаимосвязи отдельных йог настолько важен для дальней­шего понимания всего материала, излагаемого в данной книге, что на нем следует остановиться более подробно. Этот вопрос сейчас имеет большую актуальность в нашем обществе. Так, в советской печати, когда вся йога находилась под фактическим запретом, довольно рас­пространенными были призывы отделять "рациональное зерно" от ложных идеалистических течений, причем под первым понималась исключительно Хатха-йога, а все остальные пути, из которых наиболее известным была Раджа-йога, отбрасывались полностью, подвергаясь "аргументированной" критике с позиций современной науки. Такие представления о якобы коренных .различиях путей Хатха- и Раджа-йоги распространены и до сих пор.

Многообразие йогических путей развития личности, представлен­ное еще в древней "Бхагавад-Гите" [22; 95], породило множество споров у более поздних философов древней Индии, какой их них сле­дует считать главным, основным? 'Этот вопрос неоднократно подни­мался как в период древности, так и в средневековье. Шанкара отста­ивал превосходство Джняна-йоги, Рамануджа — Бхакти-йоги, а ком­ментаторы нового времени отдавали предпочтение Карма-йоге, при­чем каждый ссылался на "Бхагавад-Гиту" в качестве первоисточника [81; 82]. Таким образом, решающими направлениями развития лич­ности в "Бхагавад-Гите" считались три: путь действия (карма-марга), путь знания (джнани-марга), путь любви (бхакти-марга). Третье на­правление при этом доминирует, как показал В. С. Костюченко [82], что, собственно, и нашло свое отражение в весьма своеобразной, на наш взгляд, трактовке всей "Бхагавад-Гиты" Бхактиведантой [22] как па­мятника исключительно кришнаитской направленности. Когда речь идет о существенных различиях одной йоги от другой, следует по­мнить, что следующий по пути бхакти должен совершать бескорыстные действия, подобно карма-йогину. Оба эти пути невозможны без истинного знания, свойственного джнани-йогу [Костюченко, 1983], и вся "Бхагавад-Гита" полна соответствующими изречениями, подтвер­ждающими это.

Есть указания [8; 22—24; 105 ], что в КалиЮгу ("Железный век") наиболее действенный путь — Мантра-йога и устремленность к Боже­ственному через Бхакти-йогу, тогда как Хатха-йога в наше время сама по себе не ведет к освобождению. Кроме того, приверженцы Раджа-йоги неоднократно заявляли, что Хатха-йога им просто не нужна, поскольку ее эффектов можно достичь и одним только мышлением и медитацией, организованными соответствующим образом. Однако Свами Шивананда [131 ] писал, что многие ведантисты характери­зуются физической немощностью и могут только повторять мантру "Ом". Кроме того, пока раджа-йогин достигнет такого уровня, при котором он может полностью контролировать свое физическое состоя­ние, он за это время может состариться.

Существенный прогресс в одном направлении развития человека обязательно создает условия для прогресса в других. Об этом писали Ауробиндо Гхош [см. 127 ], а также Н. К. и Б. И. Рерих в своей "Агни-йоге": " Йога, как высшая связь с космическими достижениями, суще­ствовала во все века. Каждое учение содержит свою Йогу, применимую к ступени эволюции. Йоги не отрицают друг друга. Как ветви одного дерева они расширяют тень и дают прохладу путнику, утомленному зноем. Полный новыми силами странник продолжает путь... Не избе­гайте, сил Йоги, но как свет относите их в сумерки неосознанного труда." [118; 120]. Именно такой подход наиболее соответствует тре­бованиям современной эпохи.

2.4. Типы медитации

Начиная с теории классической йоги Патанджали, можно выде­лить несколько способов и уровней медитативной практики. Так, тра­диционным является выделение двух больших типов медитации: Сагу-на-дхьяна (т. е. "медитация-с-формой") и Ниргуна-дхьяна ("медита-ция-без-формы") [128; 160; 179]. В первом случае медитирующий направляет сознание на работу с каким-то объектом, имеющим строго определенную форму (например, цветок, пламя свечи, картина-пей­заж, образ святого и т. д.). Во втором виде практики, считающейся по уровню выше, чем Сагуна, объектом медитации являются не имеющие формы объекты — понятие Брахмана, сущность Параматмы ("Мировой души"), смысл и значение Дхармы, Ахимсы, Сатьи, свойства Ве­ликой Пустоты (Шуньяты) и т. д.

Несколько по-иному оцениваются типы медитации при рассмот­рении степени "тонкости" объекта [15; 128; 184]. Здесь обычно выде­ляют следующие четыре типа:

1. Стхула-дхьяна (грубоматериальная медитация): над предмета­ми из "грубой" материи;

2. Джетир-дхьяна (световая медитация): над пламенем свечи, на Солнце и т. д.;

3. Бинду-дхьяна (точечная медитация): над точкой между бровя­ми, кончиком носа и проч.

4. Сукшма-дхьяна (тонкоматериальная медитация): над объекта­ми "тонкого" мира — энергетическими центрами (чакры), световыми вспышками перед "внутренним взором", которые можно видеть при закрытых глазах, и т. д.

Хотя выделенные четыре ступени и связаны с последовательным увеличением сложности выполняемых упражнений по медитации, эта классификация в сущности не противоречит делению Дхьяны на кате­гории Сагуна и Ниргуна.

Поскольку с Дхьяна-йогой связаны многие другие направления (Мантра-йога, Янтра-йога, Нада-йога, Джнани-йога и др.), ясно, что все эти типы медитации взаимосвязаны и могут сочетаться даже в одном цикле занятий.

Маятра-йогу можно определить как искусство достижения духов­ного прогресса и других целей йоги при помощи контроля звуковых вибраций специальных формул — мантр. Подробное руководство по мантра-медитации представляет работа С. М. Неаполитанского [105 ], которую мы рекомендуем читателю для более глубокого изучения воп­роса. Здесь же необходимо остановиться на основных принципах этого древнего пути [167; 173].

В переводе с санскрита слово "мантра" означает: "ман" — ум, "тра" — освобождение. Мантры еще переводятся как "орудия духа" или как "молитвенные формулы, заклинания", произнесение которых человеком или слышание от другого человека, вызывая определенные вибрации, приводит к изменению его психики в том или ином направ­лении. Так, модификация умственно-психического состояния челове­ка посредством мантр может привести при этом к возбуждению, к успокоению, к возникновению возвышенно-молитвенного настроя и т. д. Все это имеет своим следствием достижение Самадхи (экстатиче­ского состояния сверхсознания) [105—107 ]. Такая практика, базиру­ющаяся на устремлении человека к Богу и реализуемая постоянным духовным самосовершенствованием, следовательно, существенно отличает­ся от магической. Носители последней — мантрики (букв, "волшебни­ки-заклинатели") — способны совершать разного рода "чудеса" [см., напр., 16; 17], но этот путь не тождествен Мантра-йоге, поскольку сам по себе не ведет к освобождению.

Мантра может состоять как из нескольких звуков, так и из одного или нескольких слов, образующих вместе какую-либо фразу. Не­сколько фраз (обычно — молитвенного характера), объединенные по своему смысловому содержанию в какой-либо микротекст, изве­стны уже как "мантрам". Непрерывное произнесение мантры назы­вается в йоге "Джапа". При этом непрерывность произнесения — это не скоростное бормотание, как в фольклоре произносится какая-нибудь скороговорка, а просто отсутствие у произносящего каких-либо иных звуков, мыслей или мыслеобразов, которые не соответст­вуют данной мантре. Примерами мантр могут быть следующие: "ОМ", "ОМ TAT CAT ", " TAT ТУАМ АСИ" и др. (см. Приложения 4 и 5). В индуистской традиции каждая мантра имеет свой определенный свя­щенно-религиозный смысл. Так, мантра "Ом" ("Аум" — в древнеин­дийской транскрипции; читается как "АОУМ" [86; 128]) является звуковым аналогом, соответствующим Абсолюту. "Выражающее его {Бога} слово есть ОМ. Повторение его (ОМ) и размышление о его значении (есть путь)", — сказано в "Йога-сутре" [10:1:27—28].

Истоки эзотерической части учения Мантра-йоги коренятся в представлениях о вселенских вибрациях. Вибрации создаются при движении планет, звездных миров, при взаимопереходах одного ти­па движения Пракрити в другие, одного вида энергии в другой. Когда человек думает, его мозг излучает вибрации, грубой аналогией ко­торых могут служить радиоволны. Его речь — вибрация звуковых волн. Вся Вселенная пронизана вибрациями, и мы можем многие из них расшифровать и использовать в целях блага человеческого. Созда­вая те или иные вибрации, человек может вмешиваться в управление живыми системами, изменять психику свою или другого человека в желаемом направлении [105; 134; 167].

 


Рис. 3. Шри-Янтра

Исходное состояние "тонкого" звука называется Шабда-Брахман. Он считается причиной форм и объектов, проявляющихся в двух аспек­тах: 1) как Шабда (звук), который становится звуком посредством органов речи, и 2) как Артха, или образ всех явлений [44; 105 ]. Теория йоги подразумевает наличие четырех состояний звука [105—107; 131 ]:

1. Пара — проявляется только в Пране (см. раздел 3.4);

2. Пашьянти — проявляется в разуме;

3. Мадхьяма — проявляется в Индриях (психофизиологиче­ских органах чувств);

4. Вайкхари — артикулярное и самое грубое проявление зву­ковой энергии.

Источник всех мантр—Шабда-Брахман. В Паре звук проявляется в недифференцированной форме; Мадхьяма — промежуточное выра­жение состояния звука, которое находится в области сердца. Пашьянти локализуется в области пупка (Манипура-чакре — см. раздел 3.5). Зная все эти взаимопереходы одной формы звука в другую, йоги в совершенстве владеют телепатией. Различия языков для них мало что значат, поскольку основа у всех языковых форм одна и та же. Она даже простирается в область легендарно-сказочного "языка птиц и зверей": их желания и импульсы также проявляются в тонких звуковых вибра­циях[131].


Рис. 4. Янтра

 

Мантра — код, в котором зашифрована огромная внутренняя ин­формация о свойствах макро- и микрокосма [134]. Биджа-мантры ("мантры-семена") это такие формулы, которые входят в состав многих мантр и не поддаются непосредственному переводу, а имеют свои внутренние эзотерические соответствия. Например, в биджа-мантре "ХУМ" "Ха" — Шива, "У" — Бхайрава Кали, "М" (в сан­скритском произношении) указывает на высочайшее, рассеивающее печаль. "А-У-М" означают время, пространство и причину, а также прошлое, настоящее и будущее; начало, середину и конец; дух, ум и материю; три состояния сознания и др. Мантры с биджами счита­ются самыми сильными [105]. Есть такие мантры, которые могут убить человека или животное [16—17; 127]. Однако теоретическое знание самих мантр еще мало что значит, поскольку наиболее сильный эффект дают только те мантры, которые получены непосредственно от Учителя в йоге [131 ].

Важнейшая особенность Мантра-йоги состоит в ее действенности для приведении психики в состояние сосредоточения, покоя и радост­ного умиротворения. Мантры позволяют также соединить индивиду­альное сознание со Сверхсознанием. В эпоху КалиЮги (т. е. в "желез­ный век ") это — наиболее легкий и действенный способ воздействия на сознание с целью его усовершенствования [22—24; 105—106]. Для исцеления организма и души, освящения деяний, достижения Красоты и гармонии—для всех этих целей рекомендуется использовать мантры (см. Приложения 4 и 5).

Н. Петров [111] указывает, что для мантра-медитации целесооб­разно использовать звукосочетания, не имеющие понятийного смысла. Хотя это и можно использовать как исключение в некоторых терапев­тических целях [см., напр., 13; 51 ], реальную ценность все же имеет осмысленная Джапа, направленная к Божественному, которая затра­гивает в своем воздействии высшие плоскости сознания.

В Янтра-йоге объектами медитации являются особые изображе­ния — янтры, т. е. графические аналоги структуры Вселенной, проис­ходящих в ней процессов или отдельных объектов грубо- и тонкомате­риального мира. Каждой мантре соответствует своя янтра, и смысл многих древних знаков Востока до сих пор остается неразгаданным. Тайные знания, связывающие свойства мантр с янтрами, излага­ются в уникальной работе С. Е. Сидира [134]. Так, звук "е" производит бледно-голубой диск, окруженный широким разно-цветным сиянием; повторяющийся звук "е-е-е" имеет аналогом треугольник, состоящий из серий разноцветных пересекающихся кругов. Другой пример янтр — широко известная эмблема "трех стихий" Рерихов. Две известные в индийской традиции янтры изображены на рис. 3 и 4.

Другие значения слова "янтра" — "механизм, средство, инстру­мент" [44 ] — подчеркивают их вспомогательную функцию по отноше­нию к главной цели последователя Янтра-йоги, т. е. слиянию с Абсо­лютом и реализации, таким образом, истинного освобождения "Я".

В Нада-йоге объектами медитации являются внутренние звуки, которые обусловлены вибрациями при функционировании органов фи­зического и так называемого тонкого тела. Один из основных видов практики здесь — слушание звука Анахат, которому нет аналогов в физическом мире. Этот звук примерно соответствует вибрациям сер­дечного плексуса, но связан он с так называемыми главными мистиче­скими "сосудами" тела [15].

В Кундалини-йоге эффект погружения в состояние транса обус­ловлен соответствующими приемами управления Кундалини — скры­той в статической форме внутренней энергии организма, которая "за­пасается" в области основания кобчика. Контролируя состояния Кун­далини, йог достигает реализации множества разного рода эффектов, связанных с созерцанием и экстатическими состояниями (Самадхи) [106;131 ].

Развитие медитативных возможностей в Интегральной йоге Ауро-биндв Гхоша осуществляется на разных уровнях, последовательным анализом различных состояний сознания и сфер, соответствующих уровням осознаваемых процессов. Подробные принципы такого пути изложены в работах Шри Ауробиндо и его последователей [42—44; 127].

Не останавливаясь подробно на других видах практики, отмечу, что все они представляют собой самостоятельные ветви сборной группы учений, объединенных в силу своего специфического общего содержа­ния термином "йога". Если человек ревностно придерживается како­го-то восточного или западного вероучения и следует ему, то он по сути овладевает согласованными между собой навыками мантра-медита-ции, погружения в свое "Я", выхода к высшим уровням космического сознания; он реализует целый комплекс эффектов, если последова­тельно продвигается вперед в своем религиозном развитии, будь то буддизм или христианство.

Глава 3. МИРЫ ВО ВСЕЛЕННОЙ И УРОВНИ ДУХОВНОГО В ЧЕЛОВЕКЕ

3.1. Миры во вселенной

Одно из наиболее частых наших представлений о взглядах древних на строение Вселенной — греческий "круг Ойкумены": земля в виде круглой плоскости покоится на трех китах, плавающих в океане; не­подвижный небосвод с нарисованными звездами... Подобные бессмыс­лицы, обычно встречающиеся в школьных учебниках, призваны дока­зать глупость древних и ошеломляющие успехи современной космоло­гии, астрономии и астрофизики. Однако истинная картина здесь скорее обратная. Не отрицая, конечно, большие успехи точных наук в иссле­дованиях Космоса, следует все же признать, что целый ряд концепций древнего мира, в том или ином виде сохранившихся в оккультных эзотерических знаниях о структуре и свойствах Вселенной, еще не включены в анализ современной наукой или даже далеки от такого рассмотрения. Они, в соответствии с гениальными высказываниями универсальных мыслителей всех времен и народов — Ф. Энгельса и В. И. Ленина, считаются "мистикой, чертовщиной, лженаукой". По­пробуем, однако, избегая предвзятости, рассмотреть некоторые клю­чевые положения эзотерических знаний древнего Востока на строение и основные свойства Космоса. Без этого анализа невозможно понять теорию соответствия макро- и микрокосма, на которой построены не только системы самосовершенствования (даосизм, буддизм и индий­ская йога), но и медицинские воззрения Востока — иглорефлексотерапия, система до-ин, шиацу и др.

Все древние эзотерические знания, которые в последнее время стали постепенно раскрываться для широких масс, представляют идеи множественности миров [22—24; 29; 61; 142; 150; 165]. Так, согласно одной эзотерической доктрине [8 ], все космическое пространство бес­предельно и вечно. Оно включает в себя два мира: вечный—духовный, которому присуще только настоящее, и временный — материаль­ный, для которого свойственны двойственность, страдания, рожде­ние, смерть и болезни; в нем существуют прошлое, настоящее и будущее. Духовный мир бесконечен и составляет 3/4 Космоса. Он "свернут" в ленту Мебиуса и имеет бесконечное число духовных планет. Там нет страданий, рождений и смертей. Каждую такую планету "курирует" какое-то высшее существо: есть планета Иису­са Христа, планета бога Кришны... Планеты духовного мира образу­ют систему "Вайкунтхи", откуда и "падают" живые существа в духовном теле "Я" в материальный мир.

Материальный мир — 1/4 от всего Космоса; все живые существа в нем имеют материальное тонкое тело, а на некоторых планетах еще и грубоматериальное физическое. Таких материализованных душ всего около 10% от числа живущих в духовном царстве. Душа "путешеству­ет" из одного тела в другое, из одной вселенной в другую, из одного вида жизни (уровня сознания) в другое. Всего 8 400 000 уровней созна­ния — от простейшего до человека. В человеческом теле можно иметь до 400 000 уровней — от аборигена (№ 1) до сверхцивилизованного существа (№ 400 000).

Каждая вселенная (а их бесконечное множество) имеет вид яйца, которому свойственно свое биополе, одно Солнце и одна Луна (в такой трактовке понятие "вселенная" близко к понятию "солнечная систе­ма" — Ю. К.). Далее, каждая вселенная имеет 14 планетных систем, или уровней, располагающиеся одна над другой по спирали. Высшая планетная система (№ 14) — так называемая " Брахма-лока", где са­мые лучшие условия материальной жизни, очень большая продолжи­тельность жизни (в сотни и тысячи лет). Наша планетная система (№ 7) находится посредине и называется "Мритья-лока". В нее попа­дают души, "отработавшие" на высших планетах свои заслуги, "поло­жительную Карму". В системе Мритью-локи все живые существа име­ют грубоматериальное физическое тело, и им свойственны соответст­вующие их Карме (судьбе, духовным накоплениям) страдания. На низших планетах (№ 6—1) живые существа тоже живут долго, но в тонком теле, которое находится в постоянных страданиях. При искус­ственной материализации можно видеть пришельцев иных цивилиза­ций. При этом представители светлых сил — в светлых комбинезонах, блестящих, серебряных одеждах; низшие силы всегда имеют черные или темные тона одежд.

Мритья-лока, далее, может быть представлена в виде квадрата. Один угол его — планеты типа "Земля", второй — очищающая планета

("Чистилище"), третий — "положительная планета" ("Рай"), четвер­тый — "отрицательная" ("Ад"). При попадании в "Рай" душе откры­вается путь на высшие планеты; если душа попала в "Ад", она затем перемещается на планеты низших уровней. Если человек был правед­ным, помнил Бога, то после смерти его душа подхватывается послан­никами светлых сил, если доминировали низкие и преступные помыр-лы — низших, адовых миров [8; 22 — 23].На нашей Земле, кроме проявленных материальных существ, существует еще параллельный мир (существующий в тонком плане). Населяющие его существа жи­вут в плазменном состоянии ("пятом измерении") [8 ]. Следует отметить, что идея параллельных миров уже не раз высказывалась и в научных кругах общественности.

Теория буддизма подразумевает существование иерархически ор­ганизованной системы миров, в которой каждая ступень мироздания включает в себя несколько уровней-миров. В обобщенном виде она может быть представлена схемой на 103 странице [142 ].

Таким образом, буддийская традиция насчитывает 31 уровень, сгруппированный в "три сосуда бытия" — Арупалоку, Рупалоку и Камалоку. Обычно эта схема графически изображается в виде ступны, острая крыша которой сходится вверху к некой точке "неописуемого" [см. также 14].

Сопоставляя эти буддийские воззрения с изложенными ранее тай­ными эзотерическими представлениями индийского происхождения, можно сделать вывод об их сходстве в общих чертах. Так, на наш взгляда буддийская система опирается в основном на энергетический аспект иерархии миров, тогда как первая предусматривает, по сути, оба аспекта: и структурный, и энергетический. Третий подход пред­ставляет нам древнеиудейская доктрина (см. ниже), классификация миров в которой основана на их близости по причинно-следственным рядам-отношениям.

Эти воззрения получили отражение и в памятниках древнеиндий­ской письменности. Так, в "Брахма-сутре" (5: 40) сообщается: "В миллионах и миллионах вселенных находятся бесчисленные планеты, каждая из которых имеет уникальную структуру и положение во все­ленной. Все эти планеты расположены в одном уголке брахмаджйоти (букв. "Сиянии Бога" — Ю. К.)"[23]. В "Махабхарате", в частности в "Араньякапарве", идея множественности миров также получила до­вольно широкое распространение: одна из основных сюжетных ли­ний — связь героев эпоса с иными мирами, включая даже пребывание на божественных уровнях. Индра (бог грома), Агни (бог огня), Шива и Кришна — все они и другие божественные личности принимают иногда непосредственное участие в ключевых для народа событиях истории. В книгах эпоса можно найти и описания таких божественных миров, которые сопряжены с теорией реинкарнации ("переселения душ") и законом Кармы и с тем, что мы сейчас называем НЛО.

АРУПАЛОКА
(4 уровня)

Неописуемое
Великая пустота
Бесконечность сознания
Бесконечность пространства

8-я ступень
7-я ступень
6-я ступень
5-я ступень

РУПАЛОКА
"мир имеющих форму"
16 уровней

Верховные брахмы
Ясновидящие брахмы
Прекрасные брахмы
Безмятежные брахмы
Процветающие брахмы
Брахма без восприятия
Брахма вознаграждения

4-я ступень (7 уровней)

Брахма с устойчивой аурой
Брахма с бесконечной аурой
Брахма с конечной аурой

3-я ступень (3 уровня)

Лучезарный брахма
Светящийся брахма
Блестящий брахма

2-я ступень (3 уровня)

Великий брахма
Брахмы-"министры"
Брахмы-"спутники"

1-я ступень (3 уровня)

КАМАЛОКА
"мир желаний"
11 уровней

Боги.восторгающиеся творениями дру­гих
Боги, восхищающиеся своими творе­ниями
Обитатели "неба Тушита", где нахо­дится грядущий будда Майтрейя
Обитатели "Ямы"-царства прекраще­ния страданий
33 божества царств Индры
4 бога-хранителя входа на небеса

6 уровней богов

ЛЮДИ

 

Асуры-полубоги
Голодные духи
Животные
Обитатели адов

4 уровня потерь и скорби

Учитывая возрастающий интерес к уфологии, приведем следую­щие описания [98:43: 2—38 и 44:8 ]: "...прибыла к нему {Арджуне — Ю.К }...дивноблещущая колесница. Словно рассекши облака, она за­лила сиянием все небо; грохот ее, подобный реву огромной тучи, запол­нил все {пространство в пределах} сторон света... Кто не закалился в подвижничестве, не сможет ни увидеть, ни коснуться этой великой, волшебной колесницы, ни тем более взойти на нее. И на ней... ликуя, вознесся ввысь премудрый потомок Куру. Двигаясь по пути, сокрытому от очей на земле обитающих смертных, он видел там тысячи диковин­ного образа небесных колесниц. Там не светили ни огонь, ни солнце, ни луна, но {все} сияло собственным {внутренним} светом, который обретается святостью. Те сияющие {тела}, которые отсюда наблюдаем мы в виде звезд и которые, хоть и огромны, из-за удаленности своей {кажутся} крошечными, как огоньки светильников, увидел Пандава во всей красе их, в ярком свечении, каждое в своем небесном доме, сияю-, щие собственным {внутренним} светом. Сотнями сонмов парили там {в воздухе} святые царственные мудрецы, сиддхи, герои, павшие на поле брани, и те, кто завоевал себе небо подвижничеством, {а также} тысячи гандхарвов, чей пыл духовный пламенел, как солнце, множе­ства гухмков, святых мудрецов и апсар. Видя {различные} миры, сияющие внутренним светом, исполнился изумления Пхальгуна... И, миновав миры, {уготованные для добродетельных} царей, лотосоокий наконец увидел столицу Шакры — Амаравати. Там он увидел движи­мые мыслью, летающие колесницы богов; тысячи их стояли и сотни тысяч разъезжали во всех направлениях." [98:43:2—38 ]. "Те высшие сверкающие миры, дарующие что ни пожелаешь, источают собствен­ный блеск, и нет там страданий... Таких миров тридцать три, в осталь­ные миры попадают премудрые благодаря высочайшим обетам или дарам, принесенным как должно." [98: 44: 8 ]. Число упоминаемых в "Араньякапарве" миров соответствует традиционному числу богов, подразделяемых на 3 разряда соответственно трем сферам мирозда­ния — земле, атмосфере и небу [29]. Наличие во Вселенной миров, сияющих "внутренним светом", отмечает и А. Гхош [см. 127; Прило­жение 2]. О них говорил также и апостол Иоанн в Апокалипсисе, упоминая также невиданных животных, "исполненных очей", и это — не бред или галлюцинации.

В книге "Роза о тринадцати лепестках" Адин Штайнзальц подроб­но излагает древнеиудейские воззрения о строении Космоса [ 165 ]. Эти концепции подразумевают существование серии миров, которые как бы встроены один в другой (наподобие матрешек). Мир считается "выс­шим", если он расположен ближе к Первопричине, чем другой мир, в цепочке причинно-следственных связей. Мир "низший" — это мир вторичный по отношению к тому, что считается высшим. Древнееврей­ская традиция подразумевает следующие подразделения, называемые, по нисходящей, — "мир излучения", "мир творения", "мир созида­ния" и "мир действия". Наш мир, в котором живут люди,— это мир действия, а ближайший высший по отношению к нашему, — мир сози­дания. Три основные фактора — "мир", "год" и "душа" — соответст­вуют, в современном варианте, понятиям "пространство", "время" и "индивидуальность".

Каждый мир отличается от остальных способом проявления в нем этих трех факторов. В более высоких мирах то, что является аналогом пространства в мире физического действия, называется "дворцом". "Дворец" — некая структура, в пределах которой различные формы и сущности преобразуются и сообщаются между собой. Эти структуры можно сравнить с замкнутыми в себе системами, которые математики называют "группами" и "полями". Такие системы могут быть запол­ненными до предела, но могут быть и сравнительно малонаселенными или вообще пустыми. Время тоже имеет свои аналоги в других мирах. "Год" как абстрактное понятие представляет собой процесс измене­ния, т. е. переход от одного состояния в другое, из одной формы в другую. При переходе к более высоким мирам аналоги пространства и времени становятся все менее дискретными, и ясная очерченность тех или иных структур уступает место некоторой аморфности, нечеткости образов. Вот почему все аналитические свойства высших миров на языке формально-логического аппарата не могут быть четкими и однозначны­ми. Таким образом, понятие "мистика" (от английского mist — "туман, неясность") возникло не случайно, и иного содержания передавать просто не может. Далее, продолжает А. Штайнзальц [165 ], то, что мы называем "душа", выделяется и в этом и в иных мирах благодаря своему самопоз­нанию и знаниям об этом мире. Кроме четырех названных основных миров, существуют и более низкие миры, соответствующие областям зла (с их носителями — "черными ангелами") или адовым пространствам. Мир людей занимает как бы промежуточное положение между мирами света и тьмы, поскольку существуют действия, хотя и не греховные, не связанные со сферами зла, но и не несущие добра одновременно. Одна­ко в большинстве случаев помыслы людей отражаются как в более высоких мирах, за счет формирующихся в людских молитвах ангелов света и добра, так и в низших — вследствие злых и корыстных побуж­дений, дающих начало ангелам тьмы.

Таким образом, система миров, согласно древнееврейской тради­ции, представляет собой систему разных измерений бытия, и человек, совмещающий в себе признаки-качества нескольких миров, в зависи­мости от своего духовного уровня, тем не менее весьма ограничен в возможностях своих ощущений. Ряд библейских пророков, однако, видели не только отдельных ангелов, но и Божественный "Престол славы" — область мира творения. Земля находится у подножия этого престола, на который Бог, образно говоря, опирается своими Стопами (ср. с "четырехчастной стопой Брахмана" древних индусов — Ю. К.).

Чем дальше от мира излучения находится данный мир, чем он "ниже", тем меньше возможности проявления Божественного света; чем выше мир — тем более он к нему восприимчив, тем больше подчи­няются воле Бога существа, его населяющие. Низшие миры — в сфере "клипы" — также имеют "дворцы", в которых существуют свои иерар­хические системы зла, одна под другой. Их населяют ангелы-губители, или ангелы разрушения ("демоны"). Они поддерживаются и питаются нечистыми мыслями, греховными поступками, импульсами зла, про­диктованными ненавистью, злобой и страхом.

В реальности существования иных миров убеждают три обстоя­тельства:

1. повторяемость видений через порой значительные отрезки време­ни у ращых по национальности и вероисповеданию людей, причем зачас­тую они не могли эти сведения почерпнуть из книг в силу своей малогра­мотности или иных обстоятельств, например апостол Иоанн; с позиций современной науки такие событиястатистически достоверны;

2. отсутствие реальных объектов в "этом мире", которые могли бы стать материалом для галлюцинаций подобного рода; например, целая совокупность новых признаков "невиданных зверей";

3. наличие как бы переходных ступеней в детальности описаний такого рода видений "иного мира", как правило сопряженное со сте­пенью духовного развития индивида.

Когда ищут преступника, показания очевидцев являются не толь­ко материалом для поисков, но и считаются достоверными в суде. Когда же речь идет об иных мирах, плоскостях или уровнях бытия, то сходные свидетельства разных лиц горе-интеллектуалы принимают за сходное сумасшествие илисходные галлюцинации и ищут основу их там, где никак ее не найти. Вообще вопрос о психопатологии сейчас является одним из актуальных, и много нелепых догматов здесь еще предстоит изжить.

3.2. Жизнь на астральном плане

По традиционным воззрениям теоретической биологии мы при­выкли рассматривать жизнь как форму существования белковых тел и нуклеиновых кислот, которая имеет обмен веществ, способна к само­воспроизведению и обладает другими признаками, взятыми одновре­менно [91 ]. Однако и те миры, о которых мы рассказали в предыдущем разделе, тоже не являются чем-то мертвым и безжизненным. С пребы­ванием в "мирах иных" связана целая группа "существ", которые то и дело дают нам много непонятных и загадочных явлений, не укладыва­ющихся в традиционные научные концепции.

Детальный анализ эзотерических источников, связанных с вос­точными философско-религиозными учениями и древними оккульт­ными концепциями, свидетельствует, что в тех пространственно-вре­менных измерениях, о которых мы говорили выше (в разделе 3.1), существуют следующие формы "жизни":

1. души умерших;

2. существа-"посредники" при переходе души после смерти в иной мир;

3. "астральные существа":

o        "черные ангелы", связанные с демоническими силами;

o        "ангелы света", связанные с высшими духовными устремлени­ями людей и обитателями высших божественных миров;

o        "нейтральные" объекты, известные в разных странах как ле­шие, черти, гномы, спутники Шивы и т. д.;

o        инопланетяне (одна из их категорий);

o        полубоги и боги: Иисус Христос, Шива, Вишну, Кришна и др. из высших миров.

Попробуем кратко систематизировать то, что о них известно, без предвзятости, минуя догматизм и рамки современных научных теорий.

Долгое время много насмешек со стороны научной общественности вызывала "теория переселения душ": вульгарные материалисты XYIII — XX вв. утверждали, что человек — это машина, его тело — сложнейший конгломерат живых тканей, клеток и биохимических структур; после смерти человек разлагается, и душа — выдумки богословов. Однако по­следнее время объектом научного изучения становится все больше и больше данных, почерпнутых из древних трактатов, священных Писа­ний и явлений современной жизни, которые никак не могут быть интерпретированы, если принять тезис об отсутствии души как отдельной сущности, отличной от обычного состояния материи.

Показания людей, переживших состояние клинической смерти, феномены, когда дети вспоминают место и дом своего прежнего рож­дения [31; 63—64; 92; 93; 137; 150], уже не вызывают особых сомнений в существовании "жизни после смерти" даже у скептиков. Однако мы не будем здесь рассматривать подробно все феномены, связанные с переходом души человека в "загробный" мир: это выходит за рамки данной книги и, кроме того, подробно описывается в литературе [37; 66; 146; 150; 166 ]. Многие подробности описываются детально в "Ти­бетской книге Великого Освобождения" (иногда называемой "Тибет­ской книгой мертвых"), которая является своего рода "практическим руководством" для умершего — факт непостижимый еще 40—50 лет назад (!) [см. 149].

Отметим, однако, одно очень важное с практической точки зрения обстоятельство. Так, индийские йоги и древние жрецы перед тем, как устанавливать контакты с душами умерших (например, для того, что­бы получить от них ответы на некоторые вопросы), десятилетиями тренировались физически и психически. Современные же оккульти­сты рекомендуют методики общения с умершими фактически без вся­кой на то длительной подготовки [см., напр., 150]. Естественно, что подобная практика может привести к умопомешательству и психбольнице! В йоге и других восточных учениях все ступени практики строго обоснованы, и выход человека в астральную плоскость в итоге не оказывает каких-либо отрицательных эффектов на физическое или пси­хическое здоровье "контактера".

В тесной связи с этими явлениями стоят и путешествия в "астраль­ном теле" йогов и некоторых других людей. Так, йог может, оставляя на время свое грубое тело, совершать полеты в другие места — напри­мер, на вершину Джомолунгмы (пик Эверест), а также на другие планеты [23—24 ]. Имеются данные, что и Порфирий Корнеевич Ива­нов — известный отечественный экстрасенс — тоже был на Луне и даже помог американским астронавтам устранить одну техническую неисправность (!). Всемирно известная болгарская прорицательница Ванга тоже не раз совершала путешествия в тонком теле на другие планеты [143 ]. Однако желающих последовать их примеру необходи­мо сразу же предупредить: такие попытки могут закончиться невозв­ращением в тело (подобный случай описан в [92]), кроме того, без адекватной тренировки душа может попасть в область губительных для нее космических вибраций и подвергнуться разрушению уже в Космо­се. У египетских жрецов, например, существовала специальная методика, когда двое жрецов охраняли тело третьего — путешествующего "в духе", обернув его в несколько теплых одеял и контролируя его состояние [150]. Ясно, что это — только внешняя сторона методики, тогда как внутренние аспекты, которые везде до сих пор остаются тайными, намного сложнее.

Об ангелах как реально существующих объектах астрального мира много указаний дает Адин Штайнзальц, основываясь на древнееврей­ских каббалистических тайнах [165]. "Ангелы" — духовные реально­сти, со своими собственными неповторимыми сущностями. Наши эмо­ции и побуждения, образующие совокупности чувств, дают тем самым и начало ангелам (существам мира созидания) — осознанным прояв­лениям наших эмоций и конкретных импульсов. Множество однород­ных импульсов, эмоций и чувств образуют в совокупности или "стан ангелов", или еще более широкую группу — "дворец". Слово "ан­гел" — перевод иврнтского "малах", что буквально означает "послан­ник". Его задача — поддерживать постоянный контакт между нашим миром действия и другими, более высокими мирами. Среди бесчислен­ного множества категорий ангелов, населяющих различные миры, есть такие, которые существовали с начала времен. Они, таким образом, представляют собой вечные, неизменные части мироздания. Человек, молящийся или направляющий мысли ко Всевышнему, тем самым создает ангела, и, следовательно, дух его проникает в высшие миры. Ангел может открыться пророку или праведнику, иногда даже обычные люди удостаиваются откровений высшего порядка.

Наоборот, ангелы-губители искушают людей, подстрекают ко злу, передавая о нем знания из низших миров. Вместе с тем, чем больше зла творит человек, тем больше жизненной энергии эти ангелы "выкачи­вают" из него для своих сфер. Они могут также выступать в материаль­ных формах. Наказание грешника происходит "замыканием круга", т. е. за счет погружения его в ту сферу зла, которую он сам и создал [165]. Все эти представления близки к идеям об эгрегорах добра и зла — групповым однородным биофизическим реальностям, включая разного уровня духовные оболочки вокруг Земли [см. 5; 63; 64; 109 ].

Не так давно людей, которые видели "чертей", "домовых" и проч., отправляли в сумасшедший дом. Однако сейчас, когда незыблемые основы ортодоксальных воззрений рушатся и жизнь преподносит нам множество других подобных случаев, основания для скепсиса рассеи­ваются. Тема "полтергейста" стала сейчас одной из модных, и, хотя шарлатаны здесь действительно встречаются, о реальности "астраль­ных существ", отличных от душ умерших или путешествующих йогов, стали говорить уже более серьезно. Не обязательно "чертиков" видят только хронические алкоголики: их регистрируют экстрасенсы и неко­торые люди с повышенными от природы чувствительными возможнос­тями. Независимо друг от друга, они дают сходные, во многом взаимо­дополняющие описания [см., напр., 143; 155]. Именно эта взаимодо­полняемость и свидетельствует, на наш взгляд, о достоверности их существования, а не о сходных иллюзиях сознания. Об астральных существах свидетельствуют и тибетские сказания [48 ], и вся буддий­ская традиция, где духи-преты рассматриваются как один из уровней живого [126; 142].

Один из разрядов астральных существ — так называемые "эле-ментали". Это — страшные уроды, чудовища с двумя-тремя головами и безобразными рожами, которые, как предполагают, являются спутника­ми Шивы [131 ]. Кстати, подобных существ увидел и сам автор в пятилет­нем возрасте, после чего не мог долгое время засыпать в темноте. Многие дети (а до 5—7лет все дети—немного экстрасенсы) иногда видят астраль­ных существ — "фей", "карликов", "гномов", отчего часто пугаются, но предпочитают об этом не рассказывать взрослым. То же самое относится и к инопланетянам, скорее — к какой-то одной их группе, которые посе­щают Землю в своем "тонком теле". Таких существ, кстати, видела Ванга и контактировала с ними; они, как она сообщила, — обитатели "третьей планеты". Однако многие подробности, связанные с "третьей плане­той", до сих пор остаются под запретом, и их сообщить провидица отказалась [143].

В Индии чувства верующих неоднократно обращаются к богам — Шиве, Вишну и другим божествам огромного индуистского пантеона. Казалось бы, это — одно из "фантастических отражений в сознании" древних людей стихийных сил Природы. Однако Свами Вивекананда в примечаниях к "Йога-сутре" (1:19) [10 ] указывает: "Богами в индус­ских системах называются достигшие значительного, но не полного совершенства души, исполняющие некоторые высокие миссии.". То же следует и из указаний Е. И. Рерих [121 ]: многие достигшие высокого уровня развития души предпочитают оставаться в тонком теле, по­скольку пребывание в "грубом теле" требует дополнительных расхо­дов энергии и причиняет им другие неудобства.

В древнейшие времена, описываемые в эпосе "Махабхарата", ге­рои сказаний не только могли путешествовать в другие, божественные миры и общаться с богами — Шивой и Кришной, но даже помогали им и, в свою очередь, получали от них поддержку [напр., 95; 98 ]. В те далекие времена божественные миры, как утверждают легенды, были ближе к нашему миру [146 ]. Вряд ли это были пустые домыслы.

В настоящее время идея Бога (и невидимых сил) выходит за пре­делы чисто теологических и схоластических рассуждений и все чаще становится объектом научно-философского анализа [напр., 54; 157].

3.3. Что такое "прана"?

Особо важное значение в теории йоги имеет концепция праны. Слово "прана" в переводе с санскрита означает "жизненное дыхание, жизненная энергия". Другая трактовка термина—"первичная энер­гия". Согласно древнеиндийским воззрениям, при дыхании человек вбирает в себя не только кислород (собственно говоря, самого понятия о кислороде тогда и не было), а некую энергетическую субстанцию, которая и называется "прана". Эта энергия, вдыхаемая человеком с воздухом, передается разным органам тела и перерабатывается ими, образуя в совокупности внутренний пранический ток (Сукшма-пра-на). В "Тарка-Санграхе" сказано: "Прана — ветер, движущийся внут­ри тела. И она единственна, но в силу различия выделяющихся свойств получает название "прана", "апана" и т. д. [6: с. 75 ].

Представления о пране как о "жизненном дыхании" восходит еще к ранним Упанишадам, где она частично идентифицируется с Атма-ном, а также как высший жизненный принцип. Древняя индийская традиция выделяла пять основных типов Сукшма-праны в организме человека: 1) прану — собственно дыхание, воздушные токи; 2) апа-ну — нисходящий ток, который, в совокупности с праной, соответство­вал вдоху-выдоху; 3) вьяну — токи, рассредоточенные по телу между праной и апаной; 4) удану — ток, направленный вверх, локализую­щийся в горле; 5) саману — токи, концентрирующиеся в области пупка и способствующие пищеварению [29; 140]. Упоминания о различных пранах содержатся и в книгах "Махабхараты" — "Бхагавад-Гите", "Анугите" и "Араньякапарве"; причем известно правило-закономер­ность: "Самана гасит вьяну" [140].

В "Араньякапарве" [98: 203: 15—28 ] описаны следующие пред­ставления: "Огонь, который пребывает в голове, поддерживая тело, есть прана, которая действует и в голове, и в огне; прошлое, настоящее и будущее — все покоится на пране. Самый важный из элементов — это огонь Брахмана, и мы почитаем его — того, кто является душой всего сущего..., способностью к познанию, разумом, самосознанием и объектами чувств. На земле он повсюду охраняется праной и следует своими собственными путями, поддерживаемый саманой. Огонь, пребывающий у мочевого пузыря и анального отверстия, является апаной, он выводит наружу мочу и кал. То единое, что присуще трем — воле­вому усилию, действию и (приложенной) силе, люди, познавшие Вы­сочайший дух, называют уданой. Ветер, присутствующий в каждом сочленении человеческого тела, зовется вьяной. Огонь, проникающий все элементы тела, разносится этим ветром повсюду и приводит в движение соки секреции и гуморы. Из комбинации пран возникает такое соединение, которое известно как жар, благодаря которому пе­реваривается пища. Прана и вьяна размещаются между апаной и уда­ной, и выделяемый при (их соединении) огонь как следует пропекает эту область. Этот жар пребывает в прямой кишке, оканчивающейся анальным отверстием, а от него рождаются токи во все праны живу­щих. Влекомая силой огня к выходу из кишечника, прана удерживает­ся, а устремляясь наверх, она вновь источает огонь. Ниже пупка — вместилище переваренной пищи, выше — непереваренной; все праны тела сходятся в центре пупка. От сердца поперек, вверх и вниз отходят десять каналов; побуждаемые правами, они разносят соки пищи. Путь, которым йоги приходят к Высочайшему духу, таков: преодолев уста­лость, владея (различными) позами, они помещают Атман в голову. Вот таким образом правой и апаной проникнуты все, имеющие тело.". Топографически различные типы праны в организме локализуются, как показано на рис. 5 [см. также 106 ].


Рис.5. Биополе человека: чакры, нади и праны

Исходя из современных научных концепций, есть все основания считать, что Прана есть не что иное, как остатки реликтового излуче­ния, которое явилось следствием, рудиментом "Большого взрыва" при образовании нашей Вселенной. Это древнейшее реликтовое излуче­ние, невидимое для глаза и фактически не регистрируемое обычными приборами, обладает, однако, огромной мощностью [49; 54 и др.]. Оно-то, вероятно, и является известным нам физическим эквивалентом широко используемой в йоге Праны. Одвако правильность такого вы­вода должна быть подтверждена дополнительными исследованиями.

3.4. Биополе человека и его структура

Концепция, согласно которой человек — это только его тело, а душа — абстрактная фикция, сейчас уже не признается даже матери­алистами. Многочисленные факты проявления сверхнормальных пси­хических сил, специальные наблюдения и исследования показывают наличие вполне реальной духовной субстанции, и сейчас получили "гражданство" термины, которые раньше были в ходу только у оккуль­тистов: плотная материя (грубая материя, или тело) и тонкая материя (тонкое тело). Поэтому следует заново обратиться к древним восточ­ным и оккультным представлениям о строении человека и свойствах отдельных структур.

В "Тайтирийа-упанишаде" говорится о пяти оболочках (коша), из которых состоит живое существо [106 ]:

1. Аннамайа-коша, т. е. оболочка, формируемая за счет анны (пищи);

2. Пранамайа-коша, или облочка праны как жизненной силы;

3. Маномайа-коша, или оболочка ума;

4. Виджнянамайа-коша, т. е. оболочка интеллекта и чистого зна­ния;

5. Анандамайа-коша, или оболочка блаженства.

Древние знания йоги и оккультизма (в этом отношении они полно­стью сходятся) подразумевали существование в человеке семи "тел": физического (грубое тело), астрального (мир чувств, эмоций и желаний), эфирного (флюиды астрального тела), ментального (мир мыслей)/кау­зального (причинное поле, или кармическое тело), буддхического (вы­сший духовный разум) и атмического (наше истинное "Я", духовная субстанция—часть Абсолюта). Согласно другим воззрениям [3 ], следует выделять не семь, а шесть тел — физическое, астральное, ментальное, каузальное, буддхическое и этническое — тогда как своего эфирного двойника имеет каждое "тело".

Все эти тела взаимопроникают друг в друга наподобие матрешек, и атмическое тело — наиболее тонкая часть, которая имеет поистине Божественную природу.

Соотношения между всеми этими телами и соответствия между ними и Космосом приводятся на рис. 6. Так, наибольшая связь сущест­вует между физическим телом (и связанной с ним Волей) и атмиче-ским; астральное тело (Сердце) более связано с буддхическим (Ду­шой) , чем с ментальным или другими телами.


Рис.6. Тела человека, их качества и основные астрологические соответствия [по М. Айванхову].

Отмечу, что название буддхического, или буддического, тела, не­сомненно, связано с санскритским словом "буддхи", означающим выс­ший духовный разум; а каузальное тело (неправильно называющееся казуальным, поскольку происходит от латинского " causa " — причина, следствие) связано с Кармой человека. В каузальном теле как бы фото­графируются, отражаются все поступки человека — хорошие и дур­ные.

После смерти тонкое тело покидает физическое тело, и на 40-й день высшая природа человека — каузальное, буддхическое и атмиче­ское тело — отделяется от ментального и астрального тел (момент "второй смерти"). Две последние оболочки некоторое время еще остаются в околоземном пространстве, а затем также распадаются, причем их элементы идут на построение других душ людей [3; 146; 150]. Таким образом, весь наш интеллектуальный "багаж" в "мир иной" не переходит, и мы оставляем его так же, как и материальные блага, накопленные на Земле.

В теории восточных религиозно-философских систем хотя и учи­тываются все аспекты строения тонкого и грубого тела, основное вни­мание уделяется работе с астральным и ментальным телом. Наша же Карма — каузальное тело — непрерывно совершенствуется в добрых делах, на что, собственно, и направлена любая религиозная система, будь то христианство или буддизм. Поэтому, оставляя из рассмотрения кармическое тело для добрых дел, рассмотрим подробнее структуры астрального тела.

ЧАКРЫ и НАДИ — органы астрального тела, представляющие собой сгущения внутренней энергии, которые могут ощущать не толь­ко йоги, но и многие экстрасенсы [63; 64 ]. Нади — энергетические каналы, по которым циркулирует астральная энергия (прановые то­ки), чакры — сгущения этой энергии, связанные в своей локализации с переплетением различных нади. Слово "чакра" в переводе с санскри­та означает буквально "колесо, круг". Действительно, они выделяют­ся в теле как сфероидные излучающие энергию образования, от кото­рых отходят лепестки — ближайшие к ним участки энергетических каналов-нади. Чакры и нади обладают многими свойствами, и наука сейчас только приступает к детальному их исследованию. Так или иначе, древнеиндийская традиция связывает функционирование чакр и нади в множестве разных планов, построенных в основном на прин­ципе соответствия макро- и микрокосма. Здесь можно выделить три категории свойств, исходя из уровня их понятности для западного читателя. Так, с чакрами связывают особые свойства человеческой личности и поведения, т. е. положительные и отрицательные свойства характера, активизацию тех или иных органов чувств. Вторая катего­рия соответствий, хотя и понятна для западного читателя, не вполне еще адекватно оценивается по своим причинам: это, например, соот­ветствие запахов, вкусовых ощущений активизации той или иной чак­ры. Наконец, третья категория пока остается за пределами наших представлений, и это относится прежде всего к соответствующим каж­дой чакре божествам индуистского пантеона. Кроме того, разные ис­точники иногда по-разному описывают некоторые свойства, и это так­же создает определенные сложности для анализа особенностей функ­ционирования астрального тела.

Сопоставление основных источников [63; 64; 106; 111; 131 ] позво­ляет представить следующую развернутую характеристику семи ос­новных чакр (т. е. шести центров, традиционно считающихся основны­ми, плюс Сахасрары) (рис. 5):

1) МУЛАДХАРА-ЧАКРА

·    Локализация на физическом плане: окончание позвоночника, ме­жду анусом и половыми органами.

·    Анатомический коррелят: крестцовый плексус.

·    Контролируемый орган чувств: обоняние.

·    Контролируемая область и функции: процессы размножения, де­ятельность прямой кишки.

·    Свойства проявления в психофизиологическом плане: гнев, жад­ность, заблуждения, расчетливость, чувственность, стремление к при­обретательству.

·    Желания и препятствия: безопасность.

·    Чувство: терпение.

·    Число лепестков: 4.

·    Цвет энергии: красный.

·    Биджа-мантра: ЛАМ.

·    Носитель биджи: слон Айравата, на котором ездит Индра-бог грома.

·    Звук октавы: до.

·    Цвет биджи: золотой.

·    Таттва (элемент): земля.

·    Цвет таттвы: желтый.

·    Вкусовое ощущение: сладкий.

·    Запах:роза.

·    Тип праны: апана + вьяна.

·    Лока (область, мир): Бху-лока (физический план).

·    Управляющая планета: Марс (Сатурн — по другим источникам).

·    Божество: Бала-Брахма ("Брахма—ребенок"); правитель—Гвнеша.

·    Шакти: Дакини.

·    Поведение животного: муравья.

Эффект от работы с чакрой: сосредоточение на этой чакре ведет к усилению жизненной энергии, повышению устойчивости к болезням, дает бодрость и выносливость, решительность в мирских делах.

2) СВАДИСТХАНА-ЧАКРА (СВАДХИСТХАНА-ЧАКРА; СВАДИСТАНА-ЧАКРА)

·    Локализация на физическом плане: основание половых органов.

·    Анатомический коррелят: предстательный плексус.

·    Контролируемый орган чувств: вкус.

·    Контролируемая область и функции: органы брюшной полости, половые органы.

·    Свойства проявления в психофизиологическом плане: ограничен­ность сознания, отсутствие сострадания, желание разрушения, заблуж­дения, презрение, подозрительность.

·    Желания и препятствия: сексуальность.

·    Чувство: чистота.

·    Число лепестков: б.

·    Цвет энергии: оранжевый.

·    Биджа-мантра: ВАМ.

·    Носитель биджи: крокодил.

·    Звук октавы: ре.

·    Цвет биджи: кроваво-красный или ярко-красный.

·    Таттва (элемент): вода.

·    Цвет таттвы: белый.

·    Вкусовое ощущение: вяжущий.

·    Запах: ромашка.

·    Тип правы: апана + вьяна.

·    Л ока (область, мир): Бхувар-лока (астральный план).

·    Управляющая планета: Меркурий (Юпитер — подругам источ­никам).

·    Божество: Вишну (Брама — по другим источникам).

·    Шакдо Ракини.

·    Поведение животного: бабочки.

Эффект от работы с чакрой: сосредоточение на этой чакре дает способность использовать созидающую и сохраняющую энергии, что­бы возноситься к чистому искусству и чистым взаимоотношениям с другими людьми; позволяет освободиться от страсти, похоти, гнева, жадности, ревности и зависти.

3) МАНИПУРА-ЧАКРА (МАНИПУРАКА-ЧАКРА)

·    Локализация на физическом плане: солнечное сплетение (питаю­щая часть), пупок (собственно центр).

·    Анатомический коррелят: солнечный плексус.

·    Контролируемый орган чувств: зрение.

·    Контролируемая область и функции: зрительные функции, двига­тельный контроль, печень, селезенка, энергетические резервы орга­низма.

·    Свойства проявления в психофизиологическом плане: алчность, ревность, коварство, отсутствие совести, страх, ложь, глупость, за­блуждение, жестокость.

·    Желания и препятствия: бессмертие, власть, имя, слава.

·    Чувство: сияние.

·    Число лепестков: 10.

·    Цвет энергии: желтый.

·    Биджа-мантра: РАМ.

·    Носитель биджи: баран.

·    Звук октавы: ми.

·    Цвет биджи: малиново-красный.

·    Таттва (элемент): огонь.

·    Цвет таттвы: красный.

·    Вкусовое ощущение: перец.

·    Запах: мята.

·    Тип праны: самана + вьяна.

·    Лока (область, мир): Сварга-лока (небесный план).

·    Управляющая планета: Солнце (Марс — по другим источникам).

·    Божество: Браддха-Шива ("Старый Шива") или Вишну

·    Шакти: Лакини.

·    Поведение животного: кобры.

Эффект от работы с чакрой: понимание процессов, происходящих в грубых и тонких телах; увеличение жизненной силы и избавление от многих заболеваний, приобретение долголетия и крепкого здоровья; развитие управленческих и организаторских способностей; улучшает­ся контроль над речью и способность ясно излагать свои мысли, воз­действовать на людей словами.

4) АНАХАТА-ЧАКРА

·    Локализация на физическом плане: середина груди, на уровне сердца, между сосками.

·    Анатомический коррелят: сердечный плексус.

·    Контролируемый орган чувств: осязание.

·    Контролируемая область и функции: руки, контроль дыхания, двигательные функции.

·    Свойства проявления в психофизиологическом плане: положи­тельные качества (вдохновение, творчество, надежда) и отрицатель­ные — похоть, мошенничество, нерешительность, неуверенность, не­терпеливость, леность, безразличие, высокомерие, беспокойство, при­страстность, задиристость.

·    Желания и препятствия: любовь, вера, преданность, долг.

·    Чувство: удовлетворение.

·    Число лепестков: 12.

·    Цвет энергии: зеленый.

·    Биджа-мантра: ЙАМ.

·    Носитель биджи: черная антилопа.

·    Звук октавы: фа.

·    Цвет биджи: золотистый.

·    Таттва (элемент): воздух.

·    Цвет таттвы: бесцветный (дымчато-серый или дымчато-зеленый).

·    Вкусовое ощущение: лимон.

·    Запах: герань. Тип правы: прана + вьяна.

·    Лока (область, мир): Манас-лока (план гармонии).

·    Управляющая планета: Венера.

·    Божество: Ишана-Рудра-Шива (Рудри — по другим источникам).

·    Шакти: Какими.

·    Поведение животного: антилопы.

Эффект от работы с накрой: обретение власти над своим "Я", мудрости и внутренней силы; приведение в равновесие мужской и женской энергии; контроль над чувствами; преодоление препятствий и трудностей; в присутствии такого человека люди обретают покой и радость; развитие божественного видения и установление гармонии намерения и действия; становление космической любви и развитие творческого вдохновения.

5) ВИШУДХА-ЧАКРА (ВИАДХА-ЧАКРА)

·    Локализация на физическом плане: область шеи под глоткой, щи­товидная железа.

·    Анатомический коррелят: глоточный плексус.

·    Контролируемый орган чувств: слух.

·    Контролируемая область и функции: речевой контроль, слух.

·    Свойства проявления в психофизиологическом плане: создание чув­ственно окрашенных образов, эмоционально-духовная деятельность.

·    Желания и препятствия: знание.

·    Чувство: единение.

·    Число лепестков: 16.

·    Цвет энергии: голубой.

·    Биджа-мантра: ХАМ.

·    Носитель биджи: слон Гандха — царь всех животных — дымчатого цвета.

·    Звук октавы: соль.

·    Цвет биджи: золотой.

·    Таттва (элемент): эфир.

·    Цвет таттвы: дымчато-пурпурный

·    Вкусовое ощущение: горький.

·    Запах: полынь.

·    Тип праны: удана + вьяна.

·    Лока (область, мир): Джана-лока (план совершенства).

·    Управляющая планета: Юпитер (Меркурий — по другим источ­никам) .

·    Божество: Панчавактра-Шива (Дживатма — по другим источникам).

·    Шакти: Шакини.

·    Поведение животного: павлина.

Эффект от работы с чакрой: спокойствие, чистота, ясность, мело­дичность голоса; способность к духовной поэзии; понимание сновиде­ний, проникновение в тайны Писаний.

6) АДЖНА-ЧАКРА (АГНИ-ЧАКРА, ТРИКУТА)

·    Локализация на физическом плане: центр головы, на уровне цен­тра лба между бровями.

·    Анатомический коррелят: губчатый плексус.

·    Контролируемый орган чувств: интуиция.

·    Контролируемая область и функции: чувственный контроль и воля.

·    Свойства проявления в психофизиологическом плане: ясновидение.

·    Желания и препятствия: осознание, аскетизм, интуиция.

·    Чувство: знание.

·    Число лепестков: 2.

·    Цвет энергии: синий (сама чакра — чисто-белого цвета).

·    Биджа-мантра: АУМ.

·    Носитель биджи: нада, известная как Ардхаматра.

·    Звук октавы: ля.

·    Цвет биджи: золотой.

·    Таттва (элемент): психический элемент — Махататтва (состоя­щий из манаса, буддхи, ахамкары и читты).

·    Цвет таттвы: прозрачно-люминесцентный голубоватый или кам­форно-белый.

·    Вкусовое ощущение: отсутствует.

·    Запах: отсутствует.

·    Тип праны: чистое сияние + вьяна.

·    Лока (область, мир): Тапас-лока (план подвижничества).

·    Управляющая планета: Сатурн (Луна — по другим источникам).

·    Божество: Ардханаришвара, или полуженщина.

·    Шакти: Хакини.

·    Поведение животного: лебедя.

Эффект от работы с чакрой: избавление от всех видов грехов; аура такого человека позволяет всем, кто находится рядом, обрести спо­койствие и ощутить вибрацию АУМ; АУМ исходит из самого тела человека; такой человек освобожден от различных качеств (таттвати-та), желаний и мотивов, толкающих его на различные действия; при­обретается способность знать прошлое, настоящее и будущее, возмож­ность проникать в любое тело по своей воле; старые кармические гру­зы, тяжесть прошлых рождений — все это сжигается в процессе работы с Трикутой.

7) САХАСРАРА-ЧАКРА (ТЫСЯЧЕЛЕПЕСТКОВЫЙ ЛОТОС)

·    Локализация на физическом плане: верхушка головы.

·    Анатомический коррелят: гипофиз, мозговой плексус.

·    Контролируемый орган чувств: мировое сознание.

·    Контролируемая область и функции: высшее абстрактно-фило­софское мышление.

·    Свойства проявления в психофизиологическом плане: сверхсознание.

·    Желания и препятствия: единство.

·    Чувство: сверхсознание.

·    Число, лепестков: 1000 (бесконечное множество — по другим ис­точникам).

·    Цвет энергии: фиолетовый.

·    Биджа-мантра: висарга (т. е. особый придыхательный звук в сан­скрите).

·    Носитель биджи: бинду, точка выше полумесяца.

·    Звук октавы: си.

·    Цвет биджи: золотой.

·    Таттва (элемент): Абсолют.

·    Цвет таттвы: отсутствует.

·    Вкусовое ощущение: отсутствует.

·    Запах: отсутствует.

·    Тип праны: чистое сияние + вьяна.

·    Лока (область, мир): Сатья-лока (план истины).

·    Управляющая планета: Кету (Солнце — по другим источникам).

·    Божество: внутренний Гуру, Парамгуру, Параматма (Учитель Риши).

·    Шакти: Чайтанья (Махашакти), Параматма.

Эффект от работы с чакрой: приобретение способности к сверхсоз­нанию, обретение всеобъединяющего видения мира; переход в сияю­щий поток бытия-сознания, выход в четвертое измерение, за пределы пространства и времени, в вечность; реализация высшей полноты жиз­ни.

Примечание: ни в коем случае не следует ставить самому какие-либо непроверенные эксперименты с Сахасрарой; единственный, кто может дать какие-нибудь рекомендации по этому вопросу, — это ваш Гуру (!).

Кроме того, для каждой чакры существует свое специальное изо­бражение — графический аналог. Применительно к основным центрам они имеют следующий вид [111]:

МУЛАДХАРА-ЧАКРА. Изображается как светло-желтый круг, в котором помещен ярко-желтый излучающий свет квадрат. В квадрате находится огненно-красный излучающий свет треугольник. В треу­гольнике расположено цилиндрическое тело цвета морской волны, один край которого закруглен. На цилиндре в 3,5 оборота накручена белая нить-спираль. Она символизирует скрытую энергию Кундалини. По кругу расположены 4 темно-красных лепестка (рис. 7).

СВАДИСТХАНА-ЧАКРА. Изображается в виде светло-желтого круга, в который помещен блестящий серебряный полумесяц. По кругу расположены 6 красных лепестков (рис. 8).

МАНИПУРА-ЧАКРА. Изображается в виде светло-желтого кру­га, в котором находится кроваво-красный треугольник. Снаружи по кругу располагаются 10 черных лепестков (рис. 9).

АНАХАТА-ЧАКРА. Изображается в виде светло-желтого круга, в который помещена шестиугольная звезда сизо-синего цвета. Круг ок­ружён 12 лепестками кирпично-красного цвета (рис. 10).

ВИШУДХА-ЧАКРА. Изображается в виде серого круга, окружен­ного 16 лепестками цвета индиго. В круге помещен белый треугольник, а в треугольнике — другой серый круг (рис. 11).

АДЖНА-ЧАКРА. Изображается в виде светло-желтого круга, ок­руженного синим кольцом и двумя лепестками светло-синего цвета. В круг помещен белый треугольник (рис. 12).

Другая важная составляющая астрального тела — НАДИ, т. е. внутренние биоэнергетические каналы в тонком теле (Сукшма-шарире), по которым циркулирует Прана, а точнее — Сукшма-прана. Санскритское обозначение каналов тонкой биофизической энергии происходит от корня "над", что означает "дыхание"; эти каналы — те же, что широко известны в китайских системах управления внутрен­ними энергетическими потоками ("ци-гун", "до-ин"). В "Шива-сам-хите" говорится о 350 000 нади [106], в других источниках говорится о разном количестве — о 720 000 до 350 000 каналов, хотя, если учитывать тончайшие соединения, т.е. третьестепенные по значимости, их будет намного больше. В китайских, японских и вьетнамских оздоровительных системах и школах восточных единоборств используются главным обра­зом знания о 12 крупных ветвях-меридианах [33; 56; 144], в индийской йоге основное внимание уделяется только 3 крупным каналам, с которы­ми работают мастера высоких уровней. Это — Сушумна, Пингала и Ида.


Рис. 13 Передняя и задняя ветви Сушумны [по С. М. Неаполитанскому].

 

СУШУМНА-НАДИ (или просто СУШУМНА) — крупный био­энергетический канал, соответствующий на физическом плане спин­номозговому, который проходит внутри позвоночника вдоль цереброс­пинальной оси (Меруданды). Сушумна, иногда обозначаемая в русско­язычных источниках как Шушумна, начинается из Муладхара-чакры и заканчивается вверху в Сахасрара-чакре. Она имеет красный цвет, подобно Агни (Огню). Внутри Сушумны имеется более тонкий ка­нал — Ваджра-нади, сияющий, как Солнце и несущий в себе свойства Раджас-гуны. Внутри той нади, в свою очередь, проходит саттвичная Читра-нади бледно-палевого цвета, в астрологическом плане соответ­ствующая Луне. Наконец, внутри Читры проходит Брахма-нади, по которой Кундалини поднимается вверх от Муладхары к Сахасраре; в Брахма-нади находятся центры всех основных чакр. Нижнее оконча­ние Брахма-нади называется Брахма-двар, или "врата Брахмана". У обычного человека проход в Сушумну закрыт; практика йоги ведет к открытию этого прохода благодаря очищению его от разного рода аст­ральных нечистот.

В центре головы Сушумна-нади разветвляется на две ветви — пере­днюю и заднюю. Передняя ветвь (см. рис. 13) идет до Аджна-чакры и продолжается до Сахасрары; вторая ветвь — задняя — проходит вдоль затылочной части черепа, через "четвертый глаз" (мелкое отверстие на затылке, соответствующее "затылочному родничку" у новорожденного; через месяцев 6 после рождения этот "родничок" зарастает). Передняя ветвь черепной части Сушумны связана главным образом с биоэнергети­ческим обменом, задняя — информационный канал.

 


Рис. 7 Муладхара-чакра

 


Рис. 8 Свадистхана-чакра

 


Рис. 9 Манипура-чакра


Рис. 10 Анахата-чакра

 

 


Рис. 11 Вишудха-чакра

 


Рис. 12 Аджна-чакра

ПИНГАЛА-НАДИ представляет собой (см. рис. 5) правый аст­ральный проток. Это — обитель разрушающей энергии, исполненная мужской силы (Ян). Пингала начинает свое течение от правой ноздри; спускаясь вниз, она несколько раз переплетается с Сушумной и заканчивается в области правой половой железы. Ее конечная точка — так называемая Мукта-Тривени (или Канда — промежность на физиче­ском плане) — совпадает с нижней точкой истечения двух других ка­налов, т. е. Сушумны и Иды. Пингала имеет ярко-красный цвет, соот­ветствует Солнцу; ее также называют Суранья-нади. Она поднимает температуру тела, ответственна за контроль усвоения пищи. Дыхание через правую ноздрю рекомендуется при физических, нервно-психи­ческих и интеллектуальных перегрузках.

ИДА-НАДИ — левый астральный канал, соответствующий жен­ской энергии (Инь). Он начинается от Мукта-Тривени, поднимаясь вверх, несколько раз пересекается с Сушумной и Пингалой и, наконец, доходит до центра головы (рис. 5). В физическом плане Ида начинается вверху от левой ноздри. Она — бледного цвета, соответствует Луне (ее другое название — Чантра-нади), понижает температуру тела.

Пингала и Ида подчинены временным зависимостям, Сушумна же существует вне временных изменений. Некоторые йоги, задерживая всю Праву в Сушумне, несколько раз отодвигали время смерти. Перед смертью у всех людей работают обе ноздри, т. е. Ида и Пингала одно­временно; контролируя этот процесс, можно существенно увеличить продолжительность жизни [106].

Приверженцы Свара-йоги заставляют работать вседневное время суток Иду, а ночью — Пингалу. Это гармонизирует астральное тело, т. к. в ночное тамасичное время поток солнечной энергии резко ослаб­ляется. Такая практика приводит к увеличению продолжительности жизни. Кроме того, продвинутые йоги в жару стимулируют Иду, а в холод — Пингалу [106; 131 ].

Существуют разные методы смены типа дыхания, т. е. изменения тока Праны. Наиболее простой состоит в следующем. Лечь на левый бок, и через 10—15 минут такого лежания поток Праны будет течь через Пингалу. Для активизации Иды следует полежать на правом боку. Другой способ состоит в том, чтобы просто зажать пальцами правую или левую ноздрю, перекрыв таким образом поток Праны и заставив его смениться на противоположный. Автоматическая регуля­ция смены типа дыхания происходит каждые 2 часа [131 ]. Так или иначе, хороших результатов в контролировании токов Праны можно достичь только под руководством Гуру.

3.5. Макрокосм и микрокосм

Одно из основных положений теории йоги и других восточных учений состоит в соответствии структуры и свойств человека структуре и свойствам Вселенной. Это положение может быть охарактеризовано формулой: "все, что есть во Вселенной, существует и в человеке", и в ней пересекаются, в частности, йога и тибетский тантризм, теория боевых искусств (шаолиньская школа, кэмпо, у-шу) и китайские си­стемы иглорефлексотерапии, динамическая йога шиваитов и до-ин. Теорию соответствия микрокосма макрокосму, т. е. мира человека миру Вселенной, таким образом, следует рассматривать как рудимент древних эзотерических знаний, осколки которых зачастую разбросаны по разным народам и континентам в современную эпоху. Восстановить эту концепцию в полном объеме пока не представляется возможным, и мы остановимся только на отдельных, самых характерных чертах этой части учения Востока.

Свами Шивананда указывает [131 ]: "Человек подобен Космосу: что есть в Космосе, существует и в нем. Центр тела человека лежит в середине спинного мозга. Тело и ноги ниже центра составляют семь нижних миров, поддерживаемых Шакти, или силами Вселенной. Свер­ху находится семь лок..,которые выражают себя и дают плоды Кармы в виде определенных рождений. Этим локам (планам, областям, ми­рам — Ю. К.) — Бхув, Бхувах, Свах, Тала, Нана, Маха и Сатья — соответствуют семь центров; пять в туловище, шестой — в нижней части области мозга, а седьмой — в мозге, или Сатьялоке, — вмести­лище Верховной Шива-Шакти. Там находятся главные центры, такие как Манас, Лалана и Сома Чакры. Однако седьмая область выше них... Человек как микрокосмос — это всеохватывающая душа, когда полно­стью проявляется в Сахасраре. Связанная Шакти в виде разума и материи находится в пяти нервных центрах тела, им соответствуют пять чакр. Ида и Пингала — два потока — связываются между собой в солнечном сплетении. В основании спинного мозга находится Брахма-Двара, или Врата Брахмана. Агни соединяется с Сушумной тройной точкой — Тривени. Эта точка является началом симпатической систе­мы.". Таким образом, основная идея теории соответствия макро- и микрокосма заключается не в том, что человек вмещает в себя всю Вселенную, так как это невозможно, а в том, что каждому миру, плану, области или отдельной части Космоса соответствует вполне определен­ная часть человека, т. е. комплекса души и тела. Астральные (тонко­материальные) планы Вселенной отражаются в соответствующих им планах Сукшма-шариры человека, грубоматериальные элементы Все­ленной также проявляют себя в грубоматериальном теле человека.

Эти соотношения между макро- и микрокосмом проявляются, сле­довательно, двояким образом. С одной стороны, ряд структур человека рассматривается в этой теории как ЧАСТИ различных миров, планов или областей Вселенной. Так, физическое, эфирное, астральное, мен­тальное, каузальное, буддхическое и атмическое тела (оболочки) че­ловека по частотам своих вибраций соответствуют различным мирам Вселенной, включая так называемый "мир Брахмы", или Нирвану, частью которого является атмическое тело. Поэтому, на языке теории соответствия макро- и микрокосма, цель ортодоксальной йоги состоит в "возвращении" атмического тела его изначальной "родине", т. е. воссоединении его с Нирваной. Наоборот, культивирование плотских желаний, аморальные качества ведут к деградации высших оболочек человека и в итоге толкают его после смерти на путь к адовым мирам с их низкими вибрациями. Так или иначе, именно распад оболочек че­ловека и их различная судьба после смерти, которая неоднократно четко прослеживалась высокоразвитыми сенситивами [см. 22; 146; 150] дают основания сделать такой вывод. Другой элементарный и известный даже на Западе пример — распад физического тела на со­ставные элементы и круговорот их в природе биосферы. Таким обра­зом, человек представляет собой сложный конгломерат частей из раз­личных планов и областей Вселенной, которые после смерти "возвра­щаются" в их исконные обители.

Практически все религиозно-философские учения Востока, а так­же эзотерические доктрины Запада содержат представления о пяти "грубых" элементах, или первоэлементах. При этом в разных систе­мах называется разное количество таких субстанций, и они иногда по-разному обозначаются. Однако цель лечебной или оздоровительной (профилактической) практики везде одна — благодаря контролю над этими "первоэлементами" добиться крепкого здоровья, гармонии тела и души. Так, в индийской йоге контроль над пятью грубыми элемента­ми может быть достигнут практикой Дхараны над соответствующими местами их размещения в теле: земля — от ступней до колен; вода — от колен до пупка; огонь — от пупка до горла; воздух — от горла до Аджна-чакры; эфир — от Аджна-чакры до Брахмарандры (чакр в цен­тре головы между Трикутой и Сахасрарой) [131 ].

Особую значимость теория "первоэлементов" и их взаимовлия­ний-связей получила в учениях древнего Китая. Прежде всего, это — концепция у-син (т. е. "пяти стихий"). Она сводится к следующим пред­ставлениям [33; 56 ]. Печень и сердце соответствуют "дереву", сердце и тонкая кишка — "огню", селезенка и желудок — "земле", легкие и тол­стая кишка — "металлу", почки и мочевой пузырь — "воде". Важно отметить, что китайские обозначения органов типа "сердце", "легкие" и т. д. нетождественны западным. Так, под "печенью" понимается не только сама печень, но и вся система протоков, с нею связанная. Аналогич­но "легкие" — это не только легкие, но и вся система дыхательных путей.

Далее, все процессы во Вселенной подразделяются на две большие категории: продуктивные (связанные с функциональной помощью той или иной системе органов) и деструктивные (означающие угнетение функций). Первая группа характеризуется правилом: "вода" способ­ствует росту "дерева", "дерево" может произвести "огонь", "огонь" дает "землю" (пепел), "земля" дает "металл", "металл" может пре­вращаться в жидкость ("вода"). Наоборот, деструктивные процессы описываются следующей формулой: "вода" гасит "огонь", "огонь" размягчает "металл", "металл" режет "дерево", "земля" поглощает "воду". Первоэлементы "металл" и "вода" отнесены к ИНЬ, "дерево" и "огонь" — к ЯН; первоэлемент "земля" образует поворотную точку между ИНЬ и ЯН [33].

Эти соотношения, вобравшие в себя в синтетической форме огром­ный по длительности и объему эмпирический материал, с успехом используются на практике в восточных методах врачевания, например в знаменитом иглоукалывании. Эти воззрения, на которых построена теория медицинской науки Китая, Вьетнама и других районов Юго-Во­сточной Азии, дополняются, впрочем, и другими правилами, которые здесь ввиду их частного характера не рассматриваются [см. 33; 144 ].

Элементу "дерево" ставятся в соответствие: весна, ветер, рожде­ние, зеленый цвет, кислый вкус, гнев; "огню" — лето, жара, наиболь­шее развитие, красный цвет, горький вкус, радость; "земле" — конец лета, влажность, изменение, желтый цвет, сладкий вкус, размышле­ние; "металлу" — осень, сухость, увядание, белый цвет, острый вкус, тоска; "воде" — зима, холод, исчезновение, черный цвет, соленый вкус, страх [33; 145 ]. Триграммы, из которых составляются гексаграм­мы знаменитой "И-Цзин" ("Книги перемен") древнего Китая, имели сходную символику [111]:

Западный человек неизбежно запутается во всей этой символике огромного числа соответствий органов, "стихий", сторон света, расте­ний и животных, звезд и планет (см. ниже), тогда как на Востоке к ним приучены с детства, начиная с участия в многочисленных религиозных церемониях и ритуалах.

С другой стороны, и это будет составлять второй тип соответствий в теории подобия макро- и микрокосма, различные структуры человека испытываютвлияние тех или иных космических структур. Так, Пин-гала соответствует Солнцу, а Ида — Луне, ввиду того, что они нахо­дятся под непосредственным воздействием энергий этих планет. Об­суждавшиеся выше (см. раздел 3.4) "оболочки" человека тоже испы­тывают влияние: физическое тело и его эфирный двойник подпадают под влияние Луны и Сатурна, астральное и буддхическое — Венеры и Марса, ментальное и каузальное — Меркурия и Юпитера, а атмичес-кое тело находится под влиянием Солнца и Сатурна. Кроме того, физическое тело и его двойник соответствуют (испытывая их влияние) Козерогу и Раку; астральное тело — Тельцу и Скорпиону; ментальное тело — Деве и Рыбам; каузальное тело — Близнецам и Стрельцу; буддхическое тело — Весам и Овну; атмическое тело — Водолею и Льву [Ливан ]. Более того, каждый орган "грубого тела" испытывает влияние тех или иных созвездий и планет, согласно древней эзотери­ческой астрологии. Эти воззрения могут быть суммированы следую­щим образом [114]. В зодиакальном управлении человеческого тела выделяют три аспекта: внешнее управление, относящееся к наружным частям и органам, внутреннее — относящееся к витальным органам, а также — структурное управление, которое относится к структуре или скелету. Эти воздействия отражаются схемой:

1. Внешнее управление

o        Овен — голова, лицо;

o        Телец — шея, глотка;

o        Близнецы — плечи;

o        Рак — грудные железы, грудная клетка, эпигастрий;

o        Лев — позвоночный столб, спина;

o        Дева — абдоминальные и тазовые области;

o        Весы — поясничная область и кожа;

o        Скорпион — мочеполовые органы и анус;

o        Стрелец — бедра и поясница;

o        Козерог — колени и ягодицы;

o        Водолей — ноги и лодыжки;

o        Рыбы — ступни и большой палец;

2. Внутреннее управление

o        Овен — мозг;

o        Телец — пищевод, глотка, мозжечок;

o        Близнецы — легкие, дыхание, кровь;

o        Рак — желудок и органы пищеварения;

o        Лев — сердце;

o        Дева — толстые и тонкие кишки;

o        Весы — легкие;

o        Скорпион — органы воспроизведения и мочевой пузырь;

o        Стрелец — артериальная система, нервы;

o        Козерог — кости, связки;

o        Водолей — кровь и циркуляция;

o        Рыбы — лимфатическая система;

3. Структурное управление

o        Овен — кости черепа и лица;

o        Телец — кости шеи;

o        Близнецы — плечи, ключицы, кости рук и ног;

o        Рак — грудина, ребра;

o        Лев — позвоночник;

o        Дева — часть позвоночника;

o        Весы — кости поясничной области;

o        Скорпион — кости таза;

o        Стрелец — кости бедер и поясницы;

o        Козерог — коленная чашечка и связки;

o        Водолей — кости голени и лодыжки;

o        Рыбы — кости стопы и пальцев.

Стихия "огня", согласно системе Рафаэля [114], соответствует голове и лицу, сердцу, пояснице и бедрам; элемент "земля" — глотке, кишкам, коленям и коже; "воздух" — легким, дыханию, почкам, кро­ви; "вода" — желудку, выделительной системе, ступням. Кроме того, "огонь" соответствует трем знакам — Овну, Льву и Стрельцу; "воз­дух" — Близнецам, Весам и Водолею; "земля" — Тельцу, Деве и Ко­зерогу; "вода" — Раку, Скорпиону и Рыбам [3; 114; 175 ]. Управление телом и отдельными органами, следовательно, необходимо приурочить к благоприятному в астрологическом отношении времени, учесть ха­рактер влияния (каждый нечетный из 12 знаков оказывает положи­тельное воздействие, четный — отрицательное) и особенности време­ни рождения. Астрология — точная, но сложная наука, освоение кото­рой требует как минимум несколько лет. Однако она не противоречит практике йоги или другим духовно-оздоровительным и философско-религиозным системам, а лишь дополняет их, что позволяет в ряде случаев усиливать эффект от практики медитации или других упраж­нений в несколько раз.

Большинство из перечисленных соответствий сейчас не могут быть описаны в точных терминах западной науки, их формализация воз­можна, пожалуй, лишь в терминах таких самостоятельных знаково-информационных систем, как, например, буддийская логика. Однако идея принципа "большое отражается в малом" имеет огромное мето­дологическое значение, и, надо полагать, детальное научное изучение астрологических соответствий и влияний планет найдут свое объясне­ние. Тогда представится возможность использовать все эти соответст­вия в медицинских целях, если к тому времени, конечно, она не пере­шагнет на другой, качественно более высокий уровень.

Согласно же теории йоги и других религиозно-философских си­стем существует и обратная связь таких соответствий — от "малого к большому", т. е. работа с одним органом или "оболочкой" — телом вызывает адекватные воздействия и на макроструктуру. Например, работая с атмическим телом путем особой духовной практики, устрем­ляясь к Нирване, человек сам оказывает воздействие на тонкие суб­станции вселенной. Это, например, отражается в создании целой си­стемы духовных оболочек вокруг Земли [см. 109].

Очищая и развивая свои духовные тела, люди становятся мощным преобразующим фактором по отношению к ауре и духовному климату всей планеты [109; 146] (!).

Подобное обратное воздействие от микро- к макрокосму отражено, на наш взгляд, и в следующем отрывке [130: с. 25 ]:

"Все великое малого только комплекс,
А что мелко — зародыш большого.
Все, чему человек поклоняться привык,
То в мельчайшем имеет основу:
Каждый храм из мельчайших фрагментов велик."

То же относится и к Карме человека: как неоднократно говорил Свами Вивекананда [129], одно большое дело слагается из тысячи малых, и невозможно сделать ничего значительного, не посвятив ему мельчайших частиц кропотливого труда.

3.6. Психофизиологические аспекты медитации

В настоящее время резко возрос научный интерес к исследованию восточных оздоровительных систем, включая и разностороннее иссле­дование явлений, связанных с медитацией. Последнее в наибольшей

степени стимулируется такими малообъяснимыми пока явлениями, как ясновидение, левитация, телекинез и др., долгое время рассматри­вавшимися как "аномальные явления психики". В определенной сте­пени это обусловлено и неудачами традиционных подходов западной медицины к целому спектру заболеваний.

Однако следует признать, что феномены, связанные со способно­стью хатха-йогов, изучены в значительно большем объеме [см. 30; 168 ], чем свойства Раджа-йоги. Так, например, было установлено, что систематическая практика физических упражнений йоги повышает защитные функции крови, и человек становится менее уязвимым для простудных и других заболеваний. Повышается выносливость, физи­ческая сила, гибкость и ловкость; предотвращается преждевременное старение, и тело остается молодым в среднем и даже пожилом (по нашим представлениям) возрасте [30; 156 ]. Шестидесятилетние хат-ха-йоги зачастую выглядят на 20—35 лет, и это—далеко не предел их возможностей, поскольку продолжительность жизни йогов может дос­тигать 190 и даже, по неофициальным данным, нескольких сотен лет [напр., 111].

Большинство феноменов Хатха-йоги, связанных со способностью изолироваться от окружающей среды и долгое время находиться зако­панным в яме или погруженным в воду, обусловлены умением резко замедлять сердечную деятельность, впадая в состояние, которое наша наука считает близким к анабиозу [2; 73 ].

Даже поверхностный анализ йоги и других восточных систем по­зволяет сделать вывод о четкой обоснованности и взаимной согласован­ности всех этапов практики (факт — малообъяснимый с позиций со­временной западной медицины!).

Предшествующие медитации дыхательные упражнения (праная-мы) основаны на двух важных принципах [41]:

1. ритмы дыхания и сердцебиения человека представляют собой "биологические часы", определяющие скорость всех жизненных про­цессов и общую продолжительность жизни; эти ритмы модулируют работу многих органов и систем;

2. дыхание с частотой более 100 в минуту (специальное упражне­ние "Бхастрика", т. е. "кузнечные меха") ведет к сердечно-сосудистой синхронизации, которая усиливается при суженном отверстии вдоха или при повышенной сопротивляемости выдоху; при редком дыхании (4—6 в мин., как в Кевали, или полной задержке — Кумбхаке) наблю­дается резонансное усиление "волн" частоты сердцебиения и "волн" артериального давления; при редком дыхании экономятся также энер­гозатраты на поддержание жизнедеятельности организма, резко тормозится биологический возраст, причем без кислородного голодания тканей, поскольку такая сердечно-сосудистая синхронизация сопро­вождается усилением эффективности использования кислорода.

Расслабление как этап подготовки к медитации всегда сопровож­дается снижением артериального давления [см. 2; 30; 73 ], что очень важно для гипертоников (!).

Таким образом, можно сделать вывод, что предшествующие самой медитации фазы — установление контроля за дыханием и расслабление — призваны синхронизировать сердечную деятельность с дыхательными движениями, уменьшить частоту пульса и постепенно свести к минимуму деятельность физического тела. Тем самым все энергетические расходы на поддержание физической деятельности, на "павловские рефлексы" сводятся к минимуму (но отвечающему принципу достаточности!), и весь энергетический потенциал организма может быть "переключен" на пси­хические и умственные процессы. Но подготовка к медитации на этом не заканчивается: на следующем этапе энергетический потенциал попол­няется за счет Пратьяхары — отключения чувств от второстепенных объектов. В конечном итоге создается огромный избыток энергии, ко­торый переключается при концентрации (Дхаране) на объект медита­ции.

Таково чисто физиологическое объяснение в общих чертах процес­са вхождения человека в состояние медитации. Однако есть основания предполагать, что "избыток" энергетических ресурсов на этом не ог­раничивается, и в организм поступает тонкоматериальная энергия из Космоса. Этот поток обусловлен, очевидно, исключительно молитвен­ной практикой, и он прямо пропорционален искренности и силе молит­вы верующего (в общем случае — силе устремленности духа человека ко всему высшему, бесконечному, Божественному).

Кроме того, было обнаружено [169], что дыхание одной ноздрей влияет на познавательнее процессы: у мужчин серия предложенных пространственных заданий выполнялись лучше при правостороннем дыхании и несколько хуже — при левостороннем, у женщин — наобо­рот. Для вербальных (устных, словесных) заданий картина была об­ратной: правостороннее дыхание несколько ухудшало их выполнение по сравнению с обычным дыханием через обе ноздри. По результатам этих экспериментов были предположены два возможных механизма эффекта одностороннего дыхания: 1) происходит активизация соответст­вующих полушарии мозга; 2) необходимость человека контролировать на подсознательном уровне дыхание связана с интенсивностью познаватель­ных процессов.

Есть также основания предполагать, что некоторые исходные уп­ражнения в медитации (например, над некоторыми цветными изобра­жениями — янтрами) служат той же цели — подготовлению человека к более высоким восприятиям и созданию кратковременного избытка энергии, который затем полностью используется в стадии Самадхи (экстаза, озарения). Так, еще в сериях опытов В. М. Бехтерева [13] был установлен ряд интересных для нас фактов. Например, было вы­яснено, что музыкальный тон квинта-большая (ля-ми) ведет к суще­ственному увеличению выносливости атлетов, поднимающих груз; на­оборот, звучание малой квинты (ля-ми бемоль) снижало мускульную активность. Далее, красный, оранжевый и желтый цвета возбуждали, холодные и особенно темные тона, наоборот, успокаивали и подавляли психику и мышечный тонус. На мускульную силу влияли также рас­становка пауз отдыха, последовательность музыкальных тонов, чере­дование цветовых и световых воздействий. Из этого можно сделать косвенный вывод о том, что древние буддийские, индуистские и другие молитвенно-религиозные ритуалы были глубоко обоснованы и эмпи­рическим путем отшлифованы за долгую историю так, чтобы вызвать максимальный эффект стимуляции чувств и медитативных прозрений всех верующих, которые участвовали в таких церемониях.

Из приводимых данных становится понятным, почему в меди­тативных йогах созерцанию всегда предшествует подготовительный этап, когда занимающийся "устанавливает" дыхание, расслабляется, снова проверяет ритм дыхания, пока не достигнет нужного уровня расслабления и не станет способен к глубокому сосредоточению.

Однако в самой интерпретации процессов, которые происходят с человеком в состоянии глубокой медитации, остается пока больше неясного, чем известного, с позиций современной науки. Поэтому для постановки научно-исследовательских задач на первом этапе необхо­димы системный анализ и формализация основных постулатов.

Исходной посылкой здесь является то обстоятельство, что чело­век — не замкнутая, а открытая биологическая система, способная входить в резонансные колебания с космическими ритмами [63; 93 ]. А. В. Мартынов, исходя из позиций системного анализа, пишет [93: с. 72 ]: "Человек является колоссальным детектором, считывающим, как элементарный жидкий кристалл, всю голограмму пространствен­но-временных вибраций, содержащихся в информационном поле, в зависимости от уровня своего интеллекта и своей духовности и в соответ­ствии со своей личной способностью настраиваться... Телепатия подразу­мевает острую настройку на другого—или сознательную в случае опыта, или бессознательную в случаях мать — ребенок, пара влюбленных и т. п. В случае лозоискательства требуется настройка на предмет по­иска: лоза при этом служит просто индикатором считывания требуемой информации, использующим неосознанную идеомоторную реакцию руки." Вероятно, целая группа явлений, которая связана с ясновиде­нием и другими эффектами сверхчувственного, базируется на общем фундаменте.

Исходя из этих представлений, медитация позволяет человеку настроиться по отношению к информационному полю через интуитив­ный канал, который есть у каждого человека. Систематические трени­ровки резко расширяют возможности получения информации через такой канал. В этом, по-видимому, и заключен смысл одного из указа­ний йоги [см. 106; 131 ], что у "обычных" людей вход в центральную нади — Сушумну — закрыт, и лишь тренировки могут заставить этот канал функционировать.

Рассматривая "настройку" человека на астральные "копии" [см. 112], которые имеет каждый объект, будь то в прошлом, настоящем или будущем, можно выделить не один [93 ], а несколько уровней синхронизации вибра­ций субъекта и объекта. Относительно источника этой синхронизации вне человека, т. е. Космоса, можно выделить влияния Солнца, Луны и других основных планет (что, собственно, и подразумевается в любой астрологи­ческой школе); они обусловливают макро- и микровитки спирали всего развития человека или особенности его настройки в период "сеанса". Применительно к самому человеку, такая настройка может осуществ­ляться на нескольких уровнях, которые, очевидно, связаны с тем те­лом — астральным, ментальным, каузальным и буддическим, — на котором медитирующий может "работать". Так, ментальное тело у многих людей недостаточно развито, но оно может усиливаться в ходе систематических занятий; то же относится и к другим планам челове­ка, что в итоге дает разное, но все увеличивающееся по мере трениро­вок "качество" видений экстрасенса.

Другой механизм имеет место при йогическом самопогружении "в себя". Этот вид медитации, который приводит, согласно схеме Патан-джали [см. 10 ], к Кайвалье, вызывает перевод человеческого организ­ма из состояния открытой системы в закрытую. Поэтому не случаен перевод термина "Кайвалья" — "изоляция, отрешенность". В этом состоянии йог не реагирует (как показывают датчики специальных приборов) на внезапные вспышки яркого света, резкие звуки или за­пахи. Это умение погружаться в состояние Кайвальи было выработано еще во времена ведийской йоги.

В "Шветашватара-упанишаде" (3: 18) [22: с. 278] описываются так называемые "девять врат" человека: "Верховная божественная личность, обитающая в теле живого существа, управляет всеми живы­ми существами во всей Вселенной. Тело имеет девять врат: два глаза, две ноздри, два уха, рот, анус и гениталии. Живое существо в обуслов­ленном состоянии отождествляет себя со своим телом, но когда оно отождествляет себя с Господом, присутствующим в нем самом, оно становится таким же свободным, как и сам Господь, даже оставаясь в теле.". Практика ведийской йоги предписывала закрыть все эти "вра­та", отключиться от них, чтобы душа могла беспрепятственно слиться с Божеством. Одним из таких элементов древней йоги является знаме­нитая Кхечари-мудра, когда йог закрывает ротовое отверстие и дыха­тельные пути специально подрезанным для того в основании языком [см. 15; 128].

И в том и в другом типе практики медитация, исходя из общих позиций, основана на самопрограммировании человека. Эти исходные установки определяют все последующие особенности поведения йоги-на, а систематически повторяясь, подобные навыки укрепляются и дают переходы от количественных изменений в качественные, т. е.. в итоге — выход на новые уровни мастерства.

То же можно сказать, в более расширенном понимании, примени­тельно к группе медитативных упражнений, в которых занимающийся создает в своем воображении определенные образы. Создание челове­ком в процессе мышления внутренних образов может иметь важную программирующую функцию по отношению к его поведению или осо­бенностям психофизиологических процессов [38; 80]. Еще В. М. Бех­терев уподоблял эмоции человека внутренним энергетическим стиму­ляторам [13]. Это программирующее значение внутренних образов требует, чтобы человек периодически активно и целенаправленно со­средоточивал свое внимание на соответствующем образе, стараясь вос­принимать его как объективную реальность.

Процесс самопрограммирования психики позволяет решать мно­жество задач: приобретать необходимые знания, вырабатывать новые навыки и привычки, повышать уровень самосознания и его регулирующее влияние на поведение и деятельность. Эффективность этого процесса значительно повышается, если ускорить процесс изменения представле­ний о себе, так чтобы они несколько опережали реальные изменения [38 ]. Примером здесь может быть воспитание навыков экстрасенса: для приоб­ретения способностей ясновидения, целительства и т. д. необходимо по 5—10 раз в день внушать себе, что такие способности есть [см. 63 ].

Другая гипотеза здесь связана с Самадхи. Так, В. И. Корнев [78: с. 17 ] пишет: "Мозг защищает себя от информативных перегрузок, вызывающих стрессы. Поэтому чем выше социализация индивидуума, его устремлен­ность к общепринятым ценностям, тем менее он восприимчив к космиче­скому сознанию, и наоборот. В свою очередь, характер озарения непосред­ственно связан с объемом хранящейся в мозгу информации: при небольшом количестве информации озарение носит интуитивный, неосознанный ха­рактер, при значительном (целевом) — осознанный, творческий характер. Можно допустить, что космический поток воздействует и на генную клави­атуру.". Таким образом, озарение связано со структурной перестройкой хранящейся в человеке информации.

Далее, анализируя практику пробуждения Кундалини в другой серии упражнений йоги, можно предположить, что помимо энергети­ческих преобразований в организме, ставятся под контроль и распро­страняющиеся вдоль спинного мозга потенциалы действия, происходя­щие обычно произвольным образом. В итоге нормальные реакции по адаптации человека к экстремальным воздействиям внешней среды не только получают дополнительный уровень регуляции, который исклю­чает возникновение любых психических расстройств (в чем обычно, наоборот, обвиняют йогу), но, кроме того, занимающийся приобретает способность входить в процессе такого адаптивного процесса в резонан­сные колебания с другими внутренними и внешними факторами, что усиливает адаптивные реакции. Вероятно, что здесь также имеет место регуляция знаков полярности электростатической составляющей био­поля человека, как, например, в одном из специальных упражнений (см. раздел 6.21).

Все эти гипотезы требуют, однако, дальнейшего серьезного изуче­ния с помощью новейшего медико-биологического оборудования. Йога предоставляет здесь огромное поле для дальнейшей деятельности уче­ных.

Глава 4. САМАДХИ И ДУХОВНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

4.1. Самадхи

Самадхи — последняя и высшая фаза восьмиступенчатой лест­ницы йоганг (средств достижения). Это слово, многозначное как и большинство других восточных терминов, переводится одновремен­но как "озарение, прозрение, экстаз, транс, высшее духовное озаре­ние, сверхсознание". Самадхи — конечный результат любой пра­вильно осуществленной медитации, но может произойти и спонтан­ным образом, будучи следствием незаметных, постепенных внут­ренних изменений или каких-либо необычных для нашего сознания внешних воздействий (отдельных людей, стечения обстоятельств, аномальных социальных или природных явлений).

В современной психологии понятию "Самадхи" приблизительно соответствует термин "видоизмененные состояния психики" ( altered states of consciousness — ASC ), в который, впрочем, включаются и некоторые другие смысловые оттенки, например гипноз или даже па­тологические психические процессы. Спонтанное возникновение Са­мадхи у "обыкновенных" людей зачастую связано с тяжелыми для души переживаниями, критическими жизненными периодами, вне­запными душевными травмами и т. п., являясь тем самым защитной реакцией психики, направленной против этих стрессовых факторов. Вспомним, например, Пьера Безухова в известном романе Л. Н. Тол­стого "Война и мир": находясь в плену, будучи свидетелем гибели Платона Каратаева, он внезапно понял, что душа действительно бес­смертна, как и сказано в Писании. Это внезапное прозрение вызвало у него безудержный, явно патологический, смех: действительно, как можно убить его бессмертную душу (!). Если такие ситуации, которые влекут возникновение спонтанного озарения, не были подготовлены определенным физическим и психологическим развитием человека, то наиболее вероятное их завершение — психическое расстройство. Об этом свидетельствуют многочисленные данные психиатрической прак­тики.

Другое дело, если человек сознательно тренирует себя в том на­правлении, чтобы испытывать состояния психического транса регуляр­но. Этот путь подразумевается и реализуется йогой. "Йога есть Самад-хи", — гласит известный афоризм, приписываемый Махариши Вьясе (легендарному автору книг "Махабхараты") [77 ]. Главное отличие йогического Самадхи — его управляемость или, при спонтанном про­явлении, которое также может иметь место, — отсутствие негативных последствий.

В древнем трактате "Куларнава-тантра" сказано: "Самадхи есть вид созерцания, в котором нет ни "здесь" ни "там"; это озарение, спокойное как океан, это сама Пустота", а также — "Йог, пребываю­щий в Самадхи, не воспринимает запахов и вкусов, прикосновений, форм, звуков, он не отличает себя от других..., не подвержен воздейст­вию времени, не затрагивается любым действием и ничему не подвла­стен" [77 ]. "Как соль, растворенная в воде, становится единой с ней, также и Самадхи есть то, когда Атман (имеется в виду Параматма, т. е. Высший Разум — Ю. К.) и разум становятся едиными. Когда Права становится истощенной (безжизненной), а ум — поглощенным, когда они становятся равными, то есть Самадхи. Это равенство собственного и высшего "Я", когда все Самкальпы (скрытые впечатления — Ю. К. )перестают существовать, — есть Самадхи," — сказано в другом древ­нем трактате [см. 15 ]. Эти положения близки к следующему отрывку из "Даттатрейа-самхиты" [см. 128 ]: "Самадхи есть единое бытие ин­дивидуального (Дживатма) с наивысшим "Я" (Параматма)... Отсюда возникает просветление (Пратибха), собственные (абсолютные) слух, осязание, зрение, вкус и обоняние.".

Одно из наиболее известных проявлений Самадхи в классической Хатха-йоге состоит в способности йогов длительное время находиться заживо погребенными под землей. Своеобразный рекорд, который ус­тановил в 1841 г. йог Харидас Дас, составил 40 суток (!) [30 ]. Однако нас будут больше интересовать проявления Самадхи в медитативной йоге.

Одно из наиболее обычных внешних проявлений Самадхи в меди­тативной йоге — способность человека длительное время (например, по несколько часов, в течение 10 суток и более) сидеть в медитативной позе, будучи нечувствительным к холоду, дождю и другим внешним воздействиям; в этом состоянии нет также чувства голода и жажды, теряется представление о реальном календарном времени. Попробуем, однако, разобраться во внутренней сущности Самадхи, его глубинных свойствах.

Характер приведенных отрывков, большей частью аллегоричных или зашифрованных, объясняется, с одной стороны, эзотеричностью древней йоговской доктрины, а с другой — значительной трудностью описаний всех испытываемых переживаний в формально-логической форме, в терминах рационального знания [15; 63; 131].

В "Йога-сутре" Патанджали можно найти много отрывков, в ко­торых описывается или раскрывается смысл Самадхи. Так, например, читаем [10:3:2—3 ]: "Непрерывное течение познавания этого предме­та есть Дхьяна. Когда оно, отвергая все образы, отражает только их смысл, это Самадхи". Согласно Патанджали, существуют 2 типа Са­мадхи: Сампраджнята-самадхи (когда человек, в процессе сосредото­чения на предмете, постигает его смысл; при этом Читта отражает его образ) и Асампраджнята-самадхи (когда мыслительная субстанция совсем освобождается от каких-либо мыслей о предметах внешнего мира, не связывается ни с каким объектом, а целиком погружена в свое "Я"). Этим типам соответствуют такие понятия, как Самадхи "с семе­нем" и Самадхи, "лишенное семени" [10; 160], причем последнее состояние считается высшим. Конечная стадия Асампраджнята-самад­хи иногда называется Дхармамегха-самадхи (Дхармамегха — букв, "облако добродетели"), потому что она указывает йогинам на блажен­ство самопознания [160].

В Сампраджнята-самадхи, далее, обычно выделяют 4 стадии или, скорее, уровня, достигаемые в процессе практики йоги [128 ]:

1. САВИТАРКА-САМАДХИ ("экстаз с сомнением") — на этом уровне перед внутренним взором медитирующего начинают появлять­ся какие-то непонятные картины, видения, образы, световые вспышки, происхождение и смысл которых для созерцающего неясны;

2. ВИЧАРА-САМАДХИ ("экстаз с раздумьем") — возникающие перед взором картины становятся более сильными и адекватными для их истолкования уже в самом процессе созерцания;

3. АНАНДА-САМАДХИ ("экстаз с наслаждением") — появляет­ся огромная радость от проникновения в скрытую сущность объекта созерцания, сходная с крупным открытием ("Эврика!");

4. САСМИРА-САМАДХИ ("экстаз с самозабвением") — радость от созерцания становится доминирующим чувством, которое посте­пенно вытесняет все остальные ощущения; познав сущность объекта созерцания, йог целиком отдается радостному экстазу, перенося сознание уже целиком на свое "Я", что по сути своей означает уже первый этап Асампраджнята-самадхи.

Все эти уровни связаны с последовательным обращением созерца­теля ко все более тонким объектам [160]. Так или иначе, достигнутый уровень Самадхи укрепляется привычкой, как отмечает и сам Патан-джали [10]. Более того, возникает даже определенное чувство привы­кания и некоторая потребность (выраженная в различной степени у разных людей) в повторных возникновениях такого состояния [127 ].

В классической теории Патанджали состояние отрешенности от внешних объектов чувств, связанное с Асампраджнята-самадхи, озна­чает психологическую автономность йогина-созерцателя, его психиче­скую изолированность (Кайвалья — в санскритских терминах).

"Успех достигается быстро при наивысшей энергии. Они (Самад­хи) затем различны в зависимости от употребленных средств: легких, средних или высших. Или преданностью Ишваре," — указывает далее Патанджали [10:1:21—23]. Из этих положений ясно, что к достиже­нию состояния Самадхи ведут разные пути, включая почитание Бога (Ишвара — "Верховный Правитель"). Чем сильнее средства йоги, чем больше устремленность занимающегося, тем более сильным является проявление Самадхи. Кроме того, разный характер и направленность медитации ведут и к различному характеру проявления этого высшего состояния.

Так или иначе, для "запрограммированного" возникновения со­стояния Самадхи должны быть соблюдены следующие основные усло­вия [15; 63; 131 ]:

1. вовлечение большого количества Праны ("жизненной энер­гии" — см. раздел 3.3) за счет нисходящего или, наоборот, восходящего ее потока;

2. активизация верхних чакр (центров психической энергии — см. также раздел 3.4);

3. сведение к минимуму активности формального интеллекта (хо­тя некоторая форма сознания должна сохраняться!);

4. отсутствие посторонних неблагоприятных факторов, создаю­щих помехи ("шумы").

В практике, предусмотренной "классической" йогой, занимаю­щийся поднимает силу Кундалини (потенциальную энергию, "сверну­тую" в области кобчика) вверх по Сушумне (энергетическому каналу внутри позвоночника). Поднятая вверх Кундалини раскрывает верх­ние энергетические центры (чакры), располагающиеся в области голо­вы, делая их способными как к качественной переработке ранее восп­ринятой информации, так и к восприятию более высоких по уровню энергоинформационных потоков из Космоса. Один из таких психиче­ских центров, локализующийся в верхушке головы, — Сахасрара — связан с четырехмерным пространством. Его, согласно Ю. М. Иванову [63 ], можно представить в виде неподвижной точки, в которой время и пространство сливаются воедино. Отсюда, вероятно, и происходят многие сходные утверждения древних текстов, гласящие, что в состо­янии Самадхи воздействие времени исчезает [см. 15; 77; 128; 131; 184 ]. Выйдя в это четырехмерное пространство, можно, далее, видеть одно­временно и форму и то, что находится внутри объекта, так что проти­воречие формы и содержания здесь снимается [63 ]. С помощью рас- • крытая этого центра согласно концепциям йоги [63; 64; 128 ] человек познает суть вещей и приобретает неограниченные знания.

В. И. Корнев [78 ], анализируя концептуальные основы буддизма, рассматривает озарение как реализацию способности мозга к струк­турной перестройке хранящейся в нем информации. Хотя это, несом­ненно, должно иметь место, участие космических каналов или энерго­информационных потоков, на наш взгляд, также более чем вероятно. Об этом свидетельствуют различные объективные данные. Так, неко­торые выдающиеся духовные деятели Индии, например Рамакришна и Венткатараман Махариши, были малообразованными или вообще неграмотными, но после длительного нахождения в состоянии Самад­хи (будучи в уединении!) стали глубокими знатоками священных тек­стов. Далее, многие экстрасенсы, пережившие это состояние, могли ощущать или видеть "столб" света, нисходящий в голову человека из Космоса [93; 101; 155]. Пока такого рода явления остаются мало­объяснимыми с точки зрения современных научных концепций.

Верующие люди, находясь в порыве религиозного экстаза, иногда могут видеть святых или даже богов. Здесь можно привести многочис­ленные исторические данные, начиная от "Араньякапарвы" [98 ] до библейских пророков, включая видения апостолов в Новом Завете. В литературе средневековой Европы был даже распространен целый жанр видений, причем, как в случае библейских персонажей, та­кого рода сверхнормальные восприятия возникали спонтанным образом [166]. Такого рода явление, в частности,пережил и Эм­мануэль Сведенборг (1688—1772гг.). Как-то вечером в углу ком­наты в гостинице, где он жил, перед Сведенборгом появился сидя­щий человек, окруженный ярким сиянием, который сказал "Не ешь так много!" О. Сведенборг как раз плотно поужинал). На другую ночь он снова явился, одетый в красную мантию, и сказал: "Я Господь Бог, Творец и искупитель, и Я избрал тебя, чтобы раскрыть людям духовный смысл Священного Писания. Я сам укажу тебе, что ты будешь писать.". С тех пор Э. Сведенборг, питавший ранее едва ли не отвращение к церковным правилам и догматам, сделался ведущим теософом Европы. Он написал сочинение в 8 томах " Arcala Coelestia " ("Небесные тайны"), где, в частности, дает описание планет и их жителей, которых он посещал "в духе" [61 ].

Считается, что Веды, как и многие другие священные тексты в древней Индии, были "услышаны" людьми, находящимися в состоя­нии Самадхи [напр., 20; 77; 82; 106]. Такие же усилия пришлось приложить и Шри Ауробиндо, чтобы восстановить их утерянный тай­ный смысл: длительное самосовершенствование, которое позволило ему выйти на уровень сверхсознания, вернуться к истокам учения Вед и восстановить многие утраченные внутренние аспекты древне­го знания [см. 127 ]. Сам термин "шрути", которым в Индии обозна­чают священные тексты, означает "услышанное сверху, навеянное озарением, переданное свыше", в противоположность "смрити", т. е. "запомненному", переданному на формально-логическом уров­не [20; 82; 147].

Поскольку в терминах позитивного научного знания раскрыть состояние Самадхи сейчас маловозможно, представляется важным привести несколько описаний, которые позволят лучше уяснить ос­новные характерные свойства такого рода феноменов.

Одна из форм Самадхи описывается в работе [63 ]. Это состояние просветления, с большой долей преувеличения названное там высшей ступенью космического сознания, несколько раз пережил Даниил Ан­дреев. Ю. М. Иванов так описывает его ощущения; "Он бродил по берегу лесного ручья, затем вышел на поляну, прилег, и вдруг его тело как бы исчезло, он перестал его ощущать. Весь он превратился в ощу­щение радости, и одновременно его "Я" переместилось как бы в глубь Вселенной. Это первое просветление длилось всего несколько минут. Следующее просветление (Д. Андреев называет его видением, и делит его на три стадии: озарение, созерцание и осмысление...) наступило через несколько лет и было более длительным. "[63: с. 117]. Далее Ю. М. Иванов совершенно справедливо отмечает, что переживания просветления никогда не бывают одинаковыми у разных людей, хотя в сообщениях всех испытавших его есть общие черты. Преобладающей эмоцией обычно бывает чувство глубинной радости. Состояние это зачастую сопровождается и прояснением ума. Поток знания как бы вливается в душу человека, и он преисполняется сознанием, что содер­жит в себе абсолютное знание — знание всех вещей. Другие сопровож­дающие просветление ощущения — уверенность, что жизнь и разум наполняют собою Все, понимание вечности жизни, бесконечности, любви ко всему живому. Сходные состояния неоднократно переживал и А. М. Мартынов; в его работах много места уделяется анализу разного рода "сверхъестественных" феноменов [93; 94 ].

Аналогичное описанному состояние пережил и автор этой книги в декабре 1976 г. Проходя около 10 часов вечера вдоль набережной Невы рядом со зданием Академии наук, он почувствовал, что сознание было как бы вытеснено куда-то вниз мощной силой-волной, упругим пото­ком из Космоса, из черного декабрьского неба. Дыхание резко замед­лилось, легкие как бы сами наполнились энергией. Затем сознание, ставшее удивительно легким и ясным, вытеснялось куда-то вверх, за пределы тела. Возникло ощущение бесконечного счастья, наполненно­сти содержанием всего вокруг, даже плиты на набережной казались преисполненными смысла. Это длилось 3—5 секунд, а потом наступило ощущение огромнейшей внутренней силы. Энергия откуда-то сверху, казалось прямо из Космоса, вливалась в тело, руки и пальцы, ощуща­лась неимоверная сверхнормальная сила. Рядом прошел троллейбус и остановился в 10 метрах на остановке. Возникла четкая уверенность, что этот троллейбус со всеми пассажирами можно было поднять одной рукой. Через 2—3 минуты это состояние стало спадать, как бы свертываться, перейдя затем в обычное чувство общей прият­ной усталости, какое многие испытывают в конце дня. Примеча­тельно, что никакого ощущения собственного сверхсознания не было; такого рода всплески духовного разума стали появляться позднее — в 1980—1981 гг., уже после начала занятий йогой, и длились они, как правило, 1—2 секунды.

Другое довольно подробное описание ощущений, которые могут иметь место при наступлении состояния Самадхи, описано в романе Г. Гессе "Сиддхартха" [36: с. 101—102 ]: "Лицо его друга, Сиддхартхи, куда-то стушевалось. Вместо него он увидел перед собой другие лица, множество лиц, длинный ряд, катящийся поток из сотен, тысяч лиц. Все они проходили и исчезали, и в то же время все, казалось, сущест­вовали одновременно, все непрерывно менялись и возобновлялись и тем не менее были Сиддхартхой. Он видел перед собой голову умираю­щей рыбы — карпа с бесконечно-страдальчески открытым ртом, с уга­сающим взглядом — он видел лицо убийцы, видел, как последний вонзает нож в тело человека — и тут же видел этого преступника связанным и упавшим на колени, и рядом палача, отрубающего ему голову одним взмахом меча. Он видел тела мужчин и женщин, обна­женные, в позах и судорогах неистовой страсти — видел распростертые трупы, тихие, холодные, пустые — видел головы разных зверей: каба­нов, крокодилов, слонов, быков и птиц — видел богов: Кришну, Агни.

Все эти лица и фигуры он видел в тысячах сочетаний, то любящими и помогающими друг другу, то вновь возрождающимися. Каждое было воплощенным стремлением к смерти, было страстным, мучительным признанием бренности, и ни одно, однако, не умирало; каждое только менялось, рождалось вновь, получало новое лицо, и все это без всякого промежутка во времени между тем и другим видом. Все эти образы и лица то находились в покое, то текли, рождали друг друга, плыли куда-то и сливались вместе, а над всем этим потоком постоянно лежало что-то тонкое, бесплотное и все-таки имеющее субстанцию, словно тонкое стекло или яйцо, словно прозрачная кожа, или скорлупа, или маска из воды, и эта маска улыбалась, и этой маской было улыбающе­еся лицо Сиддхартхи, которого он, Говинда, в эту самую минуту касал­ся своими губами.".

Выход в иные измерения и планы бытия Вселенной, происходящий в Самадхи, необходимо отличать от разного рода видений и картин, часто являющихся людям во сне. Самадхи — это как бы "сон наяву", когда можно, сосредоточившись, видеть ауру человека, астральные существа, пейзажи далеких континентов и даже планет [см. 23 ]. Вооб­ще говоря, трудно провести четкую грань между обычным состоянием расширения сенситивных способностей и Самадхи, поскольку они тес­но связаны между собой. Примечательно, что такое состояние может быть достигнуто и благодаря определенному воздействию другого че­ловека. Так, мы уже рассказывали (см. раздел 1.3.4), как Цила-пандит повстречал на пути Странника, который возложил цветок на макушку его головы, и в ученика вошли все знания бодхисаттв [ 122 ]. Индийские йоги могут не только видеть прошлое и будущее совершенно незнако­мых им людей, но и ввести их в такое состояние, что те сами переживут мысленно свою дальнейшую судьбу. Один из таких случаев описан в романе Г. Гессе "Игра в бисер" [35 ]: йог посылает ученика за водой, и тот, склонившись над ручьем, видит все, что его ожидает в мирской жизни, после чего решает навсегда остаться в лесу возле Учителя. Ясновидение и телепатия, телекинез и левитация — все эти явления связаны с Самадхи, являясь их следствием, и к этим явлениям мы еще не раз вернемся.

Способность некоторых людей испытывать состояние Самадхи не раз использовалась на рубеже XIX — XX вв. оккультистами. С. Тухолка в своей работе [150] описывает следующие видения, которые видел оккультист, сосредоточившийся над ископаемой громадной улиткой, найденной в горах Нижней Австрии: "Сначала Фанег видит современ­ный сельский пейзаж. Горы, тропинки, села, поселяне, часовня на берегу озера... Затем сцена несколько раз меняется, представляя то же самое место во все отдаленные эпохи, и наконец Фанег чувствует, что он перенесен в далекое прошлое. Климат переменился, как будто всю­ду были ледники. Люди принадлежат уже не к белой, а к черной расе. Они высокого роста, с умными и благородными чертами лица. На данном месте возвышается еще не достроенный грандиозный храм, отражаясь в удивительно прозрачном небе. Вокруг громадного камня стоят двенадцать черных людей, образуя цепь. В середине их тринад­цатый, с диадемой на голове, держит одну руку на камне, а другую на плече одного из членов цепи. Вот он делает жест рукой, и камень сам собой поднимается в воздух и устанавливается на колонне строящегося храма. Затем... сцена меняется. Фанег видит внутренность колоссаль­ного храма. Молчаливая толпа, разделенная на три части, наполняет его, и каждый человек держит в руках чашу. С одного края стоит круглый алтарь, сделанный из материала с зелено-золотистым отбле­ском. На алтаре стоит большая чаша. Вокруг алтаря стоят двенадцать людей, опоясанных змеями из золота, и делают странные жесты паль­цами. Вдруг вспыхивает ослепительный свет, так что Фанег на минуту даже закрывает глаза, причем в большой чаше на алтаре и в чашах каждого присутствующего появляется змеистое пламя.".

Самый важный аспект — нетождественность состояния Самад-хи, возникающего как результат правильной концентрации и меди­тации (или, в более общем плане, как итог всей восьмичленной йоги Патаиджали) и сходное состояние, достигаемое принятием наркоти­ческих или других психотропных средств. Алкоголизм, наркотики и т. п. — все они отвергаются йогой, считаясь неистинными, противо­речащими Природе. По сути, мы имеем перевернутую пирамиду, поскольку на ложном основании выход в Самадхи ведет к сущест­венному подрыву здоровья и сил; способность к концентрации у алко­голика совершенно неразвита, а хронический алкоголизм или нарко­мания означают верную дорогу в психиатрическую больницу. В то же время египетские жрецы, не раз применявшие и магические приемы, разработали довольно подробные методики применения разного рода средств, вводящих в состояние транса, например мандрагору [171 ]. Йога тем и отличается от магии и оккультизма (в общепринятом их понимании), что учит достигать экстатических состояний не противо­речащими природе человека методами.

В наше время важные указания, дополняющие классические воз­зрения о Самадхи, сделала Елена Ивановна Рерих. Так, в письме от 5 сентября 1935 г. она писала [121 ]: "Также следует осветить понятие" самадхи, или высшего духовного озарения. Много написано об этом состоянии людьми, нище не испытавшими его или имевшими лишь самое незначительное проявление его. Но ступеней самадхи столько, сколько ступеней сознания и циклов духовного совершенствования. Степень получаемого озарения всегда отвечает нашим духовным на­коплениям. Отсюда должно быть ясно все разнообразие в глубине этих прозрений. Если бы достижение самадхи давало нам всезнание, то понятие Беспредельности должно было бы отпасть. Кроме того, созна­ние, погруженное в самадхи, получая прозрение, обусловленное пре­делами индивидуальных накоплений и доступными сферами, на физи­ческий план может перенести лишь часть этих переживаний. Ибо физический организм не может длительно отвечать на высшие вибра­ции и запечатлеть их в мозгу без разрушения. Наука уже наглядно доказала нам разрушительное действие от несоответствия вибраций. Так человек, возвращаясь из самадхи, сохраняет некоторое воспоми­нание, но это не значит, что он стал всезнающим и что отныне он может проникать в сущность любого явления. Он видел или испытал то или иное состояние экстаза, или высшее напряжение чувства, или прозре­ние в сущность того или иного явления. Так он может постичь вечное бытие, может постичь единство всего сущего, свое присутствие и связь со всем и со всеми, но, все же, он не станет от этого всезнающим, как это понимается земным сознанием. Постижение в самадхи иного по­рядка, мы можем прикоснуться к нуменам вещей, но, возвращаясь на Землю, мы должны изучать их воздействия земными методами. Конечно, неимоверно трудно описывать словами неописуемое. Но все же: "Превыше всех самадхи царствует мысль. Чем выше, тем мощнее; чем пламеннее мысль, тем явление полезнее. Истинно, мысль стихий­на и беспредельна.". Кроме того, достижение полного самадхи на на­шей планете доступно лишь полному Архату, живущему в совершенно особых условиях. Так, Вивекананда, конечно, не имел полного самад­хи, но дажа эта степень самадхи, в которую он был погружен, будучи не достаточно подготовленным к ней физически, явила печальные следствия. Ранняя смерть его была результатом этого преждевремен­ного насильственного переживания. Человеческий организм нашего планетного круга еще далек от таких восприятий, и потому необходима длительная подготовка не только для такого рода явления, но и для всех меньших огненных явлений. Тончайшие вибрации неурегулированно­го подъема силы кундалини могут разрушить тело, неприученное, незакаленное к восприятию их.".

4.2. Сверхнормальные способности человека

О возможностях индийских йогов управлять своим телом и физи­ологическими функциями ходят легенды, и эти необычайные способ­ности стали даже материалом для анекдотов. Однако постепенное уве­личение наших знаний и, особенно, научное изучение всех феноменов, связанных с возможностями человека, рассеивают недоверие даже са­мых скептически настроенных людей.

В 1837 г. в Индии йог Харидас принял позу Лотоса, его уши и ноздри залепили воском, а голосовую щель он закрыл своим языком. Затем его поместили в деревянный ящик и закопали. Через 40 дней и ночей врачебная экспертиза констатировала смерть, однако ученики Харидаса быстро оживили его. Йог К. Раммурти производил сенсацию, удерживая на груди слона. Хождение босыми ступнями по битому стеклу или раскаленным углям, возможность без болевых ощущений держать в руках раскаленную сковородку и ждать, пока там не поджа­рится яичница; безошибочное запоминание колонок с восемнадцати­значными цифрами, мгновенное определение дней недели в любом заданном историческом периоде; чтение книг "затылком", определе­ние содержания записок в черных непроницаемых конвертах; чтение мыслей и желаний на расстоянии (телепатия); знаменитое парение в воздухе (левитация) [30 ]; перемещение в воздухе со скоростью мысли (телепортация), включая проникновение через стены... Это — далеко не полный перечень "чудес", которые по силам успешно занимающим­ся приверженцам йоги.

Некоторые ошибочно полагают, что путь к этим феноменам лежит через Хатха-йогу и перспектива "спать на гвоздях" их не привлекает. Организация специальных институтов для научного изучения йогов-ских методов физической и психической тренировки помогает рассеять все эти небылицы, а некоторые, например Ю. М. Иванов [63 ], справед­ливо считают, что стать экстрасенсом по силам каждому, надо только хорошо тренироваться под руководством опытного наставника. Для того чтобы разобраться в целом комплексе таких явлений, необходимо рассмотреть этот вопрос подробнее, начиная с анализа памятников письменности.

Уже в ведический период и времена "Махабхараты" в древней Индии были развиты представления о сверхнормальных способностях некоторых людей. Обладание такими "сверхъестественными" силами считалось тогда исключительно привилегией касты брахманов благо­даря их тайным знаниям, духовному подвижничеству и помощи богов. Один из эпитетов брахманов — Таподхана, т. е. "владеющий сокровищем тапаса", — призван был подчеркнуть обладание особой сверхнор­мальной энергией, накопленной в трудах аскезы и благочестия. Раз­гневанный брахман мог предать невежду проклятию, которое могло низвергнуть в последующих жизнях в адовые миры или превратить провинившегося в животное или неприкасаемого. Знание особой мантры позволяло при ее произнесении даже возжигать огонь, а также совершать многие другие невероятные поступки [29]. Царь панда-вой — Арджуна — мог общаться с богами, путешествовать в их миры; и он даже получил от "небожителей" особое оружие; герои "Махабха-раты" могли становиться невидимыми, необычайно большими (Хану-ман) и совершали многие подвиги [97; 98 ], перед которыми тускнеют даже самые невероятные трюки современных каскадеров и актеров из боевиков. Сейчас, к сожалению, мы можем только догадываться о необычайных возможностях приверженцев древней ведической йоги, поскольку не сохранилось не только того, что официальная наука привыкла считать доказательствами, но и записанных в той или иной форме свидетельств очевидцев тех далеких эпох.

В настоящее время проблема сверхъестественных способностей человека все больше и больше привлекает внимание ученых. Цель здесь понятна — исследовать все феномены с позиций точного научно­го знания, выявить механизмы, по которым протекают подобные явле­ния, и найти возможность их практического использования (например, в экстренных ситуациях крайнего Севера, в горных экспедициях и т.д.).

Принципиально важное методологическое значение имеет исход­ная посылка, которая содержится в афоризме Святого Августина: "Чу­до находится в противоречии не с природой, а с тем, что нам известно о природе. "

Систематизируя приводящиеся в разных источниках [16—18; 50; 63; 93; 106; 112; 131; 150] данные, можно выделить следующие сверх­нормальные способности йогов:

1. свобода от ощущения голода и жажды;

2. устойчивость к холоду или жаре;

3. устойчивость к солнечной и другой радиации;

4. устойчивость к ядам и другим токсическим веществам;

5. устойчивость к сильным механическим воздействиям (напри­мер, способность выдерживать на груди слона, ходить босиком по би­тому стеклу; разбивание кувалдой кирпичей на груди йога и т.д.);

6. способность останавливать сердце и погружаться в состояние анабиоза, находиться закопанным в земле или в воде;

7. прокамия — способность предотвращать старческую дряхлость тела и сохранять юношескую наружность;

8. способность видеть чужую ауру и диагностировать состояние тонкого тела;

9. лозоискательство;

10.  совершенный контроль разума в связи с различными воздейст­виями на органы чувств;

11.  контроль над элементами тела (Бхута-Джайя);

12.  ясновидение — способность видеть события, значительно уда­ленные в пространстве или во времени;

13.  яснослышание — способность слышать звуки, производимые на большом удалении, или непроявленные как воздушные вибрации;

14.  проскопия — предсказание будущих событий;

15.  сверхбыстрый счет, операции с числами и большими цифровы­ми массивами;

16.  знание своих прошлых рождений;

17.  знание чужих прошлых жизней и всего,' в них совершенного;

18.  телепатия — чтение чужих мыслей;

19.  способность "видеть" спиной, кожей рук и проч.;

20.  способность видеть сквозь стены или другие препятствия;

21.  понимание языка зверей, птиц и даже растений;

22.  способность оживлять мертвых;

23.  искусство вызывать массовый гипноз или галлюцинации;

24.  дар укрощать или убивать диких зверей при помощи мантр или взглядом;

25.  способность переселяться в мертвое тело, покидая свое собст­венное;

26.  способность входить в тело другого, посылая туда часть своего тонкого тела, и одновременно существовать в своем теле;

27.  мгновенное исцеление Правой телесных недугов;

28.  изгнание душ, "незаконно" вселившихся в другого человека;

29.  способность совершать путешествия в тонком теле в другие места или даже на другие планеты;

30.  способность останавливать время в каком-то участке про­странства;

31.  телекинез — перемещение предметов силой мысли;

32.  остановка или запуск механических устройств (например, ча­сов);

33.  способность разгонять тучи и утихомиривать бурю;

34.  повышение или снижение веса тела;

35.  левитация — парение над землей в грубом теле;

36.  способность стать невидимым для окружающих;

37.  способность дематериализации тела в одном месте и его мате­риализации в другом;

38.  способность принимать любую телесную форму;

39.  способность резко уменьшить или увеличить размеры тела;

40.  способность ходить по воде "яко посуху";

41.  способность превращать элементы друг в друга (например, железо в золото).

Первые семь "сверхъестественных" способностей можно рассмат­ривать как феномены Хатха-йоги, все остальные — следствия медита­тивной практики. Вообще говоря, медитативная йога позволяет до­стичь практически всех перечисленных аспектов, включая и первые семь эффектов, хотя на известном уровне развития занятия Хатха-йогой уже подразумевают медитативные элементы практики. Никакой продвинутый хатха-йогин не обходится без медитации. Поэтому деле­ние сверхнормальных способностей на хатха-йогические и эффекты Раджа-йоги [18 ] несколько условно. Свами Шивананда [131 ] подраз­деляет сверхнормальные способности (сиддхи — в индийской термино­логии) на большие и малые. Такие способности, как, например, умение делаться бесконечно большим или малым, ходить по поверхности воды, не погружаясь в нее, относятся им в категорию "великих сиддхов". При этом он отмечает, что в Кали Югу ("Железный век") великие сиддхи недостижимы. Однако, как показывает схема подразделений Шивананды, четкой грани между великими и малыми сиддхами не существует, так что выделяемые им подразделения носят значитель­ный элемент условности.

Более того, существуют и такие явления, которые трудно отне­сти к какому-то одному из перечисленных пунктов. Так, например, Б. П. Блаватская [17 ] приводит случай, когда для розыска пропав­ших сокровищ индиец произнес мантры над бамбуковой палкой и вручил ее первому встречному прохожему; эта палка буквально повлекла за собой человека, пока тот не остановился перед деревом, и так была найдена первая часть украденных вещей; затем все по­вторилось и для другой части пропажи. Эффект казался настолько неправдоподобным даже для англичан, живших в Индии многие годы, что в тюрьму был посажен не настоящий похититель, а тот прохожий, которому была вручена "волшебная палочка".

А. В. Мартынов [93 ] предлагает разграничение "сверхъестествен­ных" способностей человека на две большие группы. К первой группе он относит те, которые используют так называемое информационное поле. К ним относятся:

·    телепатия;

·    лозоискательство;

·    все виды ясновидения.

Ко второй группе, связанной со способностью человека изменять физические свойства пространства ("искривлять пространство"), от­носятся:

·    телекинез;

·    левитация.

Согласно другой классификации [112], парапсихология включает в себя пять основных групп явлений:

·    экстрасенсорное или сверхчувственное восприятие: телепатия, ясновидение, предвидение и ретроспекция;

·    психокинез: телекинез, левитация, телепортация, мысленная фотография, психохирургия и другие явления которые связаны с воз­действием концентрированного мыслеобраза на материальные объек­ты;

·    спиритизм: общения с умершими, фотографии призраков, реинкарнация, полтергейст; возможно, НЛО и снежный человек;

·    биолокация (лозоискательство и т. п.);

·    паранормальная диагностика и лечение (биотерапия).

Такая классификация включает, по сути, два больших класса яв­лений, которые можно выделить, если придерживаться принципов во­сточной метафизики. Это—гиперчувственные способности, когда рез­ко расширены возможности органов чувств; и на порядки более силь­ным являются "органы действия" (телекинез, левитация, телепорта­ция и т. д.). Что же касается НЛО и связанных с ними явлений, то здесь, по мнению автора, наблюдается явное вмешательство "извне", из дру­гих миров, ввиду действия космических законов и причин, которых мы пока не знаем. В таких случаях человека "раскрывают" обитатели других миров, и здесь можно привести ряд примеров. Вот что, напри­мер, вспоминает Анатолий Васильевич Мартынов [94] о событиях, которые произошли 18 июня 1970 на берегу Пицундской бухты: " Не во сне — наяву я увидел окруженную таким сиянием, сияющей полусфе­рой женщину... Это не была инопланетянка, это была реальная живая женщина в белом длинном одеянии, которая смотрела на меня исклю­чительно ласковым взглядом. Для меня это было потрясением, небы­валым подарком. Она ничего не сказала, кроме следующего: будешь писать стихи, будешь волшебником. "... За одну осень — потом — я написал шестьсот стихотворений.". Другой случай произошел более 600 лет назад с Преподобным Сергием Радонежским, которому явилась Пресвятая Богородица с двумя апостолами — Петром и Иоанном, "блиставшими светом несказанным" [119]. К Серафиму Саровскому Богородица являлась 12 раз (!) [133].

В процессе анализа таких случаев создается впечатление о том, что такие люди, совершенно случайные, становятся волей фортуны избранниками "небес". Однако это на самом деле не так. Вспомним, например, историю о казни Иисуса Христа, когда один из двух разбой­ников насмехался над ним, а другой, наоборот, просил простить его грехи и взять с собой в рай. Христос пообещал, причем ясно и уверенно сказал, что тот действительно окажется с ним в раю. Этот эпизод Нового Завета обычно избегают трактовать христианские священники, а воинствующие материалисты смеются, говоря, что Сын Божий падок на подхалимство. Разъяснение этому случаю из жизни Христа дает Омраам Михаэль Айванхов [3; 175 ]: Иисус был великим сенситивом, который мог видеть предыдущее воплощение человека и его поступки в нем. Тот второй распятый разбойник, который раскаялся, в предыду­щей жизни имел заслуги. Зная это, Христос сказал, что он действитель­но будет в раю ввиду заслуг предшествующего рождения. Однако затем Айванхов добавляет, что срок пребывания такого человека в высших мирах будет очень коротким из-за преступлений, совершенных в на­стоящей жизни, и он впоследствии снова должен будет родиться на Земле.

В древней Индии считалось, что явления простым людям богов и полубогов — экстраординарные события, и только достойные могли удостоиться такой чести [29 ]. Сопоставление эпических сюжетов "Ма-хабхараты" с библейскими сказаниями Старого и Нового заветов по­зволяет выявить большое сходство их между собой в плане феноменов воздействия посланцев Космоса на мир людей. Однако самой интерес­ной здесь является неповторимая личность великого духовного настав­ника и Учителя — Иисуса Христа.

Теперь уже ни у кого не вызывает сомнения тот факт, что Иисус Христос — реальная историческая личность. История его жизни под­робно изложена в четырех канонических Евангелиях и целом ряде неканонических. Автор настоятельно рекомендует даже атеистам про­читать Новый Завет. В Евангелиях от Матфея, Марка, Луки и Иоанна можно найти не только достоверный рассказ о жизни Великого Учите­ля, но и описание множества сверхнормальных способностей Иисуса Христа. Так, Иисус исцелял множество больных, которые приходили к нему даже из Сирии; нескольких людей он воскресил из мертвых, причем один из них — Лазарь — пролежал в гробнице пять дней; он мог ходить по поверхности воды, не погружаясь в воду, утихомирить бурю, разогнав тучи и успокоив волны... Эти "чудеса" долгое время служили объектом нападок со стороны вульгарных материалистов, поскольку те судили о возможностях человека по своим собственным. Теперь науке известны случаи проявления феноменальных способно­стей некоторых людей, которые смогли "повторить" отдельные фено­мены, связанные с личностью Христа. Так, Ю. Лонго в 1990 г. смог воскресить один из трупов в морге, причем при этой операции присут­ствовали пять работников, из которых двое были квалифицированны­ми врачами [90]. Два других случая воскрешения покойников благо­даря направленному воздействию экстрасенсов, которые имели место в XIX — начале XX вв., приводятся в книге С. Тухолки [150 ], причем описанные им принципы подобной операции не противоречат тому, что сообщил Ю. Лонго. Методика разгона облаков и установления солнечной погоды детально описана в книге Ю. М. Иванова [63 ], как и много других феноменов сверхнормальных возможностей людей. Изучение и сопоставление таких фактов явилось в итоге одним из доказательств реальности личности Иисуса Христа, и надо сказать, что все это не уменьшило, а наоборот — увеличило значимость личности Спасителя для наших современников.

Ввиду разнообразия всех явлений сверхнормальных способностей йогов и тех, кого мы называем экстрасенсами, трудно найти какой-то общий механизм, по которому происходят все эти феномены. Такого общего механизма, очевидно, и не может быть. Однако существуют некоторые принципиальные свойства взаимодействий человека со сре­дой, раскрытие которых может послужить ключом для объяснения одного или сразу нескольких "аномальных" явлений. Для анализа свойств причинно-следственных рядов при всех типах взаимодействий объектов во Вселенной имеют значимость следующие фундаменталь­ные факторы [93]:

·    пространство—время в общей теории относительности искрив­лено, причем характер и степень искривления зависят от происходя­щих здесь физических явлений, и наоборот;

·    любая материальная система обладает мгновенной связью со всей Вселенной за счет взаимодействий элементарных частиц на сверх­тонких состояниях материи; можно предположить [112], что космиче­ское излучение образует интерференционную картину, которая явля­ется голограммой; вещество и физический вакуум могут быть пред­ставлены в виде иерархически организованных дискретных структур, имеющих в пределе несжимаемую абсолютно твердую основу, которая находится вне времени и пространства и, таким образом, не имеет ни начала, ни конца; эта основа существует одновременно в прошлом, настоящем и будущем;

·    любая система обладает своим собственным информационным полем, связанным неразрывно с информационными полями других систем, причем это взаимодействие осуществляется на разных уров­нях ; можно сказать, что каждый человек соответственно своему интел­лектуальному и духовному развитию имеет тесный контакт с инфор­мационным полем своего уровня;

·    время обладает особым свойством — направленностью, которая взаимоопределяет отношение причин (которые существуют всегда в прошлом) и следствий (которые всегда в будущем).

Хотя все эти положения имеют, строго говоря, только ранг теорий или гипотез, необходимо сказать, что они полностью соответствуют представлениям, изложенным в священных писаниях и системе ок­культных знаний [59; 150; 165].

Принятие этих положений, однако, позволяет объяснить целую группу эффектов, связанных с ясновидением. Так, погружая себя в состояние транса, человек начинает воспринимать своим целостным биополем разного рода "астральные отпечатки" или "астральные про­екции" тех или иных объектов [150]. Вероятно, это целостное поле ' соответствует Manendriya — шестой индрии (т. е. шестому психофи­зиологическому органу), называемой индрией разума; она, согласно древним представлениям, локализуется во всем теле [см. 29]. В состоянии транса, когда духовные оболочки человека очищаются и активизируются, становятся легче и подвижнее, происходит считы­вание информации из астральных плоскостей или подплоскостей, которые представляют собой иные пространственные и (или) вре­менные измерения. Информация об объектах, содержащаяся в их астральных проекциях, передается мгновенно, но может быть зако­дирована, т. е. переведена в символьный код того уровня, где само содержание пространства—времени иное, чем то, в котором мы жи­вем. Поэтому являющиеся ясновидцу видения (например, описания животных в Апокалипсисе) могут иметь сказочно-символьный вид, и "расшифровка" таких образов (т. е. "даршан" — в индийской терми­нологии) представляет собой отдельную задачу, которая может ока­заться не по силам некоторым ясновидцам. Один из случаев символьно-образного видения ясновидцем судьбы другого человека описан в книге С. Тухолки [150 ]. Ясновидец часто может не знать о времени и месте являющегося ему видения, или иногда такие образы могут иметь смешанную природу, происходя из разных астральных плоскостей или подплоскостей. Полный же выход медитирующего на высший план бытия Вселенной, где пространство и время объединены в так называ­емое "четвертое измерение" [см. 63; 93 ], доступен лишь редким экс­трасенсам. Об этом свидетельствует и болгарская ясновидица Ванга [см. 143]. На этом уровне, по словам Ванги, можно читать "великую книгу Жизни", видеть сцены из далекого прошлого и будущего, а также летать "в духе" на другие планеты [см. 23; 24; 61 ]. Автор вовсе не склонен рассматривать легенды о святых как только религиозный прием, рассчитанный на легковерных слушателей, в пропагандистских целях. Все происходящее на Земле тесно связано с Космосом, хотя эта взаимосвязь может проявляться на самых разных уровнях, включая и самый обыденный, "житейский", при котором влияние Космоса оста­ется незамеченным. Слишком много сходного и взаимодополняемого в рассказах о "праведниках и грешниках", чтобы безапелляционно за­являть, что все это — чушь. Несомненно, что непредвзятый научный анализ позволит выявить много новых фактов и раскрыть природу большинства явлений, которые сейчас нам кажутся загадочными. Од­нако главное условие успеха в этом деле — душевная чистота людей, иначе польза от научного изучения феноменов психики человека мо­жет повернуться другой стороной — как чернокнижие и магия. Об этом нас неоднократно предупреждали Е. И. и Н. К. Рерих [116—121].

4.3. Ступени духовного развития человека и общества

Сразу следует сказать, что объем известной социально-психологи­ческой литературы по этим вопросам огромен, и мы не будем его рас­сматривать. С другой стороны, ступени развития религиозного созна­ния, например, в буддизме уже достаточно подробно излагались в первой главе. Здесь мы приведем только некоторые концепции, кото­рые все больше привлекают современных исследователей. Много важ­ных и нестандартных подходов к исследованию духовного развития человека выдвинул в начале XX века П. Д. Успенский. Основываясь на теории йоги, суфизма, древнегреческих и египетских мистериях, он считал, что психология — это прежде всего изучение принципов, зако­нов и фактов возможной эволюции человека. Первый вопрос здесь — что означает эволюция человека, второй — существуют ли особые условия, необходимые для нее. П. Д. Успенский указывал [см. 151], что сознание имеет вполне отчетливые степени, или скорее — призна­ки, которые можно видеть и наблюдать в себе: 1) длительность времени владения человеком сознанием; 2) частота появления реальности осознавания себя человеком; 3) протяженность и глубина того, что человек сознавал. В целом человеку свойственны 4 основных состояния созна­ния, близкие к тем, что подразумевает теория йоги: сон, бодрствова­ние, самосознание и объективное сознание. Самоизучение человека должно начинаться с 4-х функций: мышления, чувства, инстинктив­ных и двигательных функций; сексуальная функция, будучи обуслов­лена ими, должна изучаться позднее. Все эти этапы достаточно хорошо могут быть прослежены в ходе человеческой жизни соответственно его возрастным этапам и свойственным им особенностям.

Развитие социальных установок, моральных ценностей и интел­лектуальных возможностей в течение периода человеческой жизни исследованы достаточно подробно, например, в работах выдающего­ся советского исследователя И. С. Кона. Особо интересным объектом здесь выступает переходный период от детства к зрелости. В разви­тии морального сознания личности при этом можно выделить, хотя и с некоторой долей условности, ряд этапов и закономерностей. Так, например, Л. Колберг [см. 76 ] выделяет 8 этапов, представляющих собой стадии морального развития личности:

·    стадия 0: хорошо то, чего я хочу и что мне нравится;

·    стадия 1: послушание из страха наказания;

·    стадия 2: инструментальный релятивизм, гедонизм, обмен ус­лугами;

·    стадия 3: ориентация на мнение других, конформизм;

·    стадия 4: ориентация на поддержание установленных правил и формального порядка;

·    стадия 5А: утилитаризм и представление о морали как продукте общественного договора;

·    стадия 5Б: ориентация на высший закон и собственную совесть;

·    стадия 6: ориентация на универсальный этический принцип.

Известны некоторые "дилеммы" типа: муж хочет купить в аптеке лекарство для умирающей жены, но аптекарь требует слишком много; его просят снизить цену, чтобы спасти человека, или дать лекарство в долг, но аптекарь, отказывается это сделать; тогда муж взламывает ночью аптеку и крадет лекарство; имеет ли он право это сделать?

Эти данные мы приводим по двум причинам. Первая состоит в том, чтобы показать, как аналогичные вопросы ставятся в древнеиндийских источниках, прежде всего в "Махабхарате". Вторая причина, которую также можно было бы поместить в резюме, направлена на то, чтобы продемонстрировать непротиворечивость восточных и западных пониманий моральных ценностей.

В начале "Бхагавад-Гиты" приводится рассказ о том, как царь пандавов Арджуна долгое время терзался сомнениями о целесообраз ности битвы с родственными им кауравами: ведь радость от даже бли­стательной победы будет неизбежно омрачена горем родных, оплаки­вающих погибших в сражении. Он обращается к богу Кришне, чтобы тот помог ему решить этот вопрос с позиций высших нравственных ценностей. Кришна советует ему сражаться, т. к. долг воина (т. е. дхарма кшатрия) — превыше всего, а один из доводов Кришны—ссыл­ка на теорию перевоплощений (реинкарнации), которую на западе также называют "переселением душ". Мы не будем вдаваться здесь в разные тонкости ведической морали, столь же реальной и обоснован­ной, как мораль христианская.

Последователи буддийского учения Лотосовой сутры ("Саддхарма-пундарика-сутра") в Японии выделяют 10 уровней психического состоя­ния человеческого сознания, которые соответствуют мирам-уровням в буддийской космологии: 1) ад; 2) преты ("голодные духи"); 3) животные; 4) демоны; 5) люди; 6) боги ибрахмы; 7) шраваки; 8) архаты; 9) бодхи-саттвы; 10) будды. При этом считайся, что высшая цель познания, веду­щая вверх по цепочке перерождений, состоит в овладении психофизи­ческими способностями [78 ]. В разделах 2.1—2.2 мы уже говорили о принятой в теории йоги концепции состояний умственной субстанции (Читгы). Эти состояния реализуются в жизни, и поскольку они харак­теризуются гуиами (качествами раджас, тамас и саттва), то подчиня­ются всем правилам "вращения гун": если доминирует тамас (инерт­ность, лень, вялость) — побеждены качества раджаса и саттвы; если ясность, чистота, свежесть и гибкость преобладают, то тамас и раджас-гуны побеждены и т. д. Эти воззрения описываются в "Бхагавад-Гите" [см. 22; 95].

Эти представления дополняются учением о Карме, без знания которою невозможно понять ни того, «то поведал бог Кришна отчаяв­шемуся Арджуне в "Бхагавад-Гите", ни того, что мы знаем о "пересе­лении душ". Под Кармой — одной из самых важных философских категорий восточных систем — в широком плане понимается непре­рывная цепь причин и следствий. Каждое действие во Вселенной — результат предшествующей причины и одновременно причина по­следующего действия. Применительно к каждому без исключения человеку под Кармой понимается совокупность его деятельности, формирующая в итоге его "кармическое", или "каузальное" тело, и отражающаяся в нем. Каждый час, секунду и мгновение человек творит свою карму. Все, что человек представляет собой в настоя­щем и каким он будет в будущем, все это — последствия его про­шлых действий [152; 35; 126 и др.]. Эта концепция — один из основных аспектов сходства буддизма с индуизмом, мусульманст вом и христианством (хотя для последних характерна в целом более упрощенная схема).

Ткань человеческой судьбы, тонкоматериальная субстанция всех последующих состояний человека, вырабатывается им самим, и его будущее определяется законом справедливости, общим и универсаль­ным во всей Вселенной. Карму создают три вида сил: мысли; страсти и желания; поступки [64 ]. Каждая мысль прибавляет новый элемент в создаваемой карме, и ни одна из мыслей не пропадает. Повторяющиеся мысли переходят в наклонности, волевые импульсы — в деятельность, всевозможные испытания дают мудрость, а страдания души претворя­ются в ее совесть. Человек ввиду действия кармического закона уст­ремляется в своем новом воплощении в ту среду, которая соответствует его наклонностям, подходит для той ступени развития, которая им уже достигнута. Мысль одного человека передается другому, третьему и т. д., в результате чего завязываются нити, которые поведут людей к добру или злу, определят наших будущих родных, друзей и недругов. Все мысли, действуя на нас самих, создают в итоге наш нравственный и умственный характер, 'и это — непреложный закон. Желания — внутренние влечения человека к тем или иным предметам; они притя­гивают его именно в ту среду, где они могут быть удовлетворены. Желания людей действуют на окружающих, как и мысли. Существуют такие внутренние состояния, когда чаши весов, колеблющиеся между добром и злом, находятся в таком неустойчивом состоянии, что одно лишнее побуждение, одна лишняя вибрация из области психического мира (в том числе — от другого человека) изменят это шаткое равно­весие, и человек может совершить преступление только потому, что он неустойчив в морально-нравственных убеждениях. Третий вид сил, создающих карму, связан с первыми двумя; это — наши поступки. Поступки, в свою очередь, влияют на возникновение новых мыслей и желаний. Физические привычки, однако, не переживают одного воп­лощения и уничтожаются со смертью физического тела. Если в про­шлом мы были источниками страдания для других людей, в будущем мы испытаем не меньшие страдания и, наоборот, в новом и даже в настоящем воплощении кармический "лицевой счет" обязательно от­платит нам добром.

Помимо собственно кармической деятельности, обусловленной нашим прошлым и достигнутым уровнем духовности, выделяют также два других рода поступков — Акарму и Викарму. Действия, освобож­дающие от круговорота рождений и смертей, называются Акармой. Наоборот, злоупотребления собственной свободой, низкие дела, гре­ховные поступки и преступления — это Викарма [24]. При таком подходе Карма — это деятельность, совершаемая в пределах той обще­ственной группы или класса, к которым принадлежит человек; это — Дхарма, т. е. круг общественных обязанностей индивидуума. Совер­шенное выполнение Дхармы, поступки в соответствии с богооткровенными Писаниями, ведут к Акарме, как и практика йоги. Стремление к власти, жадность, корысть, нанесение ущерба живым существам усу­губляют кармический груз; это — Викарма.

Ступени развития самого сознания людей тесно связаны с карми-ческим законом и могут быть охарактеризованы следующим образом [64 ]. Первый, низший уровень—физическое или животное сознание. Находясь на этом уровне, человек не испытывает потребности в само­познании и не способен к нему. В этом положении, к сожалению, находятся еще многие люди. Вторая стадия, к которой принадлежит большинство населения Земли, — ментальное сознание, или интел­лектуальный уровень. На этой стадии человек способен познавать се­бя, Вселенную, однако за познание, как правило, платит определен­ную цену в виде душевных страданий. "Во многой мудрости много печали," — этот афоризм, на наш взгляд, связан именно с таким уров­нем духовного развития. Когда человек достигает границ интеллекту­ального сознания, он все чаще спрашивает себя о своем истинном происхождении, цели жизни, ищет высший смысл своего существова­ния. Третий уровень или этап развития сознания человека — первый шаг к космическому сознанию; здесь он достигает осознания "Я", что выше просто стремления к самопознанию. Его "Я" знает о своей реаль­ности, причастности к Абсолюту, неуничтожимости и бессмертии. "Я-есть" — вот девиз этой стадии. Четвертая стадия — высшая в шкале, приводимой Ю. М. Ивановым [64 ], — есть космическое сознание, при котором осознается единство всего живого, понимание единой жизни, наполняющей собой Вселенную. Любовь к людям и всему миру — главное свойство этой стадии. Аналогичные подразделения можно най­ти и в книгах Рамачараки: уровень физического ума, сменяющегося интеллектуальным, вытесняется на задний план растущим духовным умом, который, в свою очередь, ведет к космическому сознанию [67; 68].

Очень важно знать, что между первой и второй ступенями духов­ного роста существует как бы переходный период. Он возникает, когда человек уже критически смотрит на свой прежний уровень развития, но в силу объективных причин еще не достиг следующей ступени духовного прогресса. В такой переходный период человек испытывает множество сомнений и разочарований; он уже не может жить старыми представлениями, но отсутствие твердости и незакрепленность успеха могут принести ему тяготы и разочарования. Систематическая прак­тика медитации и чтение духовных книг, а также физические упраж­нения Хатха-йоги позволят ему вскоре прийти к следующим, более высоким стадиям духовности. Если же занимающийся отдастся разоча­рованиям, прекратит стремиться к прогрессу, то этот переходный пе­риод и возврат якобы к старым посылкам может занять у него значи­тельно большее время — годы и даже десятилетия.

В работе "Семь великих тайн Космоса" С. В. Стульгинскас — ученик Н. К. Рериха [146 ] — подробно освещает эволюцию космиче­ских ступеней жизни. Наша планета, как и многие другие, состоит из трех миров (см. выше) — Плотного (физического), Тонкого (мира эмоций, чувств и желаний) и Огненного (мира мыслей). Человек про­ходит свою человеческую эволюцию путем многочисленных перевоп­лощений в Плотном мире, только в промежутках пребывая также в Тонком и Огненном мирах, начиная от животного сознания в начале пути до божественного в его конце. Считается, что все жизни, кото­рые теперь составляют человечество, проходили свою дочеловеческую жизнь, т. е. животную ступень, на другой планете — Луне. При следующем скачке люди перейдут на божественную ступень, живо­тные — на человеческую, а растения — на животную и т. д. Венера опережает Землю на одну ступень (!?); с нее на помощь людям пришли Ману, Будда и другие Великие Вожди духовной эволюции. С. В. Стульгинскас выделяет следующие ступени, или духовные касты:

1. дикари (не в этнографическом, а в моральном плане!);

2. заурядные, ограниченные люди (эти две ступени вместе состав­ляют 9/10 всего человечества; они много раз перевоплощаются в той же касте);

3. культурные люди, стремящиеся к высоким целям, осознающие единство человечества, альтруисты; они перевоплощаются 2—3 раза с интервалами в несколько столетий—тысячелетий;

4. ученики Учителей Мудрости, сознательно творящие свое буду­щее; они добровольно отказываются от долгого блаженства в мире Огненном, чтобы ускорить эволюцию, и сознательно идут на новое перевоплощение (Махатмы);

5. Учителя, душа которых едина с Богом; они воплощаются только по своему желанию, для блага эволюции, причем сами выбирают усло­вия новой жизни.

В учении Г. Гюрджиева [45; 100 ] эволюция человека определяется как высвобождение из-под власти Луны и обратное восхождение в направлении Абсолюта, противоположном лучу творения. Эволюция человечества направлена против природы, и природа борется с ней, отчего эта эволюция столь сложна. В общем балансе космических сил эволюция отдельных людей не имеет, согласно Гюрджиеву, столь боль­шого значения, и поодиночке освобождения вполне могут достичь от­дельные личности. Важно в связи с этим заметить, что и Три Ауробин-до [42] отмечал тормозящую духовную эволюцию силу Свабхавы (т.е. принципа самостановления природы; присущего самому себе принци­па бытия). Другой вывод Гхоша, согласующийся во внешних призна­ках с положениями Гюрджиева, — невозможность в ближайшее время планетарного перехода человечества к божественным уровням созна­ния [127 ]. К этим аспектам мы вернемся ниже.

С другой стороны, Адин Штайнзальц [165], напротив, говорит о том времени, когда адовые области и низшие миры опустеют, а боль­шая часть населения Земли перейдет в область проявления и сольется с высшими мирами — созидания, творения и излучения (если рассмат­ривать последние по восходящей). Так же оптимистично смотрел в будущее человечества и К. Э. Циолковский, предполагая, скорее всего чисто интуитивно, возникновение "лучистого человечества", т. е. пе­реход человечества в тонкоматериальную форму существования в бо­лее высоких мирах [см. 161 ].

Один из основных разделов теории Шри Ауробиндо Гхоша — учение о сверхсознании. Шри Ауробиндо различает четыре основ­ных уровня—состояния сознания [81; 82; 93 ]: обычный разум, про­светленный разум, интуитивный разум и сверхразум. Обычный ра­зум связан главным образом со стереотипами поведения; его основ­ное свойство — беспрерывное блуждание от одного объекта к друго­му, третьему и т. д. Именно он приносит стрессы, неврозы и разного рода расстройства. Бели человек мысленно попробует подняться, то он сможет увидеть себя со стороны, а также понять сущность многих явлений, которые оставались ранее для него непостижимыми. Это со­стояние соответствует второй ступени. Такой уровень в основном свой­ствен научным работникам и людям искусства; он частично связан с приоткрыванием "третьего глаза" (т. е. функционированием Аджна-чакры), который обычно скрыт из-за беспрерывной работы формаль­но-логического интеллекта.

Развитие интуитивного разума, почти целиком связанного с дей­ствием "третьего глаза" и других каналов интуитивного познания, позволяет выйти к получению отдельных информационных потоков или полей Космоса. Многие высшие философско-религиозные истины познаются на этом уровне, становится ясным и смысл священных Пи саний. Когда такой выход сознания в Космос и процесс единения с ним закрепляются, человек достигает ступени сверхсознания. На этой сту­пени для него нет таких тайн, которых он бы не смог познать; ему становится доступной полная духовная свобода, и человек наделяется гениальными способностями; он становится титаном мысли и духа, мощным духовным генератором для большой части человечества [93; 127 ]. К таким гениям человечества причисляют Раму, Кришну, Орфея, Гермеса Тримегиста, Пифагора, Будду, а также — Рамак-ришну и Вивекананду, Шри Ауробиндо и семью Реряхов.

Однако многие Махатмы Тибета, будучи неизвестными большим массам населения, совершают огромную титаническую работу на благо человечества в тонком мире Космоса [121; 135]. Духовная эволюция населения Земли — такая же реальность, как и эволюция растений и животных. Об этом писал еще Рабиндранат Тагор в книге "Творчество жизни (Садхана)" [148 ]. Примечательно, что и специальные исследо­вания показали, что мышление и картина мира средневекового чело­века весьма существенно отличались от наших [39 ]. Поэтому есть все основания предполагать, что характер мышления большой части насе­ления существенно изменится даже в ближайшие десятилетия, прежде всего — благодаря распространению сейчас эзотерических знаний. Од­нако процесс духовной трансформации человечества в целом, произ­водимый в осознанном направлении, требует соответствующих усилий сотен тысяч и даже миллионов людей. Хотя этот процесс идет непре­рывно, и "не пропадает начинанье", для истинных преобразований ноосферы необходимы прежде всего собственные усилия людей.

Так или иначе, автор считает, что процесс духовной эволюции человечества продолжается, и он непрерывен. Частные, незначитель­ные количественные изменения уже давали в истории и будут в даль­нейшем приводить к качественным массовым трансформациям обще­ственного сознания; хотя, как показывает эволюция органического мира, нет общего прогресса без каких-либо моментов частного регрес­са, и переход к более высоким уровням в целом неизбежен. Современ­ная нам эпоха характеризуется своими особенностями духовного пла­на бытия, объективными и субъективными. Известны указания Б. И. и Н. К. Рерих [см. 116—121 ] о том, что в Космосе сейчас происходят небезопасные для человечества изменения, которые могут и будут приводить к появлению новых, ранее неизвестных заболеваний. Эти изменения сопровождаются выходом человечества на общепланетарный уровень преобразования среды, прежде всего в экологическом плане. Глобального уровня достигло не только экологическое загряз­нение, но и духовное: изменяются свойства тонких полей вокруг око лоземной орбиты (их конфигурация и цветовой спектр). Эти психоген­ные факторы дополняют и усиливают изменения качеств космической природы — информационно-энергетических полей и потоков, идущих к нам и через нас из Беспредельности, "ветров" элементарных частиц и т. д. Все эти факторы, влияя на сознание и физическое самочувствие людей на Земле, обусловливают разного рода процессы трансформа­ции их духовных свойств. И действительно, эффекты здесь могут быть самыми неожиданными. Древние предсказания и предвидения некото­рых современных экстрасенсов [напр., 143 ] пророчат нам экологиче­ские катастрофы, разного рода катаклизмы и реализацию эсхатологи­ческих пророчеств Библии, причем современная наука пока не может доказать их несостоятельность. Однако параллельно с развитием неко­торых процессов, которые для общества в целом можно оценить как патологические, существует множество других факторов. Прежде все­го, это — способность человека к познанию, позволяющая в итоге выйти на качественно иные уровни приспособления к свойствам среды, несравнимые с животными или растительными организмами. Развитие ноосферы всегда сопровождается эволюцией регуляторных механиз­мов разных по уровню систем, которые они контролируют, и механиз­му своего действия [102 ]. Поэтому важное значение здесь имеет пси­хическая регуляция поведения, поступков и мыслей людей. Человек с развитым духовным сознанием не сможет загрязнять среду, отда­вать приказ о сливе заводских отходов в реку или озеро; будучи верующим, он не станет присваивать себе государственные миллио­ны и строить дачи, оцениваемые в сотни тысяч рублей. Развитие системы регуляции общественных отношений сделает невозможным проявление таких уродливых явлений, разрушит системы тотали­тарного бюрократизма и вседозволенности. Важная роль здесь при­надлежала и принадлежит философско-религиозным движениям. Мир сейчас переживает бурную эпоху переоценки различных рели­гиозных ценностей. В целом процесс смены одной религиозной системы другими объективен и закономерен. Так, древнегреческий пантеон богов Олимпа был вытеснен христианством. Теперь и христианское сознание начинает во многих странах ощущать давление, "конкурен­цию" со стороны других течений, прежде всего — восточных (дзэн-буддизм, общество сознания Кришны и др.) Наконец, в самих христи­анских странах распространение трансцендентальной медитации, кур­сов аутотренинга берет на себя ряд функций, которые ранее принадле­жали исключительно церкви. А. В. Мартынов [93 ] пишет о том, что эра Христа сменяется эрой космического сознания. М. Нострадамус [108 ] прямо указывал, что последняя христианская литургия состоится в

2125 г.; однако дух учения Христа воскреснет в новых временах и примет иные обрядовые формы. Е. П. Блаватская [18: с. 159 ] писала: "Как дерево, ветви которого, разрастаясь под переменчивым ветром во все стороны, принимая самые неправильные, безобразные, изогнутые формы, все же выросло из одного родного ствола; так же и в вопросе разных религий: все они пустили корни из одного семени — Истины. И это понятно: Истина одна.". На единство высших религиозных истин и внутреннюю непротиворечивость всех религиозных учений (буддиз­ма, мусульманства, христианства и др.) указывали выдающиеся дея­тели Индии — Рамакришна (1836—1886 гг.) и один из его учеников — Свами Вивекананда (1863—1902 гг.). В плане морально-нравственных ценностей сейчас создаются реальные условия для становления и за­крепления общемировой глобальной этики, об идее которой писал еще академик В. И. Вернадский [25]. Мир переходит в новую фазу — транскультурного человечества, и это — только начальные ступени предстоящего в будущем великого объединения народов, о котором писали Е. И. и Н. К. Рерих.

РАЗДЕЛ ВТОРОЙ ОСНОВЫ
МЕДИТАТИВНОЙ ПРАКТИКИ

Глава 5. МЕТОДИКА МЕДИТАЦИИ: ОСНОВНЫЕ ПРАВИЛА, ОГРАНИЧЕНИЯ И ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ

Поскольку об образе жизни йогов ходят едва ли не легенды, имеет смысл привести два общих высказывания, которые принадлежат лю­дям, изучающим йогу с научных позиций [см. 60: с. 22]. Так, директор Бомбейского института йоги Шри Йогендра считает: "Йога означает способ жизни, который делает возможным достижение полноценного физического, духовного и морального здоровья. Рациональный харак­тер йоги находится в противоречии с религиозными обрядами и догма­ми. Система йогов в сущности не имеет ничего общего с религией или различными верованиями. Техника йогов строго обоснована. Ее при­менение приводит к желаемым результатам без необходимости верить в сверхъестественную силу. Йога не ограничена кастой, религией, ве­рой, расой, национальной принадлежностью, возрастом, полом. Те, кто считает, будто занятия йогой связаны с верой в Бога, ошибают­ся.". Дхиреядра Брахмачари, директор НИИ "Вишваятан Йогаш-рам" в Дели, продолжает: "Йога означает дисциплину ума и тела. Она не предназначена для какого-то замкнутого круга. Практиче­ские занятия йогой не означают, что человек должен стать отшель­ником и жить в уединении в горах. Это самый обыкновенный чело­век, живущий нормальной жизнью. Для занятий йогой не имеет значения ни профессия, ни национальность, ни возраст. В йоге нет ничего мистического, она не является религиозным верованием или обрядом. Цель ее — последовательно развивать такие качества ор­ганизма, которые позволяют понять действительность и утвердить самосознание, поддерживая здоровье, функционирование мозга и психики. Этого можно достичь последовательно, проходя по различ­ным ступеням йоги,-известным под названием "восьмеричного пу­ти"."

С другой стороны, многие специалисты-йогины приходят к выводу о том, что все-таки йога представляет собой не столько комплекс уп ражнений Хатха- и Раджа-йоги, сколько некий особый образ жизни, где все аспекты бытия взаимосвязаны и согласованы друг с другом, начиная с рассвета и кончая отходом ко сну [60; 64; 128 ]. Собственно говоря, так и обстоит дело в Индии, в Тибете и других странах Востока, где религиозные традиции регулируют все, начиная от правил разго­вора и приема пищи до текстов и ритуала возжигания жертвенных огней перед изображениями святых [см., напр., 15 ]. Поскольку "мате­риалистический" вариант йоги был получен исходя из древнеиндий­ских религиозно-философских учений, таких как, например, буддизм, тантризм, уходя корнями еще в древнейшую ведийскую {йогу, имеет смысл вернуться к первоисточникам — литературным памятникам древней Индии, которые содержат много ценнейших указаний о раци­ональной организации жизни. Такие древние источники, как, напри­мер, книги "Махабхараты", впитали в себя, аккумулировали мудрость многих тысячелетий, и они передают ее нам в отшлифованном виде, в прекрасной лаконичной и образной форме.

Такое рассмотрение древних рекомендаций особенно важно в свя­зи со многими утверждениями людей, что восточный образ жизни не годится для западного человека, что все рекомендации Индии непри­емлемы на Западе, т. к. нам не достать "их" фруктов, овощей, арома­тических палочек и т. д. Насколько справедливы такие обвинения, вам станет ясно из дальнейшего изложения.

5.1. Образ жизни

Эффект от медитации максимален, когда организм человека здо­ров. Более того, некоторые медитативные упражнения даже невозмож­но выполнить в случае заболевания. Формула "в здоровом теле — здоровый дух" имеет многие причинные основания. Известно, что человек, когда болен, не стремится к совершенству; он, как правило, не склонен заниматься ни медитацией, ни даже асанами, дающими физическое здоровье. Однако требовать от занимающегося абсолютно­го здоровья перед тем, как он приступит к практике медитации, тоже неправильно, поскольку одна из целей медитации — достижение здо­ровья. И здесь должен быть компромисс между степенью сложности медитативных упражнений и физическим состоянием организма.

5.1.1. Основы психогигиены в йоге

...В текстах "Махабхараты" можно найти много рекомендаций об отношении к жизни и системе жизненных ценностей. Эти книги — одни из первых, где говорится о теснейшей связи образа жизни, психологических установок и общего состояния здоровья. "Невежда изо дня в день находит сотни поводов для страха, тысячи — для печали, но не таков человек просвещенный... Страдание плоти порождается четырь­мя причинами: болезнью, прикосновением к вредному, утомлением, отлучением от желанного. Для врачевания болезней и плоти и созна­ния средства используются двоякие: с одной стороны — срочное при­менение целебных средств, а с другой — правильное размышление... Ведь от болезни сознания все тело воспаляется... Но как вода тушит пламя, так истинная мудрость врачует болезнь сознания; когда же сознание исцелено, приходит облегчение и телу. Корень болезней над­лежит усматривать в привязанности. Движимая привязанностью душа {к объектам} и познает страдание. Корень страданий — в привязанно­сти, причина страхов — в привязанности; привязанность несет людям и радостное возбуждение, и скорбь, и изнурение от тяжких трудов. Привязанность порождает страсть к {насыщению} органов чувств и страсть к внешним объектам... Как пламя, проникнув в дупло, сожжет без остатка все дерево с корнем его, так и скверна страсти... влечет к погибели.". 198: 2 :15 — 30]. Такая связь между привязанностью и страданием, включая физические болезни, полностью согласуется с буддийскими "четырьмя благородными истинами" (см. выше — раздел 1.2). Заметим, что Три Ауробиндо Гхош в неклассической Интеграль­ной йоге также ставит основным условием духовного прогресса отсут­ствие зависимости от объектов [42; 127 ]. Однако эта непривязанность у него осуществляется не буквально, а, в отличие от классических направлений йоги, на более тонком уровне — через внутреннюю не­привязанность, через соответствующую перестройку не поведения, а самого сознания.

"Глупцы — все в своей неудовлетворенности, удовлетворенности достигают мудрые. Жажда не имеет предела. А в удовлетворенности заключено наивысшее блаженство. Поэтому мудрые почитают удов­летворенность лучшим из сокровищ этого мира. Не вечна наша телес­ная оболочка, не вечна юность и сама жизнь, не вечно нажитое богат­ство, не вечна власть, не вечен союз любящих ["Ничто не вечно под Луной" — А. С. Пушкин (!) ] — и потому да не соблазнится мудрец ничем из этого!.. Лучше вовсе не мараться грязью, чем после отмывать­ся от нее," — продолжает "Араньякапарва" [98: 2:42—48 ].

Другие, более поздние тексты также дают указания по формиро­ванию здорового в психическом плане образа жизни, который обеспе­чивает успешное продвижение по пути йогического самосовершенст­вования. Много ценных эмпирических закономерностей описывается в "Йога-сутре" Патанджали: "Болезнь, умственная леность, сомне ния, апатия, перерыв, ложные восприятия, неуспех в сосредоточении и падение с достигнутой высоты суть заграждающие {путь} препятст­вия" [10:1: 30]. "Связанные со страданием препятствия суть: йеведе-ние, ложное самосознание {пристрастие}, отвращение и привязан­ность к жизни" [10:2:3 ]. "Препятствия к йоге суть убийство и прочие совершенные, вызванные или одобренные вследствие алчности, гнева или неведения, будут ли они слабые, средние или значительные. Спо­соб устранения их — думать о противоположном" [10: 2: 34 ]. Таким образом, афоризмы Патанджали — не только закономерности и систе­матизированные Свойства, но, одновременно, они представляют собой и убедительное руководство к действию, ключ к правильному самосоз­нанию.

В другом издании "Йога-сутры" [см. 131 ] есть такие строки: "Бо­лезни возникают в теле в основном по следующим причина»!: сон днем, бодрствование ночью, чрезмерность в сексе, движение в толпе, потеря правильных отправлении, плохая диета и утомительная умственная работа. Если невнимательный ученик подвергается болезням от этих причин, он говорит, что это возникло благодаря практике йоги.".

Далее Патанджали дает ряд рекомендаций для успокоения разума и приведения его в сосредоточенное состояние, которые ввиду их об­щего характера можно целиком отнести к правилам образа жизни. "Дружба, милосердие/радость, равнодушие {бесстрастность— Ю. К. } , делание себя предметом размышления в связи с предметами, счастли­вым или несчастливым, добрым или злым, смотря по условиям, успо­каивает Чипу." [10: 1: 33]. "Из довольства возникает высшее сча­стье." [10:2:42 ]. "Средство уничтожения неведения есть непрерывное упражнение в распознавании." [10:2:26 ]. "С уничтожением посредст­вом упражнения в различных {идеях, ветвях} йоги нечистоты знание {становится} озаренным до распознавания." [10: 2: 28]. Все перечис­ленные положения — условия, без соблюдения которых невозможен любой духовный прогресс.

Никакая йога невозможна без самоанализа, однако чрезмерное самокопание, безусловно, вредно. Излишнее духовное напряжение оставляет такие же негативные следы, как физическая переутом­ленность отражается на состоянии нашего тела. В любом развитии можно найти целые серии порочных кругов, когда один недостаток вызывает систематическое проявление других, и наоборот. Что ж, это тоже естественно, и не следует поддаваться печали. Самый луч­ший способ для избавления от недостатков и выхода за пределы "по­рочных кругов" — спокойная уверенность в том, что все самое лучшее обязательно случится. Главное — уверенность в успехе и настойчивое стремление к достижению высших уровней духовного и умственного развития.

5.1.2. Этические аспекты Садханы

Главный критерий правильности поступков, определявший всю линию поведения человека в древней Индии, — Дхарма, т. е. круг обязанностей, предписанных для данной касты. "Не кшатрий {воин — Ю.К .}тот, кто не знает гнева!" — вот {истина, доныне) слывшая на свете неоспоримой." [98:28:34 ]. "...Нехорошо во всех случаях прояв­лять пламенность сердца, нехорошо {также и} со всем смиряться. Че­ловека н изменно кроткого постигают многие беды; свои же слуги, да и люди сторонние, высказывают ему пренебрежение, и никто из живу­щих не уважает его... Презирая исполненного кротости, они домога­ются даже жен его, а жены, неразумные, ведут себя, как им заблаго­рассудится. Вечно предаются они развлечениям и чуть {отойдут} от супруга —{уже в грехе}, достойном наказания, {уже} порочны; а от порочных (жен} — одна беда!.. Если кто, обуянный лютостью, мощью пыла своего налагает {без разбору} всяческие кары и на правого, и на виноватого, то, одержимый вспыльчивостью, вступает он во вражду со своими друзьями, пожинает неприязнь всех людей, даже своих близ­ких... Тому же, кто в подобающем случае кроток, а в другом, по необ­ходимости, суров, поистине, уготовано счастье и в этом мире, и в ином." [98: 29: 6—23]. Как эти отрывки непохожи на тяжеловесные схоластические рассуждения средневековой Европы! Создается впе­чатление, что индийские древние тексты впитали в себя все солнце, всю мудрость и теперь передают ее нам сквозь века. Вообще ведические памятники далеки от какого бы то ни было догматизма и окостенело­сти, они не навязывают благочестие, а убеждают в его объективной целесообразности.

Согласно кастовой системе Индии, имеющей, впрочем, и свои эзотерические обоснования, "... дхарма — и только она — есть лодка, переправляющая на небо" [98: 32: 22]; "ленивого, погруженного в дрему, преследуют несчастья, а человек умелый неизменно вкушает плоды {своих действий} и наслаждается благополучием." [98 : 33 : 38-39].

В древнеиндийской традиции развивается учение о понимании дхармы (как и других аспектов, например жертвоприношений) с пози­ций трех гун— тамас, раджасисаттва (см. выше). "Кто следует дхарме ради самой лишь дхармы и терпит страдания, тот не мудр, не ведает он сути дхармы и терпит страдания, тот не мудр, не ведает он сути дхармы, как {не видит} слепой солнечного света" [98:34:23—24 ]. Казалось бы, это высказывание напоминает ересь, и оно противоречит всем призы­вам к исполнению свода правил дхармы; но — нет, это не так. Древняя традиция выделяла также три типа поведения человека по их причинной мотивации: Дхарму, Артху (полезную деятельность, обеспечива­ющую материальное благополучие индивида) и Каму (любовь — ис­точник наслаждения) [29 ]. Эти три типа деятельности взаимне пере­плетаются, обусловливая друг друга: "...Мудрые никогда не пренебре­гают ни дхармой, ни адхармой, ни артхой, ибо они порождают {блага} камы... Всегда дхарма порождает артху, артха же способствует дхар-ме... Наслаждение, возникающее при обретении житейских благ или от прикосновения к ним, есть кама... Стремящийся к артхе {пусть} идет {путем} высокой дхармы.., стремящийся к каме — {путем}! артхи; и только {путь} камы не приводит ни к чему другому..." [98:34:28—31 ]. И далее следует гениальное решение о правильном соотношении этих трех типов поведения: "...человек... не должен посвящать себя исклю­чительно дхарме, исключительно артхе или же только каме — пусть всегда служит он всем {этим целям}! Пусть на заре посвятит себя дхарме, в полдень — богатству, в конце дня — каме, пусть он так проводит свой день... И пусть он в юности посвятит себя каме, в зрело­сти — артхе, в старости — дхарме; так пусть живет согласно установ­лению шастр {т. е. законов, предписанных Богом, — Ю.К .}." [98:34: 38—40].

Действительно, наши обязанности в обществе можно выполнять настолько рьяно, что от такой деятельности рано или поздно наступит вред вместо пользы: "заставь дурака Богу молиться — он и лоб расши­бет!". Отношение к Дхарме, и вообще — к любой другой работе, с позиций тамас-гуны (т. е. темной, невежественной природы) рождает только тяготу и страдание. В " Бхагавад-Гите" сказано [95:17:18—19]:

"Подвиг, творимый ради славы, гордости, почестей, лицемерно
Называется здесь страстным, неверным, нестойким.
Подвиг, творимый с безумным начинаньем,
С самоистязанием или ради гибели другого, считается темным."

С позиций трех гун рассматривается и вопрос о непротивлении злу насилием. "Кто не обретет славы, отомстив за свои обиды, кто не проявит себя, тот {человек}, зря обременяющий собою землю, гибнет, словно бык {увязший в болоте}. По мне, коль человек не воздает за обиду, недостает ему на то усердия и доблести, {значит} бесплодным было рождение его... {Бессильное} негодование рождает муку, более жгучую, чем пламя," — сказано в "Араньякапарве" [98: 36: 7—12]. Если человек слаб, чтобы отомстить за обиду, то здесь не может идти речи ни о каком непротивлении злу насилием. Истинное "не убий!" состоит в том, чтобы, имея возможность отомстить за обиду, даже убить, — не воспользоваться ею [ 128; 129 ]. Именно к этому призывают все священные Писания, включая христианство. В то же время истин­ное значение совета подставить другую щеку, если вас ударили по одной (за что материалисты так часто смеялись над христианами), тоже имеет свою тайную символику. Истинное значение этой заповеди Христа соответствует формуле поздней йоги — "шип вынимается ши­пом" [77; 128 ]. Кстати, как в "Бхагавад-Гите", так и в других книгах "Махабкараты", включая прежде всего "Араньякапарву" и "Мокшадхарму", можно найти большое количество рекомендаций, едва ли не идентичных христианским. За неимением места, однако, мы их здесь не приводим.

Казалось, наблюдается явное противоречие: с одной стороны, нельзя потакать обидчикам и следует воздавать за обиды; с другой — в той же "Махабхарате" не раз говорится, что истинная мудрость йогов-отшельников не позволяет им пятнаться такими чувствами, как ревность и месть. Во всех священных Писаниях, включая хри­стианскую Библию, и в книгах по йоге [напр., 24; 129; 130 ] сказано, что человек не должен поддаваться чувствам мести и мстить, а вы­сшая добродетель — прощать обиды. Как же быть? Ответ на этот вопрос можно найти в работе [146]: "Если закон Кармы есть закон возмездия, то надо ли брать на себя исполнение этого возмездия? ...Сам человек не имеет права брать на себя выполнение закона Кар­мы, ибо этот закон непреложен сам по себе. Человек не должен мстить за причиняемую ему несправедливость — этим ведает Высший Суд — Закон Кармы. Слова: "Мне отмщение, и Аз воздам" — относятся к Закону Космической Справедливости. И кто из нас может знать, что полученный удар не есть заслуженный обратный удар Кармы. Возвращая же этот удар с местью в сердце, мы тем самым не только не исчерпываем свою Карму, но продолжаем ее и даже усиливаем в тяж­ком для нас направлении. Поэтому мы должны прощать нашим лич­ным врагам — иначе мы не выйдем из заколдованного круга Кармы.

Легенда говорит, что уничтожение земного врага посредством убийства есть создание сильного врага в Тонком Мире...

Но противиться злу мы должны, указует легенда. Противление злу есть необходимое условие эволюции. Есть много способов проти­виться злу, не усугубляя Карму, — прежде всего силами духа. Отпор врагу, нанесенный без злобы в сердце, по существу во сто крат мощнее. Долг каждого духовно развитого сознания — всегда быть на страже и по мере сил пресекать зло.

Человек призван к мировому строительству посреди хаоса и дол­жен воспитывать в себе мужество вечного дозора и участия в космиче ской борьбе, неустанно происходящей вокруг него... Мы не можем стать непротивленцами злу, не став в то же время предателями всего чело­вечества и пассивными пособниками зла./.../ По мере того как изживается жизнь человека, Карма погашается. Но в то же время создается новая Карма; в зависимости от мудрости человека будет и качество этой новой Кармы. /.../ Мы не должны воображать, что "судьба", выбранная для индивидуума, не поддается изменению; человек может изменить свою судьбу, реагируя на обстоятельства необычным обра­зом./

Безудержным стремлением вперед, к совершенствованию, чело­век может свою Карму обогнать, и она его не настигнет; остановивший­ся в своем развитии — получает полный ливень Кармы. Когда человек, стремясь к совершенствованию, развивает свои духовные силы, на­правляя их на пользу эволюции и для блага ближнего, он не только погашает всю свою Карму, но облегчает от последствий дурной Кармы все человечество. '

Силы Света, в силу закона свободы воли, не вторгаются в кармы человечества, но, повинуясь другому Космическому Закону — Закону Жертвы, Они часто принимают на себя карму человеческих ошибок, заблуждений, преступлений, освобождают человечество от тягостей его кармических последствий. Они являются, как Христос, теми Иску­пителями, которые время от времени появляются в мире, чтобы дать необходимый толчок эволюции человечества планеты.".

Таким образом, вопрос о непротивлении злу насилием может ре­шаться на разных уровнях, в зависимости от степени духовности чело­века.

Одна из основных назидательных линий "Махабхараты" состоит в том, что человек, живя в обществе, не может быть свободен от него. Нарушение долга Дхармы считалось в Индии тяжелым преступлени­ем, и даже говорилось, что "лучше плохо исполненная дхарма, но своя, чем хорошо исполненная, но чужая". Дело в том, что согласно пред­ставлениям древних индусов человек рождается в той или иной касте не случайно; каждое его рождение — результат духовной эволюции и проявление закона Кармы. Совершенствуясь, человек с каждым новым своим рождением поднимается от одной касты (Варны) к другой, более высокой. Этот естественный путь нельзя ускорить даже йогой, если предписания своей, более низшей касты, чем брахманская, перестают выполняться. Считалось, кроме того, что брахманы всегда потенциаль­но могут выполнять действия низших каст — кшатриев, вайшьев и шудр; кшатрии — вайшьев и шудр, кроме своих собственных. Однако, если такое и случалось в действительности, то оно считалось позорным и оскорбительным.

В связи с этим, кстати, решается вопрос и о последователях Л. Н. Толстого, которые в начале века, да и сейчас, отказываются идти в «армию, брать в руки оружие, но от жизни в обществе не отказываются. Вряд ли бы это им удалось в древней Индии! Ста­новление на путь духовного совершенствования в ведийской йоге обязательно сопровождалось отказом от пользования всеми обще­ственными материальными благами. Человек уходил в лес, в пе­щеры и там уже считал себя свободным от общественных обязан­ностей, от всякого рода долгов и обязательств. Толстовец в услови­ях древней Индии был бы немедленно исключен из касты, что поставило) бы его в положение худшее, чем положение неприкаса­емых! Такое наказание, до сих пор существующее в Индии, при­мерно сходно с отлучением от католической церкви в средневеко­вой Европе.

Другой важный аспект жизни человека в обществе — его окруже­ние: родственники, знакомые и друзья. "Общение с невеждами порож­дает путы заблуждений, а общение с праведными изо дня в день рож­дает добродетель. Посему тот, кто стремится к высочайшему покою, должен искать общения с людьми умудренными, зрелыми, благопо­лучными, добрыми, предающимися подвижничеству... Общение с та­кими {людьми} предпочтительнее даже, нежели {изучение} шастр. Хотя и бездействуя, но пребывая в кругу следующих благочестию праведников, мы можем обрести благую заслугу; угождая же грешни­ку, {сами впадаем} во грех. От лицезрения нечестивых, от их касаний, бесед и близости с ними преуменьшается добродетель, и уже не может человек достичь совершенства. Вот и разумение человеческое: от об­щения с ничтожными принижается, с людьми средними — усредняет­ся, при общении же с лучшими людьми приближается к совершенст­ву." [98:1:22—30].

Суммируя содержание древних текстов и наставлений йогинов нового времени [15; 63; 64; 128; 129 и др.], можно дать следующие рекомендации для западного человека, который желает стать на путь йогического совершенствования. Не следует пытаться сразу вытащить себя из того житейского болота, в котором еще находятся многие люди. Более того — это и невозможно. Из мещанской трясины и житейских дрязг следует вылезать постепенно, очищая себе Путь неторопливыми, но настойчивыми усилиями. Портить отношения с людьми, рвать ус­тоявшиеся, особенно родственные, связи недопустимо даже в целях йоги. Усиленные занятия медитацией и другими упражнениями йоги без подготовленной для этого почвы вредны. Семена можно сеять толь­ко в подготовленную для этого почву. Вспомним притчу о сеятеле, которую дал ученикам Иисус [Матф.: 13:3—23 ]: одни семена упали на сухую каменистую почву, солнце и ветер (т. е. жизненные трудности) иссушили их; другие попали в тернии, и те заглушили молодые ростки; и только третья часть семян попала в должным образом подготовлен­ные условия и потому дала плоды.

Психологам известен эффект дезадаптации, когда ввиду изоляции или других социальных причин человек теряет выработавшиеся в про­цессе жизни приспособления к жизни в обществе. Попробуйте проана­лизировать себя в течение одного дня, и вы найдете, что буквально каждый вид деятельности вызвал в вас появление соответствующих адаптации, которые перешли в ваше сознание едва ли не Ka к условные рефлексы. Ведя одинокую жизнь, человек привыкает к ней, и ряд приспособлений к жизни в коллективе у него постепенно незаметно исчезает. Попав затем из одиночества в бурный круговорот жизни, он начинает испытывать сильнейший стресс. Поэтому многие йоги-на­ставники [напр., 22—24; 131 ] советуют не менять резко условия жиз­ни. Резкие изменения социальной обстановки допустимы лишь как исключения, ввиду, например, какого-то резкого озарения или интуи­тивного прозрения.

Самый лучший путь для западного человека — постепенно встра­ивать в свою жизнь элементы йоги, один за другим заменяя какую-то негативную черту, порок или вредную привычку на светлый йогический аспект. Не следует пытаться сразу бросить работу и жить отшель­ником. Можно постепенно становиться йогом, добросовестно исполняя служебные обязанности. Пока человек долгим серьезным усилием не уничтожил свою Карму, пока та не подошла к своему естественному завершению, не следует пытаться преждевременно выйти за пределы возрастных и социальных групповых различий. Шри Ауробиндо Гхош [42—44 ] неоднократно подчеркивал, что жизнь в обществе — лучшее поле для деятельности в целях йоги, прекрасная возможность для са­мореализации и творческого развития индивидуальности. Тому же учили и Е. И. и Н. К. Рерих [напр., 118; 120].

В то же время, не осознав всю значимость уединения, осо­бенно необходимого на высоких уровнях практики йоги, ника­кой прогресс не станет возможным. "Прочтите и сосчитайте, сколько раз даже Христос удалялся в пустыню. Даже Его Дух нуждался в пране", — сказано в "Живой этике" Рерихов [116: с. 133]. В йоге считается за аксиому, что без уединения невоз­можно никакое очищение разума (Читта-Шуддхи).

Для человека, который стремится к духовному развитию, должны быть полезны следующие "правила разговора", которыми руководст­вуются йоги [130]:

1. Произносите лишь хорошие, истинные и прекрасные слова.

2. Не произносите даже хороших, истинных и прекрасных слов, если вы этим можете огорчить другого или ему повредить.

3. Не вдавайтесь в рассуждения.

4. Не повторяйте сплетен или пустую болтовню. Не важно, соот­ветствуют ли они действительности или нет.

5. Не говорите лишних слов. Каждое ваше слово должно соответ­ствовать вашей мысли. Думайте все то, что говорите, во не говорите все то, что думаете. Поступая так, вы не только прослывете за правдивого человека, но вы действительно будете тем, кто всегда говорит правду.

Полезно помнить, что в древней ведической литературе такие чувства, как ненависть, злоба, страх, беспокойство, зависть и др. рас­сматривались как психиатрические синдромы [177 ].

Однако Шри Рамакришна [см. 104: с. 269 ] предостерегал: "Чело­век, живущий в обществе, должен иметь немного Тамаса для целей самозащиты. Но это нужно только для видимости, для того, чтобы помешать злым людям действительно нанести вам вред. Но в то же время вы не должны сами бредить никому на том же основании, что он сделал что-нибудь дурное вам.".

Уместно здесь рассмотреть и такие понятия, как "грех" и "покая­ние". Они являются основными в христианстве, а также имеют важное значение в других религиозных учениях (например, в иудаизме и амитаизме). А. Гхош [42] отмечал, что йогический образ мышления не тождествен религиозному. Это относится и к названным понятиям. Так, Свами Рамаянда [130] рассматривает грех как практическое или умственное действие или чувства, которые затрудняют, препятствуют духовному развитию человека. Сходное определение греха приводит и Адин Штайнзальц [165], основываясь на древних воззрениях иудаиз­ма. Принципиально такое понимание греха в литературе по йоге не противоречит нисколько никаким сугубо религиозным концепциям, включая и христианство. Однако многие люди в нашем обществе не склонны рассматривать свои действия с позиций "греховности" и тем более не желают покаяния. Что же такое "покаяние"? В "Араньякапарве" [98: 246: 25] сказано: "Единство души и чувств достига­ется покаянием". Таким образом, покаяние есть не что иное, как психологическое действие по приведению в соответствие высших духовных устремлений и ценностей индивида с конкретной само­оценкой его практической деятельности. Понятно, что если первый элемент — духовная устремленность — отсутствует или находится в зачаточном состоянии, то и покаяние такому человеку кажется неле­пым занятием. В йоге покаяние очень важно, поскольку оно является естественным следствием самосозерцания и самоанализа. Основы по­каяния в йоге следующие [130 ]:

1. Покаяние принимается и выполняется сугубо добровольно.

2. Оно должно быть связано с совершенным проступком.

3. Оно должно помочь ученику управлять собой и победить жела­ния низшего уровня.

4. Оно не должно наносить серьезного вреда физическому телу или сделать его неспособным к труду.

5. Оно должно выполняться благоговейно, искренно, с полным осознанием его святости и реальной значимости для людей.

Некоторые ученики, однако, склонны вместе с покаянием дли­тельное время переживать ввиду ощущения своей греховности, мо­рально-нравственного несовершенства, что противоречит общей на­правленности йоги — направленности к Совершенству. Ложное чувст­во вины, постоянное ощущение своей греховности, по сути, препятст­вуют дальнейшему росту духовности, затрудняя прогресс [42 ], это — "оковы для души".

Не следует обсуждать предпринимаемого вами покаяния с други­ми людьми; пусть оно будет священным и тайным, поскольку касается только вас и вашего Гуру или, если у вас нет Гуру, вас и Бога. Нет такого греха, который нельзя было бы исправить.

Один из типов покаяния — пост. Он полезен не только для физи­ческого состояния (при правильном его соблюдении), но и для духов­ного прогресса [130]. Например, отказ от мясной пищи помимо чисто физиологической пользы автоматически снизит степень агрессивности вашего душевного склада, и увеличится терпимость к окружающим [3; 132].

5.1.3. Распорядок дня

Теперь мы должны рассмотреть такой важный аспект, как распо­рядок дня, точнее — принципы конструирования оптимального режи­ма активности в течение суток, который соответствует представлениям йоги. Рассмотрим несколько возможных вариантов. Так, Венцеслав Батимов — известный йогин, проживающий в Болгарии, рекомендует следующий распорядок дня [60: с. 185 ]:

1. Пробуждение (между 4 и б час), саморасслабление (несколько минут) в постели и бодрый подъем.

2. Ополаскивание рта, чистка зубов и языка.

3. Выпивание чашки прохладной воды.

4. Опорожнение мочевого пузыря и кишечника.

5. Очистка носа (Сутра Нети и Джаля Нети).

6. Холодный душ или обтирание мокрым полотенцем.

7. Концентрация на горящей свече (5—10 мин.).

8. Открывание окна и разогревание тела (Сурья Намаскар).

9. Дыхательные упражнения.

10.  Саморасслабление (1—3 мин.).

11.  Асаны.

12.  Саморасслабление (неменее5мин).

Приводимую схему редакция русского перевода книги В. Евтимо-ва назвала крайне своеобразной и рекомендовала ее в виде исключе­ния. Кроме того видно, что, во-первых, концентрация (Дхарана) вы­полняется не после асан, а до них, что противоречит восьмеричной схеме Патанджали. Во-вторых, и это сразу заметно при первом же ее просмотре, схема Евтимова основную роль отводит физической сторо­не совершенства, т. е. это схема Хатха-йоги. Медитативные упражне­ния, по крайней мере утром, в ней не предусмотрены, или о них ничего не упоминается. Так или иначе, практика йоги Венцеславом Евтимо-вым показала, что можно достичь очень больших успехов в плане достижения физического здоровья и контроля над своим телом. Анали­зируя изложенный выше распорядок дня, можно, кроме того, сделать вывод, что возможности человека по сознательному конструированию своего образа жизни безграничны. Следует, впрочем, заметить, что Хатха-йога, которую практиковал Теос Бернард [15] в условиях ти­бетского монастыря, весьма сильно отличалась от схемы Евтимова хотя бы тем, что концентрация на свече и медитация над внутренними звуками занимала не менее 30—40 мин, и, кроме того, обычно 1—2 часа в сутки отводилось для чтения священных текстов. Кроме того, Теосу Бернарду было разрешено участвовать в обсуждениях философ­ско-религиозных вопросов, включая самое непосредственное обучение основам тибетских учений. В такие дни, естественно, оставалось мень­ше времени на чтение духовно-религиозной литературы.

Следует отметить, что традиционная рекомендация хатха-йогов вставать рано утром — около 4—5 часов утра, имеет одно немаловаж­ное обоснование, существенное и для Дхьяна-йоги. Оно состоит в том, что к 5 часам утра концентрация половых гормонов в крови достигает максимального значения в течение суток [70 ]. Поскольку существует мнение [напр., 69], что одна из основных причин старения связана с избытком половых гормонов в организме, отшельничество должно быть скомпенсировано должным образом. Поскольку практически все упражнения в йоге позволяют или помогают переводить сексуальную энергию в духовную (сублимация либидо — в терминах Фрейда), ран­ний подъем и занятия йогой позволяют существенно уменьшить сексу­альное возбуждение. Это обстоятельство учитывается и в монастырях, поскольку как в православном христианстве, так и в буддийских ду­ховных обителях подъем происходит очень рано — от 4 до 5 часов утра.

Некоторые специалисты (например, Анатолий Иванов — в одном из своих публичных выступлений) утверждают, что занятия Хатха-йогой по утрам очень хороши и полезны, но после них очень трудно работать — организм как бы впадает в состояние, при котором любая тяжелая работа становятся мучительной. Отчасти это справедливо, но по другим известным автору сведениям (которые также были лично проверены), таких негативных явлений можно избежать, если после асан Хатха-йоги занимающийся, невзирая на свежесть организма по­сле сна, добросовестно выполнит расслабление в Шавасане, несколько удлинив ее продолжительность. Тогда организм будет готов даже к тяжелой работе, если, правда, она не противопоказана вам по каким-либо другим, например медицинским, соображениям.

Некоторые раджа- или бхакти-йогины [напр., 22—24 ] считают Хатха-йогу едва ли не бесполезным занятием, "акробатикой". Они полагают, что Раджа-, Бхакти- и Дхьяна-йога могут дать полное изле­чение от разных физических недостатков и укрепить здоровье. Это действительно так; исцеления верующих неоднократно случались да­же в христианстве. Однако достижение таких эффектов требует до­вольно высокого "уровня квалификации" в медитативной йоге, и в большинстве случаев новичкам просто недоступно. Поэтому автор ре­комендует включать практику асан (которые лучше разучивать в сек­ции Хатха-йоги под руководством опытного наставника) в циклы за­нятий.

Общие правила, существующие в йоге, здесь следующие [128; 131; 136 ]. Продолжительность медитации должна быть не меньшей, чем общая длительность выполнения асан и других упражнений Хатха-йоги. Длительность Шавасаны ("позы трупа", Савасаны) должна быть не меньше, чем 1/4 от всей продолжительности асан. Ни в коем случае не следует делать асаны или другие упражнения йоги, когда вы куда-то торопитесь или опаздываете, например на какую-то встречу! Главное условие всех занятий — отсутствие резких мятущихся мыслей, судо­рожных порывов, незатихающих страстей. Другие ограничения и про­тивопоказания изложены в следующей главе, и их следует изучить до начала практики медитативных упражнений.

Вечером следует уделить 0,5 — 1 час подготовке и проведению вечерних упражнений. Если основной цикл занятий (включающий асаны, пранаямы, дхарану и дхьяну) вы сделали утром, то в вечернее время следует уделить некоторое время освоению новых асан, разучи­ванию текстов молитв или формул-мантр (см. Приложения 4 и 5). Чтение литературы, способствующей духовному развитию, является едва ли не обязательным занятием, которое лучше проводить по вече­рам.

Таким образом, наилучшее время для медитативных занятий — 4—5 часов утра (Брахмамухурти — "час Брахмы") или 7—8 часов вечера [64; 131; 179]. Если поутру чувствуется сонливость, следует освежить лицо холодной водой. Ложиться спать лучше всего рано — в 21—22 часа. Занимающийся должен высыпаться: продолжительность сна должна быть не менее б—7 часов (!). Для продвинутых йогов может быть достаточно и 2—3 часов сна [19 ].

Полезно также завести дневник, специально предназначенный для самоконтроля успехов в выполнении упражнений йоги. В этом дневнике следует отмечать не только успех в практике, но и неудачи, например, при выполнении какой-то группы упражнений. Л. Н. Тол­стой, например, не занимался йогой, однако в его дневниках содержит­ся глубокий анализ этапов своего морально-нравственного развития; он не стеснялся отмечать там заблуждения и ошибки своего понимания людей и общества. Свами Шивананда [131 ] рекомендует выделить в дневнике следующие графы: 1) названия асан; 2) вид медитации; 3) очистительные процедуры; 4) диета; 5) мантры и джапа; 6) состоя­ние комнаты; 7) какую книгу вы читали с пониманием.

Общие схемы распорядка дня существуют в монастырях. Живя в обществе, следует самостоятельно определить оптимальное для вас расписание Логической практики. Следует организовать свой день так, чтобы оставалось также время на работу и на совершенствование про­фессиональных знаний. Рациональное планирование времени — ис­кусство. Однако не следует унывать, если составленное вами расписа­ние не выполняется полностью. Все расписать по минутам в нашем мире невозможно, и всегда будут какие-то отвлекающие факторы.

Йога (как, впрочем, и любое другое учение) никогда не дает гото­вых рецептов, как жить. Важно усвоить лишь общие принципы, к которым следует стремиться, и правила, которые желательно соблю­дать. Вспомним высказывание из "Бхагавад-Гиты" [95: 6: 16—17], которое мы уже приводили в начале книги:

"Йога не для того, кто в еде неумерен или ничего не вкушает, Кто привык слишком много спать или бодрствовать, Арджуна: А для умеренного в еде, в воздержаньи, умеренного в делах, в движениях, Для умеренного в сне и в бодрствовании предназначена скорбь уносящая йога."

Это — общее правило, и им надо руководствоваться в первую очередь. Такой подход близок к буддийской концепции "срединного пути" [напр., 50] и положениям многих других религиозно-философ­ских учений, включая христианство. Эти взгляды о необходимости умеренности во всем отразились также и в "Никомаховой этике" Ари­стотеля. Вообще отказ от крайностей в чем-либо встречается почти во всех учениях Востока и Запада. Для начинающего осваивать йогу та­кой подход — самый лучший.

Известны факты, когда люди, которые практиковали упражнения йоги, в конечном итоге становились едва ли не полуинвалидами и даже попадали в психиатрические клиники. Такие ситуации, как многие считают, показывают непригодность индийской йоги к нашим услови­ям. Нет ничего более неправильного, чем подобные утверждения! Ис­тинная причина таких негативных явлений — попытки совершать сложные упражнения йоги без соответствующей морально- психологи­ческой или физической подготовки. Когда человек стремится с разбегу перепрыгнуть широкую канаву, есть все основания полагать, что он может свернуть себе шею.

"Чрезмерных {упражнений} в йоге и {полного} отказа от йоги должен избегать стремящийся к благу," — сказано в "Мокшадхарме" [95: 289: 24 ]. Этим принципом должен свято руководствоваться каж­дый ученик в йоге, особенно тот, кто пытается заниматься без Учителя.

5.1.4. Секс и вредные привычки

Секс и вредные привычки необходимо рассматривать как факто­ры, сдерживающие прогресс в йоге вообще и в медитации в частности. Однако следует сразу оговориться, что секс не приравнивается к "вред­ным" привычкам. Хотя многие авторы [напр., 131 ] рекомендуют пол­ное воздержание как условие любого прогресса в йоге, можно вспом­нить, что приверженцы тантризма Левой руки и некоторые другие религиозные секты Востока осуществляют зачастую целые сексуаль­ные оргии, а большинство видных общественных деятелей Индии были женатыми людьми. Поэтому нельзя однозначно заявить, что секс — это вредная привычка. Кроме того, древние даосы считали, что взрос­лый человек, который не живет половой жизнью, не может иметь не только здорового тела, но и здоровых мыслей [69 ]. В Индии широко распространен культ Шакти, понимаемого как почитание женского начала, дающего силу. Без противоположного пола сознание инертно, и Шакти оплодотворяет мысль, только тоща мышление плодотворно. Однако следует учитывать, что тантрические сексуальные таинства осуществлялись по строго определенному ритуалу, с соблюдением це­лого ряда специальных правил. Одна из целей таких правил — предот­вращение избыточных потерь гормонов [19 ], что разрушающе дейст­вует на здоровье. Поэтому легче сказать, чего нельзя допускать в сексе. Это — избыточность, переутомленность, большая частота сношений, некорректность в обращении с другим полом (поскольку последствия могут оказаться пагубными для сознания), неразборчивость в отноше­нии партнеров и частая смена партнеров.

Все сексуальные извращения недопустимы, и организм облада­ет всеми регулирующими функциями для компенсации воздержа­ния, как неоднократно отмечал Свами Шивананда [131; 132 ]. Так, например, избыток семени у мужчин выделяется при мочеиспуска­нии или параллельно с опорожнением кишечника. Практика йоги позволяет развить подобные регуляторные механизмы, и различные отклонения типа мастурбации, онанизма и проч. прекратят свое проявление.

В соответствии с ведическими, наиболее жесткими правилами, секс допустим только между супругами и только в дни, благоприятные для зачатия детей [22—24; 29 ].

Некоторые наркоманы считают, что они духовно развиваются, когда их сознание под действием наркотиков выходит в иные миры. Нет ничего более далекого от истины! Действительно, Кундалини зачастую поднимается, так как не может далее оставаться в отравленном нарко­тиком теле, и сознание при этом переходит в иные астральные проек­ции. Однако Самадхи, вызванное наркотическим веществом, сопро­вождается разрушением телесных функций при опускании Кундалини; астральные каналы загрязняются, и для последующих пробужде­ний Кундалини требуются все большие и большие дозы. В итоге нор­мальное возникновение Самадхи, а постепенно — и вообще нормаль­ные психические функции становятся все труднее достижимыми, и при систематическом употреблении наркотиков уже требуется помощь психиатра-нарколога. Кроме того, наркотики стоят больших денег. Привыкший к ним человек готов совершить любое преступление, что бы достать деньги и купить очередную порцию наркотического веще­ства. Стоит ли еще объяснять, что наркомания противоречит не только йоге, но и любому религиозному прогрессу?!

Алкоголь и курение — существенные факторы, задерживающие развитие. Они приводят к отравлению физического тела и загрязнен­ности астрального тела, перекрывают нормальное проистекание Праны внутри организма. В тех случаях, когда Прана вынуждена сама открывать себе новые пути, поскольку традиционные нади (астраль­ные каналы) забиты нечистотами, возможно наступление психических синдромов.

Однако нельзя подходить к йоге догматически. Практика йоги позволяет избавиться от многих порочных привычек без самоистяза­ния и стрессов, автоматически, ненавязчивым образом. Нельзя гово­рить, что до тех пор, пока человек полностью не расстался с алкоголем или курением, приступать к занятиям йогой не следует. Если человек курит и (или) пьет — значит, он не добьется никаких успехов в йоге, и идея самоусовершенствования для него еще недоступна в практиче­ском плане. Настойчивость в занятиях йогой позволяет свести к мини­муму вредные привычки. Следует также учитывать, что и врачи не рекомендуют сразу, резко изменять привычки и образ жизни. Если человек долгое время пил или курил, то бросать следует постепенно [напр., 176].

Для того чтобы бросить пить и курить, допустимы все средства, включая и обращение к наркологу (которое не противоречит занятиям йогой!). Однако следует помнить, что во всех случаях не следует пре­вращать преодоление вредных привычек в навязчивый психический синдром. Запретный плод всегда сладок, а стремление подавить жела­ния (даже нездоровые) всегда оборачивается затем настоящей бурей страстей. Так учил Шри Ауробиндо [44; 127], и по его же методу лучшее средство—не пускать в себя дурные наклонности, отбрасывать мысль о курении или выпивке, уходить от таких мыслей. Все начина­ется именно с мысли: "надо покурить", "теперь можно и выпить" и т. д. Поэтому лучше отбрасывать эти мысли, отойти от них, чем пытаться их насильно подавить, убить.

Автор исходит из той позиции, что если йога позволит вам выку­рить хотя бы на одну-две сигареты в день меньше, то на первых порах и это хорошо. Важно лишь желание — расстаться со всеми вредными привычками, которые ослабляют ваше здоровье и (или) сознание.

В заключение следует отметить, что и карточные и другие азарт­ные игры всегда вызывали отрицательное отношение к себе во всех религиях: в христианстве, буддизме и проч. [напр., 50 ]. Следует хоро шо усвоить, что жизнь дается человеку в этом теле только раз, и использовать ее в целях совершенствования надо максимально. Кроме того, сторонникам "игровых" теорий развития способностей человека следует прямо заявить, что йога такое развитие позволяет осуществить проще и в более сильных формах. Поэтому стоит ли тратить золотое время на пустые игры и хлопоты?

Все вредные привычки искоренятся, если у занимающегося есть твердое стремление к самосовершенствованию; все остальное — лишь детали, главное — цель и правильность пути!

5.1.5. Совершенствование духовных знаний

Процесс совершенствования духовных знаний, с учетом рекомен­даций Свами Шивананды [131; 132; 179], А. Ч. Бхактиведанты [24], СвамиРамаянды [130] и других Учителей, включает в себя следующие аспекты:

1. необходимо стать безупречным человеком в быту и научиться оказывать должное уважение другим людям;

2. не следует изображать из себя верующего только ради имени и славы; тем более не следует гордиться своим атеизмом, особенно в обществе верующих людей;

3. не следует приносить беспокойства другим ни своими действия­ми, ни мыслями, ни словами;

4. нужно научиться быть терпеливым и не поддаваться на чьи-то провокации; следует также избегать пустых споров, дискуссий, бессо­держательной болтовни;

5. необходимо научиться избегать двуличности в отношениях с другими;

6. найдя истинного духовного учителя (Гуру). следует служить ему и задавать уместные вопросы; ученик не должен мешать Учителю, поскольку тот тоже продолжает свое духовное совершенствование, но уже на другом, более высоком уровне, имея одного или нескольких учеников;

7. живя в обществе, следует соблюдать все его регулирующие нор­мы поведения; Иисус говорил, что следует давать Богу то, что принад­лежит ему, а кесарю — кесарево;

8. следует периодически следить за ненарушением принципов, из­ложенных в священных Писаниях; во всех случаях и жизненных ситу­ациях они должны соблюдаться; изучение твердой доктрины одновре­менно оказывает огромную помощь в Садхане;

9. необходимо полностью воздерживаться от всего, что может по­мешать процессам самопознания или задержать ваш духовный рост;

10.  не следует принимать материальных благ больше, чем это не­обходимо для вашего тела или духовного развития;

11.  не следует считать своей собственностью тех людей, с которыми вы связаны родственными или иными отношениями;

12.  не следует пытаться избавиться от всех страданий материаль­ного тела, лучше — найти способ вновь обрести ваше духовное "Я";

13.  не следует привязываться ни к чему, кроме того, что необходимо для вашего духовного прогресса;

14.  не следует привязываться к жене, детям и родственникам силь­нее, чем того требуют священные Писания; однако не следует пытаться заставить их помогать вашему духовному прогрессу, это — тоже эго­изм, только другого, более тонкого вида;

15.  не следует огорчаться и страдать, если кто-то думает иначе, чем вы; каждый человек имеет свою собственную линию духовной эволю­ции и его пути развития могут, да и обычно ие совпадают с вашими;

16.  будучи терпимым к чужим мнениям и любя людей, не заводите все же дружбы с ярыми атеистами, если вы — верующий, а также с людьми, которые погрязли в разного рода пороках; такая жертва может скорее нанести вред вам, чем принести пользу им;

17.  нужно развивать вкус к уединению в тихой и спокойной атмос­фере, благоприятной для духовной жизни, и избегать шумных сборищ, особенно таких, где имеют место национальная, религиозная или дру­гая непримиримость;

18.  следует уяснить, что духовное знание вечно и беспредельно, тогда как чисто интеллектуальный мусор затрудняет не только духов­ный прогресс, но и умственное развитие.

Книги "Живой этики" и другие работы Н. К. и Е. И. Рерих [116— 121] могут служить здесь постоянным руководством, позволяющим избежать многих деформаций в духовном прогрессе.

5.1.6. Благоприятные астрологические соответствия

Каждый человек, родившийся под тем или иным знаком зодиака и планетой, имеет свои, благоприятные для него атрибуты: цвет, число месяца, день недели, металл, камень, дерево и т. д. [64 ]. Эти аспекты, будучи учтены занимающимся, усиливают его духовное продвижение благодаря усилению потока энергии по цепочке "космос—природа— человек", а также способствуют его психологической защите. Эти до­полнительные по отношению ко всей духовной практике человека условия, связанные с космоастрологическими факторами, следующие:

ОВЕН — дни рождения с 21.03 по 20.04; цвет — красный, число месяца — 9, день недели — вторник; металл — железо; камень — кровавик;

ТЕЛЕЦ — дни рождения с 21.04 по 21.05; цвет — синий; число месяца — 6; день недели—пятница; металл — медь; камень—бирюза;

БЛИЗНЕЦЫ — дай рождения с 22.05 по 21.06; цвет — оранжевый; число месяце—5; день недели — среда; металл—латунь; камень — агат}

РАК — дни рождения с 22.06 по 22.07; цвет — зеленый; числа месяца — 2 и 7 (два числа); день недели — понедельник; металл — серебро; камень — лунный камень;

ЛЕВ — дни рождения с 23.07 по 22.08; цвет — желтый; число месяца — 1; день недели — воскресенье; металл — золото; камень — светлый янтарь;

ДЕВА— дни рождения с 23.08 по 23.09; цвет — оранжевый; число месяца — 5; день недели — среда; металл — латунь; камень — брил­лиант;

ВЕСЫ — дни рождения с 24.09 по 23.10; цвет — синий; число месяца — 6; день недели — пятница; металл — медь; камень —сапфир;

СКОРПИОН — дни рождения с 24.10 по 22.11; цвет — красный; число месяца — 10; день недели — вторник; металл — железо; камень — рубин;

СТРЕЛЕЦ — дни рождения с 23.11 по 21.12; цвет — фиолетовый; число месяца — 3; день недели — четверг; металл — железо; камень — топаз;

КОЗЕРОГ— дни рождения с 22.12 по 20.01; цвет — черный; число месяца — 8; день недели — суббота; металл — свинец; камень — черный янтарь;

ВОДОЛЕЙ — дни рождения с 21.01 по 18.02; цвет — коричневый; число месяца — 4; день недели — суббота; в качестве металла исполь­зуется антрацит; камень — черный янтарь;

РЫБЫ — дни рождения с 19.02 по 20.03; цвет — фиолетовый; число месяца — 3; день недели — четверг; металл — железо; камень — аквамарин.

Кроме перечисленных соответствий, до нас дошли и древние зна­ния друидов. Они предполагают соответствие между временем рожде­ния человека и деревом, которое ему благоприятно и может оказать помощь. В отличие от других гороскопов, один знак в системе друидов находится в двух точках. Это объясняется тем, что каждое растение имеет две существенные точки реализации — цветение и плодоношение; центр зимнего сна и максимального летнего пробуждения. Реко­мендуется найти "свое" дерево, которое должно быть в уединенном, не очень доступном месте; прикоснуться к нему, доверить ему свои тре­воги и попросить помощи. Выбор поможет сделать следующая таблица соответствий деревьев датам рождения людей [7 ]:

1. ЯБЛОНЯ: 23 декабря — 1 января; 25 икмщ — 4 июля;

2. ПИХТА: 2-11 января; 5-14 июля;

3. ВЯЗ: 12—24 января; 15—25 июля;

4. КИПАРИС: 25 января — 3 февраля; 26 июля — 4 августа;

5. ТОПОЛЬ: 4—8 февраля; 5—13 августа;

6. КЕДР: 9—18 февраля; 14—23 августа;

7. СОСНА: 19—28(29) февраля; 24 августа — 2 сентября;

8. ИВА: 1—10 марта; 3—12 сентября;

9. ЛИПА: 11—20 марта; 13—22 сентября;

10.  ОРЕШНИК: 22—31 марта; 24 сентября — 3 октября;

11.  РЯБИНА: 1—10 апреля; 4—13 октября;

12.  КЛЕН: 11—20 апреля; 14—23 октября;

13.  ОРЕХ: 21—30 апреля; 24 октября — 2 ноября;

14.  ЖАСМИН: 1—14 мая; 3—11 ноября;

15.  КАШТАН: 15—24 мая; 12-23 октября;

16.  ЯСЕНЬ: 25 мая — 3 июня; 22 ноября — 1 декабря;

17.  ГРАБ: 4—13 июня; 2—11 декабря;

18.  ИНЖИР: 14—23 июня; 12—21 декабря;

19.  ДУБ: 21 марта (день весеннего равноденствия);

20.  БЕРЕЗА: 24 июня (день летнего солнцестояния);

21.  МАСЛИНА: 23 сентября (день осеннего равноденствия);

22.  БУК: 21—22 декабря (день зимнего солнцестояния).

Все атрибуты, которые для вас особенно благоприятны ввиду аст­рологических соответствий, следует четко знать и использовать при каждой малейшей возможности. Древние придавали им огромное зна­чение [59 ], которое сохранилось и в наши дни, несмотря на многие изменения в условиях экологической среды и некоторых свойствах воздействия Космоса. Эффект от медитации резко возрастет, если вы­брано правильное время, удобное место и соблюдены все остальные благоприятные факторы, но этому не так просто научиться сразу [см. также 109].

5.2. Диета

Вопрос о диете в Мантра-, Джняна-, Карма- и Дхьяна-йоге не представляет предмета такой первостепенной важности, как, напри­мер, в Хатха- и Нада-йоге. Однако успех в медитации, тем не менее, максимален при соблюдении всех аспектов восьмеричного пути Патан-джали. Этот комплексный подход к занятиям и образу жизни реализу­ется в Аштанга-йоге.

Самый важный аспект диеты (Митахары) — общие качества пи­щи. В "Бхагавад-Гите" [95:17: 7—10] сказано:

"Пища, приятная всем, бывает троякой,
Равно как подвиг, жертва, дары; об этом внемли:
Пища, повышающая долголетие, крепость, силу, здоровье, благодушие, бодрость,
Сочная, маслянистая, укрепляющая, вкусная, дорога саттвичным людям.
Острая, кислая, соленая, слишком горячая, возбуждающая, сухая,
Жгучая пища страстным приятна; страдание, тяжесть, болезнь она причиняет.
Гнилая, безвкусная, вонючая, переночевавшая, оставшаяся от трапезы пища,
Для жертвы негодная — дорога темным."

В "Араньякапарве" нет абсолютного запрета на использование в пищу мяса: "Относительно мясной пищи мудрецы говорят: кто прини­мается за еду лишь после того, как должным образом, согласно {жерт­венному} обряду сделал подношение богам и усопшим предкам, того не осквернит {никакая} пища. Такого {человека} не {порицают} зато, что он ест мясо, говорят Веды: ведь все равно остается брахманом тот, кто дал обет воздержания; а сам имеет сношения со своей супругой в положенное время" [98:199:11—12].

В наших современных условиях, когда не исключено возникнове­ние голода и в магазинах ничего нет, человеку часто остается выбирать между полным отсутствием пищи и недиетическими продуктами. Ко­нечно, в этих обстоятельствах, при отсутствии полноценной и разно­образной растительной пищи, компенсирующей неупотребление мяса, едва ли не любой продукт годен. Кстати, йоги в экстремальных ситуа­циях могут употреблять любую пищу, т. к. многие упражнения позво­ляют обезвреживать токсичные вещества, содержащиеся в еде или образующиеся при ее переваривании. Однако стоит задуматься: а всегда ли за нашу жизнь должны отдавать свои жизни те животные, мясо которых мы поедаем? Мало того, что видно явное несовершен­ство подобного положения вещей, поедание мяса — прямое наруше­ние принципа Ахимсы (т. е. непричинения вреда живым существам). Самый хороший способ это осознать — представить во время еды, как то животное, что вы едите, когда-то бегало и резвилось на пастбищах, имело друзей в своем животном стаде, общалось с ними. Если мы будем придерживаться "закона джунглей", то человек будет не царем приро­ды, а самым подлым и коварным двуногим зверем. В Индии традиции вегетарианства распространены гораздо больше, чем на Западе, и нам многому можно научиться.

Свами Шивананда [132 ] рассматривает пищу в качестве одного из важнейших лекарственных средств. Еще Страбон сообщал об индий­цах: "Болезни излечиваются ими главным образом пищей, а не лекар­ствами" [см. 29: с. 608]. Принципы действительно здорового и полно­ценного питания в индийской традиции изложены в специальной ра­боте [ 11—12 ], и мы здесь остановимся только на нескольких централь­ных положениях.

Жизненная сила зависит не от того, сколько мы едим, а от того, насколько успешно может переварить и усвоить организм. Следует наполнять желудок только наполовину, т. е. съедать только половину того, что, как вам кажется, вы могли бы съесть. Свободная половина объема желудка делится, далее, тоже пополам: одна часть заполняется водой (напитком), другая — воздухом. Непереедание — главный фак­тор долгожительства, который признают и западные врачи. Умеренное питание приносит удовлетворение уму, состояние бодрости духа. Пе­реедание, употребление тяжелой пищи ведут к умственному застою, к стимуляции низменных инстинктов. Не следует, далее, употреблять много воды: "огонь" пищеварения может потухнуть из-за избытка стихии "воды". Кроме того, избыток воды в тканях создает ощущение повышенной нервозности, что мешает концентрации. Третий фактор — режим питания. Основное количество пищи принимается в Индии в полдень, когда способность к перевариванию пищи максимальная. Сон после обеда обычно не рекомендуется полным людям, но для худых — чрезвычайно полезен, т. к. он успокаивает, стабилизирует нервную систему, дает ей питание. В семье Рерихов, например, послеобеденный "тихий час" был законом [ 135 ]. Обильная еда вечером (т. е. менее, чем за 2,5—3 часа перед сном) — не только бессмыслица с физиологической точки зрения, но она вредна и для духовного прогресса. Сну йоги уделяют огромное значение, и ничто не должно мешать его нормаль­ному протеканию [ 130 ]. Четвертый фактор — сочетаемость продуктов. Так, рис и другие зерновые хорошо сочетаются с овощами, молочные продукты — сыр, йогурт (разновидность кефира), пахта — сочетаются с зерновыми и овощами, но свежее молоко несовместимо с фруктами и овощами [11—12 ]. Не следует смешивать кислые продукты со щелоч­ными или молоко с кисломолочными продуктами. Пятый фактор здорового питания — регулярные посты. Обычно день голодания следует соотнести с астрологически благоприятным для вас днем (см. выше — раздел 5.1.6). Однако социальная занятость, возможные конфликтные ситуации могут сделать такие дни неприемлемыми. Тогда следует по­дождать наступления выходных дней. Суточное голодание (включая период сна) не должно быть чаще, чем раз в неделю. В день голодания противопоказана также физическая работа. Очень важно соблюдать правила голодания — "входить" и "выходить" из него через диетиче­скую чистую пищу. Мясная и рыбная пища, токсичные вещества (ал­коголь и др.) категорически запрещены в день голодания. Нервным людям голодать не следует, пока они не стабилизируют психику [42 ]. Шестой фактор — использование пряностей и приправ требует деталь­ных знаний в этой области, и мы отсылаем читателя к специальным работам [11—12].

Независимо от того, рецептов какой кухни вы придерживаетесь на практике, употребляете приправы или нет, основными продуктами питания должны быть [64 ]:

— овощи, сырые салаты, фрукты;

— сыры, сливочное масло, другие молочные продукты;

— мед;

— злаки.

Однако Свами Шивананда [132 ] предупреждает не слишком ув­лекаться молочными продуктами, так как только одно сырое молоко обладает ненарушенной ультраструктурой и представляет собой нату­ральный природный продукт. Сливочное масло, сыр, "восстановлен­ное" молоко — все эти продукты конденсированные, и в них природные свойства в значительной мере нарушены.

Шри Рамакришна [см. 104: с. 158 ] указывал: "Пища зависит от духовного состояния. На пути Жнаны та или другая пища не может принести вреда. Когда Жнани {т. е. джнани-йогин} ест, он приносит эту пищу как жертву на огонь Кундалини, но для Бхакты {сторонника Бхакти-йоги — Ю. К. }это иначе. Бхакта должен есть только чистую пищу, такую, какую он может принести своему возлюбленному госпо­дину {т. е. Богу}. Поэтому мясо животных не годится для пищи Бхак­ты.". Так или иначе, невзирая на выбранный вами путь духовного прогресса, придерживаться рекомендаций Хатха-йоги относительно питания полезно во всех аспектах.

Один из важных принципов Хатха-йоги состоит в усвоении Праны из пищи: еда пережевывается очень тщательно, пока не станет напо­минать по консистенции жидкую кашицу. Во время еды необходимо представлять, как вся содержащаяся в ней Прана вошла в ваш организм. То же относится и к выпиваемой воде: она пьется долго, малень­кими и длинными глотками [64; 130; 185 ]. С этим свойством связана и еще одна важнейшая отличительная особенность индийской кухни: при приготовлении пищи следует добавить в нее "щепотку любви, столовую ложку спокойствия, чайную ложку мудрости" [12]. Заря­жать или насыщать пищу своей положительной энергией может попро­бовать каждый. Не следует есть пищу, приготовленную злым, глупым или жадным. Поэтому желательно приготовлять пищу самому, а не ходить в столовую.

5.3. Контроль дыхания

Для того чтобы овладеть искусством медитации, вовсе не обяза­тельно уметь выполнять в совершенстве все дыхательные упражнения Хатха-йоги. Однако, согласно восьмеричной схеме Патанджали конт­роль дыхания всегда предшествует концентрации (Дхаране), медита­ции (Дхьяне) и их конечному результату — озарению (Самадхи). Кроме того, для успеха последней ступени и особенно при возникнове­нии сверхнормальных способностей для полного сохранения здоровья необходима дополнительная "подзарядка" энергией [63; 121 ]. Она также осуществляется на ступени "Пранаяма" и бывает двух типов. Первая категория пранаям (как средств усвоения тонкой энергии) производится за счет Праны, содержащейся в воздухе. Контролируя количество выдыхаемого воздуха и степень усвоения из нее Праны, хатха-йогин тем самым производит пополнение энергетических запа­сов своего организма. Вторая категория пранаям — медитативные пра-наямы — осуществляется путем поглощения энергии из окружающей среды "напрямую", посредством специальных умственно-психичес­ких усилий. Такие упражнения изложены в главе 6 (см. ниже), однако их практика сама по себе уже требует некоторого навыка и развитых способностей к медитации. Поэтому на первых этапах следует освоить элементарные приемы пранаям в Хатха-йоге. Они очень просты и, кроме того, способствуют общему оздоровлению физического тела.

Разучим поэтому несколько элементарных дыхательных упражне­ний, которые известны как Кумбхака, Капалабхати, Уджайи и Сукх-Пурвак [63; 64; 67; 128; 131; 176; 182—183; 185]. Исходное положение (ИП) во всех упражнениях следующее. Сесть на коврик, подушку или на табурет так, чтобы тело было выпрямленным и ощущалось удобство по­ложения; настроиться на усвоение энергии из окружающего воздуха (по­мещение должно быть проветрено!). Для того, чтобы научиться выпол­нять названные дыхательные упражнения, желательно сначала научиться правильно дышать, освоив так называемое "полное йоговское дыхание".

Под правильным дыханием прежде всего понимается дыхание че­рез нос. Большинство людей на Западе дышат, как попало: вдыхают и выдыхают через рот, наоборот—вдыхают через рот, а выдыхают через нос, .тем самым подготавливая почву для ОРЗ, ангин, катаров верхних дыхательных путей и т. д. Следует четко усвоить; нос предназначен для дыхания, а рот — для приема пищи. Те, кто соблюдают эти правила, редко болеют простудными заболеваниями (легкий насморк раз в пол­года вполне допустим даже для хатха-йогина; только сумасшедшие никогда не болеют насморком [132 ]).

Кроме того, большинство людей на Западе дышат верхней частью легких, делая неглубокие поверхностные вдохи и выдохи. Ряд разрабо­танных специальных "методик дыхания", рекомендующих делать вы­дохи со свистящими или шипящими звуками, малоэффективны, так как основные правила дыхания не соблюдаются. То же относится и к известному в нашей стране методу Бутейко. В этом методе, по сути, смешаны две совершенно разные вещи: задержка дыхания ("кумбха-ка" — в индийской терминологии) и поверхностное дыхание, обычное для людей Запада. Это поверхностное дыхание приводит к застою воздуха в нижней части легких, что создает повышенную "зону риска" для ряда заболеваний [182—183]. Положительный эффект дыхания Бутейко обусловлен не поверхностным дыханием, а именно эффектом задержки, т. е. фактически дозированными повышениями доз углекис­лоты. Последнее уже несколько тысячелетий реализуется в Кумбхаке — одной из многих пранаям в системе Хатха-йоги (которая будет описана чуть ниже).

При "полном йоговском дыхании" на вдохе сначала наполняется воздухом нижняя часть легких; живот при этом выпячивается вперед. Затем следует поднятие грудной клетки — от нижней части к верхней. По туловищу как бы проходит "волна". Для того чтобы это было есте­ственным, позвоночник следует держать прямо, как предусмотрено в ИП. Затем, на выдохе, "волна" проходит в обратном направлении: сначала спадает и чуть втягивается внутрь живот, затем — грудная клетка. Попробуйте, находясь в ИП, так проделать несколько раз: на 4 счета — медленный глубокий вдох через нос, на 4 счета — медленный глубокий через нос выдох; снова на 4 счета — вдох и на 4 счета — выдох... Примерно через 2—3 недели эти навыки у вас закрепятся полностью, и правильное дыхание станет соблюдаться автоматически везде: на улице, на работе, дома и даже в гостях.

Преимущества такого дыхания проверены тысячелетней практи­кой: легкие получают необходимое количество кислорода (поскольку достаточная их вентиляция ведет к общему уменьшению числа дыха­тельных движений в минуту); грудная клетка получает правильную иннервацию со стороны окончаний нервной системы; органы брюшной полости получают легкий систематический массаж благодаря сильным и ритмичным движениям диафрагмы (что, например, благотворно дал слабой печени).

Однако не следует в первые 2—3 недели злоупотреблять такой практикой: сознательное выполнение полного дыхания как упражне­ния не должно превышать 7—8 раз за одно занятие. При несоблюдении этого требования возможно перевозбуждение нервной системы. Изве­стен случай [183], когда после 50 полных дыханий у молодого человека пошли пятна-сыпь по всему телу. Сам автор тоже когда-то "перебор­щил", и после 14 таких дыханий стало зудеть и чесаться лицо; однако это быстро прошло.

Некоторые люди ввиду больших отложений жира на животе за­трудняются выпячивать живот при вдохе. Ничего страшного не будет, если такие движения не получатся в первое время: выполняйте полное дыхание, как это у вас получается, а успех затем обязательно придет, так как улучшение обмена веществ будет сопровождаться ненасильст­венным сокращением излишнего жира.

Теперь можно приступить к описанию дыхательных упражнений, которые не только позволят усилить эффекты медитации, но и должны принести общеоздоравливающий эффект.

КУМБХАКА — элементарная задержка дыхания. Находясь в ИП, на 4 счета глубоко вдохните через нос, на 16 счетов задержите дыхание и на 8 счетов через нос выдохните. Соотношение вдоха (пураки), за­держки (кумбхаки) и выдоха (речаки) в классическом варианте — 1:4:2: например, 2 секунды вдох, 8 секунд задержки и 4 секунды длится выдох. По крайней мере в первое время следует соблюдать это соотно­шение (особенно в пожилом возрасте, при наличии каких-либо забо­леваний органов дыхания или болезнях сердца). Весь прогресс для новичков должен заключаться в ежедневной прибавке по 1 секунде к первой фазе, но так, чтобы не нарушалось соотношение 1:4:2. Напри­мер, в первую неделю вы делаете вдох — 2 секунды, задержка — 8 секунд, выдох — 4 секунды. Начиная со второй недели, вдох длится уже 3 секунды, задержка — 12 секунд, выдох — 6 секунд; для третьей недели три фазы будут длиться соответственно 4—16—8 секунд. При этом не следует делать в один день больше 3—4 циклов. Однако после 4—5 недель занятий станет очевидным, что продолжительность вдоха больше 8 секунд затруднительна, да и выдох, длящийся 16 секунд и более, постепенно превращается в физиологический нонсенс. Поэтому это соотношение 1:4:2 затем может изменяться в сторону увеличения длительности задержки при сохранении первой и третьей фазы посто­янной. Понятно, что если человек может без труда задержать дыхание на 1,5 минуты (критерий, согласно которому человек считается физи­чески здоровым [51 ]), то выдыхать в течение 45 секунд будет значи­тельно сложнее! Некоторые йоги могут задерживать дыхание на 20—30 минут; так неужели они должны выдыхать в течение 10—15 минут? Наиболее оптимальный предел для вдоха, по наблюдениям автора, составляет 5—6 секунд, а для выдоха — 10—12 секунд. Соблюдая длительности этих фаз неизменными, далее следует постепенно увеличивать длительность задержки, прибавляя примерно по 1 — 3 секунды за день занятий (но не более 5!). Впрочем, после неко­торой практики занимающийся сам определит оптимальные тем­пы увеличения длительности задержки применительно к своему организму. Важно лишь помнить, что реальное время должно быть меньше предельной длительности Кумбхаки, т. е. составлять не более 3/4 максимально возможной продолжительности. Во всех случаях дыхание не должно "взрываться", когда после окончания задержки практикующий должен сделать 3—4 "залповых", фор­сированных вдоха и выдоха. В Хатха-йоге форсировать можно только выдох и никогда нельзя ускорять вдох. Наилучший способ' продлить задержку — медленно постепенно продлевать выдох.

Увеличение продолжительности жизни — не единственный полез­ный эффект Кумбхаки: расстройства дыхательных путей, даже тубер­кулез и астма исчезают в ходе систематической практики Кумбхаки; улучшается работа сердца; приобретается выносливость и физическая сила. Кроме того, в аспекте психическом — возрастает сила воли, исчезают невротические явления, навязчивые состояния, депрессия; появляется вера в свои силы, жизнерадостность, бодрость, чувство глубинного спокойствия. Упражнение поистине оживляет скрытые си­лы; если оно практикуется на природе (что наиболее желательно), занимающегося охватывает чувство радости и красоты природных лан­дшафтов, пейзаж как бы одухотворяется и человек осознает, что рань­ше он не видел всей этой красоты.

КАПАЛАБХАТИ — легкое и полезное упражнение для очищения легких. Находясь в ИП, сделайте спокойный, глубокий, длинный вдох через обе ноздри и, без задержки дыхания, сделайте резкий, короткий и сильный выдох также через обе ноздри. Сила выдоха обеспечивается сокращением мышц живота; чем сильнее сокращение, тем сильнее выдох; тогда вдох уже будет происходить автоматически. Пранаяма оказывает множественный полезный эффект: развиваются мышцы живота, сокращаются излишние жировые отложения на животе и бедрах; легкие очищаются, легочные пузырьки тренируются, тони­зируются и восстанавливаются; сознание очищается и становится устойчивым; возрастает способность к концентрации.

Делайте Капалабхати не более 2—3 раз за один цикл в первый месяц занятий, да и в последующий период выполнение данного уп­ражнения более 3—5 раз за одно занятие вряд ли имеет смысл.

УДЖАЙИ — более действенная пранаяма. В ИП вдохните через обе ноздри, задержите дыхание и затем выдохните через левую ноздрю. Затем сделайте то же самое, но выдох произведите через правую нозд­рю. Все это составит один цикл. В день рекомендуется делать не более 4—б циклов. Очищающий легкие и сознание эффект от этой пранаямы несколько больше, чем в Капалабхати. Однако главное преимущество пранаямы — значительно более выраженное очищение астральных каналов — Иды-нади и Пингалы-нади.

Некоторые авторы пишут только о выдохе через левую ноздрю [напр., 63; 131], .связывая это с особенностями, функционирования Иды и Пингалы. Однако в целях очищения сознания и легких мы рекомендуем выдох попеременно через обе ноздри. Ю. М. Иванов [63 ] такое упражнение рассматривает как вариант Капалабхати.

СУКХ-ПУРВАК — более сложное и наиболее действенное упраж­нение. Примите ИП. Согните указательный и средний палец правой руки так, чтобы их кончики упирались в ладонь; мизинец оттопырен в сторону. После полного выдоха закройте левую ноздрю снаружи безы­мянным пальцем и сделайте полный вдох через правую ноздрю. Задер­жав дыхание, придавите затем крыло правой ноздри большим пальцем и, отпустив безымянный палец, сделайте полный выдох через левую ноздрю. Затем, без задержки, снова вдохните, но уже через левую ноздрю (соблюдая описанное "правило пальцев") и после задержки дыхания выдох сделайте через правую ноздрю. Это составляет один цикл. Делайте за одно занятие не более 3—4 циклов в первые два месяца упражнений; в дальнейшем оптимальный предел — 6 циклов за одно занятие. В промежутке между циклами — обычное полное дыхание. Рекомендуется следующая продолжительность фаз: вдох — 4 такта, задержка — 16 тактов, выдох — 8 тактов.

Данное упражнение незаменимо для очищения каналов тонкого тела, однако для его выполнения обязательно нахождение на природе. В условиях грязного воздуха больших городов практика этой пранаямы может только причинить вред: все воздушные поллютанты, проходя по дыхательным путям, будут только загрязнять клетки тела. Этот эф­фект загрязнения будет возрастать из-за узконаправленного дыхания через одну, ноздрю.

Даже если занимающийся не практикует Хатха-йогу, перед нача­лом медитативных.занятий для очищения дыхательных путей и синх­ронизации сердечной деятельности с дыханием рекомендуется выпол­нить Сукх-Пурвак три раза, но без задержки дыхания (!). После этого следуют фазы расслабления, отвлечения чувств от внешних предме­тов, концентрация и сама медитация.

Выполняемые на свежем воздухе пранаямы Хатха-йоги ведут не только к омоложению организма и приобретению устойчивого имму­нитета против пцостудных заболеваний. Легочные альвеолы расправ­ляются и получают развитие, организм приобретает выносливость; улучшается деятельность сердца, кровь. Систематическая практика пранаям, кроме того, способствует улучшению деятельности печени, очищению ее от накопившихся шлаков, а также — ликвидации голо­вных болей. Курильщикам практика пранаям помогает бросить ку­рить, причем здесь наибольший эффект достигается Кумбхакой.

Контроль дыхания необходим для успеха в освоении начальных фаз медитативных упражнений. Дополнительная "подзарядка" энер­гией также делает все описанные упражнения крайне желательными для практикующих медитацию. При этом какие-либо противопоказа­ния против занятий пранаямами Хатха-йоги практически полностью совпадают с ограничениями, накладываемыми на занятия медитацией (см. ниже — раздел 5.6).

Однако наибольшее значение для успешной медитации имеет ос­воение дыхательного упражнения, условно подразделяемого на две ступени — КЕВАЛИ-1 и КЕВАЛИ-2 [63; 128 ]. Начинается это упраж­нение с Тала-Юкта ("маятникового дыхания"): вдох плавно переходит в выдох, причем продолжительность их равна, например 3:3 или 6:6. Полезно при этом представить себе качающийся маятник, который раскачивается все медленнее и медленнее. В Кевали-1 легкие как бы застывают в чрезвычайно медленном вдохе, который затем плавно переходит в длительный спокойный выдох. Для этого хорошо привя­зать свое мышление к какому-то внутреннему или внешнему объекту, который не вызывает страстных чувств. Вдыхать следует как можно медленнее, чуть сдерживая дыхание, так что черта между вдохом и выдохом стирается. Выполнение Кевали-1 является непременным ус­ловием любой концентрации мышления. При Кевали-2 происходит расслабление органов дыхания; дыхание почти прекращается, и грудная клетка уменьшается в объеме. Критерий допустимости со­кращения дыхания—сохранение ясности сознания и мышления. Чрез­мерные попытки "подавить" дыхание вредны; кроме того, эффект мо­жет быть обратным — дыхание начнет "взрываться", что недопустимо по двум причинам. Во-первых, форсированный вдох — и это одно из правил Хатха-йоги — недопустим, так как ослабляет эффект от любой пранаямы. Во-вторых, и это здесь главное, сознание должно быть об­ращено на объект созерцания, а не на процесс дыхания.

Во всех пранаямах допустимым и желательным в плане духовно­сти является использование двух приемов. Первый из них заключается в чтения мантры (Ом) как единицы счета: например, продолжитель­ность вдоха — 4 мысленных произнесения Ом, задержка — 16 Ом, выдох — 8 Ом. Это позволяет сразу настроить сознание на высшие духовные истины, максимально приблизить его к процессу духовного слияния с Космосом. Второй прием — представлять, как на вдохе вместе с Правой впитываются Доброта, Смирение, Сострадание, Лю­бовь к Истине (или к Богу). При выдохе полезно представлять, как из себя изгоняются гнев, жадность, похоть, зависть, нерешительность и другие отрицательные качества. Эта вторая методика хотя и относит­ся к практике Бхакти-йоги [см. 128], но желательна и при любом другом практикуемом направлении йоги, поскольку ведет к стабили­зации психики и выработке общего психического здоровья. Такой подход желателен и для христианской ориентации занимающихся.

Многие детали практики, включая оптимальное количество по­второв дыхательных упражнений, познаются самими занимающими­ся. Во всех случаях не следует обольщаться кажущейся легкостью дыхательных упражнений: их благотворный эффект не связан с пере­напряжением усилий; он происходит скрытно, незаметно для занима­ющихся, и первые успехи они начинают ощущать не ранее как через 2—3 недели после начала занятий. Появление в процессе дыхательных упражнений чувства легкой усталости или болей в области грудной клетки следует немедленно воспринимать как сигнал "Стоп!".

Все описанные пранаямы целесообразно совместить с разучивани­ем медитативных упражнений в один цикл, поместив контроль за дыханием в начало цикла занятий, сразу после чистки зубов и поло­скания рта. Однако их можно делать и отдельно; недопустимо только проведение двух занятий дыхательными упражнениями в течение од­них суток.

5.4. Позы для медитации

Для медитации рекомендуются следующие восемь поз [15; 30; 60; 63—64; 86; 131—132 и др.]:

1. ПАДМАСАНА ("поза Лотоса"): сесть на коврик, положить ле­вую ступню на правое бедро, а затем правую — на левое (для мужчин). Для женщин очередность противоположная: сначала правая ступня кладется на левое бедро, а потом левая ступня — на правое бедро. Таким образом, у мужчин сверху-впереди находится правая нога, а у женщин — левая (рис.14).


Рис. 14. Поза Лотоса (Падмасана) Рис. 15. Ардха-Падмасана ("Полу-Лотос")

 

2. АРДХА-ПАДМАСАНА ("поза полу-Лотоса"): более легкий ва­риант, чем поза Лотоса: левая ступня у мужчин (или правая — у женщин) кладется не на бедро, а остается на коврике и лежит в области промежности (рис.15).

3. СИДДХАСАНА ("совершенная поза"): упрощенный вариант Ардха-Падмасаны, при котором левая ступня у мужчин (правая у женщин) кладется не на противоположное бедро, а между бедром и икроножной мышцей, т. е. чуть ниже, чем в Ардха-Падмасане.

4. СВАСТИКАСАНА ("скрещенная поза","переплетенная поза" или "поза Свастики"): то же, что и Падмасана, но ступни ног кладутся не на бедра, а зажимаются между икрами и бедрами; правило взаим­ного расположения правой и левой ног остается неизменным, как в Лотосе.

5. СУКХАСАНА ("поза удовольствия", "перекрестная поза"): сесть по-турецки. У мужчин согнутая правая нога впереди левой, у женщин — наоборот (рис.16).

6. ВАДЖРАСАНА ("твердая поза", "несокрушимая поза"; иногда ее неправильно называют "алмазным сидением"): встать на колени, ступни оттянуты назад, подъемы стоп обращены к полу; сесть на пятки, колени и ступни соединены вместе, пятки немного расставлены так, чтобы ягодицы удобнее помещались на лодыжках и икрах (рис.17).

7. МАНДУКАСАНА ("поза Лягушки"): то же, что и Ваджрасана, только колени разведены в стороны (пятки сведены вместе).

 


Рис. 16 Сукхасна Рис. 17 Ваджрасана ("Твердая поза")

 

8. МАЙТРЕЙАСАНА ("поза Майтрейи"): сесть на стул, высокую подушку или табурет, ноги спущены вниз, как при обычной манере сидения на Западе, опущенные ноги скрещены по тем же правилам, как и в Падмасане или Сукхасане (для мужчин и женщин).

Позы для медитации перечислены в порядке убывания сложности их исполнения. При невозможности принять Падмасану следует использовать любую из приведенных других, если это специально не оговорено в описании упражнений. На освоение позы Лотоса у запад­ного человека может уйти от 2—3 месяцев до нескольких лет.

В качестве девятой позы, иногда используемой в медитативных упражнениях, особенно для начинающих освоение медитации, ис­пользуется ШАВАСАНА ("мертвая поза", "позатрупа"). Она состо­ит в следующем: лечь на спину на пол или на коврик, голова образует прямую линию с позвоночником в горизонтальной плоскости (ни в коем случае не использовать подушку!), тело вытянуто вдоль линии "север—юг" (головой на север); закрыть глаза в некоторое время (5—10 мин.) полежать так, представив, что вы летите в бескрайнем просторе чистого, ясного, голубого неба, парите над облаками или среди них. Эта поза, непременно используемая после каждого цикла занятий по Хатха-йоге, предназначена прежде всего для того, чтобы отдохнуть после трудного рабочего дня и перевести свое сознание на решение внутренних проблем. Шавасана незаменима для того, что­бы снять какие-либо следы стрессов на работе или дома, без чего приступать к медитации нельзя.

Не следует рассчитывать на довольно широко применяемую на Западе так называемую "позу кучера", когда медитирующий садится на стул или табурет, раздвинув ноги и слегка свесив голову, сохраняя в целом положение относительного равновесия центра тяжести. Редко, но иногда случается, что занимающийся начинает засыпать в процессе медитации (такое обычно бывает, когда человек очень устал в течение дня). Тоща падение со стула может привести к различным травмам тела.

Следует учитывать, что перечисленные позы — не восточная "эк­зотика", как это иногда считается. Все они имеют еще и самостоятель­ное терапевтическое значение. Так, освоение позы Лотоса и ее регу­лярная практика сама по себе способствует нормализации деятельно­сти органов, локализующихся в нижней части живота (кишечник, печень, селезенка, прямая кишка и др.), ведет к ликвидации жировых складок на бедрах и животе, полезна для ног, выработки чувства рав­новесия. В некоторых источниках [напр., 131—132 ] сказано, что про­сто сидение в позе со скрещенными ногами приводит к гармонизации психики и повышению духовности человека. Однако главное назначе­ние всех сидячих поз — принятие устойчивой позиции, фиксация центра тяжести тела таким образом, чтобы при засыпании не упасть и не причинить себе травмы. Йоги могут находиться в такой позе часами, а иногда — даже по несколько дней.

Освоение поз со скрещенными ногами — самый первый этап, без которого овладение навыками медитации невозможно. Пока вы не научились спокойно сидеть хотя бы в Сукхасане, вряд ли можно при­ступать к упражнениям: через 3—5 минут боль в суставах заставит вас забыть о самом упражнении, и ваше сознание невольно переключится на эту боль. Конечно, на первых порах можно прекрасно медитировать в Ваджрасане или даже Шавасане. Но в этих позах ряд упражнений (см. разделы 6.1—6.30) делать нежелательно. Самый лучший вариант состоит в том, чтобы, практикуя элементарные упражнения (напри­мер, различные Тратаки), в другое время суток осваивать Сукхасану, постепенно стремясь выполнить Падмасану. Каждую свободную мину­ту следует стараться сидеть в позах со скрещенными ногами. От дли­тельного сидения на стульях суставные сумки тазобедренных сочлене­ний закрепощаются. Поэтому не следует "терять форму". В то же время следует быть предельно внимательными и не травмировать ноги постоянными усилиями. Вообще делать усилия при освоении поз неже­лательно: растяжение связок, повреждения кровеносных сосудов могут быть непоправимыми следствиями такой спешки. Обычно у европейца уходит не менее 2—3 месяцев для освоения позы Лотоса, но иногда (в зависимости от возраста и индивидуальных особенностей) такой срок может достигать и нескольких лет.

Для того чтобы научиться сидеть в позе Лотоса, рекомендуются следующие подготовительные упражнения.

УПРАЖНЕНИЕ 1

Сесть на пол, вытянув вперед обе ноги. Оставив одну ногу выпрямленной, другую ногу согнуть в колене и попытаться подвести пятку к промежности. Колено при этом постепенно следует также положить на пол. Проделать такое упражнение с каждой ногой по 3—4 раза.

УПРАЖНЕНИЕ 2

Сидя на стуле, согнуть одну ногу в колене и попытаться положить ее на сидение стула, поместив пятку в области промежности. Повторить то же с другой ногой.

УПРАЖНЕНИЕ 3

Проделать по 1—2 раза с каждой ногой упраж­нение 1. Затем, не вставая, положить пятку согнутой ноги на противо­положное бедро (пятку левой ноги — на правое бедро, или наоборот — пятку правой ноги на левое бедро). Другая нога остается выпрямленной и вытянутой вперед. Согнуться вперед, пытаясь достать руками пальцы ног. Сменить ногу и проделать такой же наклон с другой согнутой ногой. Выполнить упражнение по 3—4 раза с каждой ногой за одно занятие. Не следует торопиться.

УПРАЖНЕНИЕ 4

(Это упражнение необязательно, но может так­же принести пользу). Стоя на полу, аккуратно положить пятку одной ноги, согнутой в колене, на противоположное бедро. Затем оставшуюся опорной ногу медленно сгибать в колене, постепенно садясь на пол. Рядом следует поставить кресло или любую другую устойчивую опору. чтобы не упасть и не ушибиться.

Еще раз повторю, что позы со скрещенными ногами следует разу чивать постепенно. Растяжение суставов, вызванное спешкой, может, наоборот, отодвинуть время овладения вами позы Лотоса. Заканчивая сидение в позе со скрещенными ногами, их следует распрямлять посте­пенно: сначала разогнуть одну ногу и так посидеть 3—5 секунд, затем — другую ногу.

Для освоения всех медитативных поз хорошо поначалу делать в них какие-то другие дела: читать книгу, рисовать, вязать и проч. Од­нако с самого начала следует дать сознанию установку, что это —лишь тренировка в освоении позы, и ничего более. На Востоке в таких позах сидят часами, почему это не можете и вы? Главное — соблюдая постепенность, быть настойчивым.

5.5. МЕТОДИКА МЕДИТАЦИИ: ОСНОВНЫЕ ПРАВИЛА

При нахождении в сидячей медитативной позе ладони обычно кладутся на колени тыльной стороной вверх ("рука закрыта") или вниз ("рука открыта"). Когда ладонь открыта, согнутые большой и указа­тельный пальцы соединены в кольцо, а три остальных направлены вперед (так называемая " Джнани-мудра"). Такое положение одновре менно замыкает биополе (что способствует стабилизации ума, приобретению состояния умственно-психического равновесия) и настраива­ет медитирующего на "подпитку" космической энергией. Джнани-мудра может быть полезна и в Шавасане, когда руки вытянуты вдоль тела. В некоторых случаях можно использовать положение с закрытой ладонью. Целесообразность того или иного варианта определяется ин­туитивно самим медитирующим.

Независимо от приверженности к той или иной философской шко­ле или исповедуемого религиозного учения (например, христианства или буддизма) практика медитативных упражнений включает в себя целый ряд общих правил, соблюдаемых при всех видах медитации. Они состоят в следующем [64; 111; 131; 132; 179 и др. ]:

1. Медитативные упражнения должны выполняться в спокойном месте, желательно на природе или в отдельной комнате. Шум авто­транспорта, громкий смех или скандал за стеной, возможное вторже­ние в помещение других людей недопустимо. Присутствие посторонних нежелательно и даже небезопасно, если только они сами не зани­маются медитацией. На способность погрузиться в сосредоточенное состояние (а при усталости или недосыпании это особенно ощутимо) очень сильно влияет ощущение морально-психической безопасности. Человеку необходимо почувствовать, что никто не сможет помешать его занятиям или вторгнуться в его психический мир. Не случайно "настоящие" аскеты в Индии прячутся в уединенных местах: в лесу, в храмовых подвалах, в нишах-тайниках и проч. [18 ]. То же относится и к христианским "затворникам", и, хотя никто не призывает вас превращаться в затворников, для систематически проводимой медита­тивной практики необходимо периодически уединяться на некоторое время.

Тем не менее отдельные упражнения (см. примечания к разделам 6.1—6.30) могут выполняться даже в транспорте или на скамейке в парке. Главное — не привлекать внимания посторонних.

2. В помещении должно быть тепло и уютно, перед началом заня­тий его следует хорошо проветрить. Однако во время самих занятий форточка должна быть закрыта, любые движения воздуха (тем более — сквозняки) недопустимы, как и резкие запахи.

3. Ввиду некоторого замедления кровообращения во время меди­тации следует одеться потеплее; это важно для предотвращения про­студных заболеваний.

4. Как уже упоминалось выше, наилучшее время для занятий — 4—5 часов утра или 7—8 часов вечера. Мантра-медитация допустима в любое время суток, а также между отдельными ступенями восьме­ричной схемы Патанджали, например в перерыве между упражнения­ми Хатха-йоги и медитацией.

5. Медитация после еды недопустима. С момента последнего при­ема пищи должно пройти не менее 2,5—4 часов, а после обильной трапезы — не менее 4—5 часов.

6. Категорически запрещаются занятия после принятия алкоголя или сразу после курения.

7. Перед началом медитации необходимо вычистить зубы, жела­тельно принять освежающий душ, почистить пальцами корень языка. Все очищения совершаются только до начала занятий, но не в проме­жутке между отдельными упражнениями.

8. Принять медитативную позу, повернувшись лицом к востоку, и установить контроль за дыханием. Вы должны четко ощущать каж­дый вдох и каждый выдох, постепенно уменьшив амплитуду дыхатель­ных движений (см. выше — раздел 5.3). Параллельно с достижением контроля над дыханием или чуть позже следует фаза расслабления.

Можно использовать два основных типа расслабления: методику пол­ного расслабления, которая занимает больше времени, но вместе с тем дает и больший эффект, второй — способ мгновенного расслабления, который требует значительно меньше времени, однако при недоста­точных навыках он дает несколько худшие результаты. Первый способ используется также в современных методах аутогенной тренировки и в трансцендентальной медитации (ТМ), второй — сугубо йогического происхождения — получил распространение в школах каратэ и у-шу.

Классическая методика полного расслабления детально описыва­ется в буддийских источниках, но, скорее всего, существовала значи­тельно раньше — еще в ведические времена. Этот метод, приписывае­мый самому Будде, реализуется следующим образом [111: с. 40; 172 ]: "Я сажусь со скрещенными ногами и выпрямленным позвоночником. Мое сознание сконцентрировано на моменте выдоха, мое сознание сконцентрировано на моменте вдоха.

Делаю длинный вдох.

Делаю длинный выдох.

Делаю короткий вдох.

Делаю короткий выдох.

Я чувствую свое дыхание — я вдыхаю.

Я чувствую свое дыхание — я выдыхаю.

Мое тело расслабляется — я вдыхаю.

Мое тело расслабляется — я выдыхаю.

Я чувствую свое тело — я вдыхаю.

Я чувствую свое тело — я выдыхаю.

Какое спокойное ощущение — я вдыхаю.

Какое спокойное ощущение — я выдыхаю.

Я наблюдаю за своими мыслями — я вдыхаю.

Я наблюдаю за своими мыслями — я выдыхаю.

Я контролирую свои мысли — я вдыхаю.

Я контролирую свои мысли — я выдыхаю.

Я расслабляюсь — я вдыхаю.

Я расслабляюсь — я выдыхаю.

Спокойствие и тишина — я вдыхаю.

Спокойствие и тишина — я выдыхаю."

Такой отрывок имеет смысл заучить наизусть и пользоваться им как своего рода "ключом" для вхождения в состояние медитативной сосредоточенности. В той же работе Н. Петрова [111 ] приводится и другой вариант того же метода пассивного медленного расслабления, который, кстати, иногда рекомендуется при релаксации в Хатха-йоге, т. е. перед началом выполнения асан, а также при исполнении Шава-саны ("позы трупа"). Практикующий мысленно проговаривает и по­следовательно переключает свое сознание по следующей схеме: "Я лежу спокойно... мое тело расслаблено... мои руки и ноги расслабле­ны... я чувствую пальцы ног... они расслаблены, они расслаблены пол­ностью... чувствую свои голени... мои голени расслаблены полностью... чувствую свои бедра... мои бедра расслаблены полностью... я чувствую пальцы рук... они расслабляются, они уже расслаблены... чувствую предплечья... они расслаблены полностью... моя грудь, спина и бока — все мое туловище расслаблено... оно расслаблено полностью... тишина и покой...". Такую же схему расслабления дают на своих занятиях другие специалисты, например А. Иванов и В. Востоков. В конце заня­тий, как советуют [182—183], полезно сопоставить себя с кошкой, которая, когда спит, настолько расслабляется, что повисает на руке, когда вы ее берете, словно тряпка. Вообще кошки обладают яе только феноменальной гибкостью, но и феноменальной способностью к рас­слаблению.

Вторая методика — мгновенного расслабления — осуществляет­ся несколько иным способом. В. Евтимов [60: с. 128 ] приводит такое описание: "Ложитесь на спину, напрягите одновременно мышцы всего тела и предоставьте им расслабиться, как только возможно. Такое моментальное расслабление практикуется йогинами в интер­валах между отдельными асанами. Оно отнимает лишь несколько секунд". Эта методика действительно очень эффективна, однако автор рекомендует для усиления ее действия дополнить ее следую­щими деталями. Так, при напряжении всех мышц ног, рук и туло­вища необходимо сосредоточить внимание на солнечном сплетении, представить, как оно собирает в себя Прану из всего тела, прибавляя ее к собственным неистощимым запасам жизненной силы. На вто­рой, заключительной фазе — при расслаблении — занимающийся мысленно представляет и чувствует, как Права из солнечного сплете­ния разливается по всему телу, доходя до кончиков пальцев ног и рук, как вода растекается из опрокинутого кувшина; тело ощущает прият­ное тепло, чувствуется приятное спокойствие и тишина...; сознание ощущает тесную энергетическую связь организма с Правой из воздуха и Космоса...; занимающийся чувствует, что энергией проникнуто все вокруг. После этого сознание следует переключить с энергетических "вопросов" на объект (тему) медитации.

Проверить эффективность расслабления здесь довольно просто: следует резко сжать пальцы в кулаки, и, если вытянутые вдоль тела предплечья рук "подпрыгнут" вверх — значит, вы достигли хорошего уровня расслабления.

Точно такую же методику расслабления можно проделать и сидя: напрячь все мышцы и внезапно расслабить, представив, как из солнеч­ного сплетения разливается Права по всему телу. Хотя проверка эф­фективности, как в позе лежа, здесь неприемлема, полезно предста­вить себя мягким и расслабленным, словно кошка. Второй хороший прием: подумать о степени расслабления тряпки, сопоставив себя с тряпкой, лежащей на полу. Однако потом следует проконтролировать выпрямленность позвоночника.

Хороший критерий правильности принятой позы и всего расслаб­ления в целом связан с мышцами шеи: если голове запрокидывается назад, значит, вы расслабились неплохо, но голову следует наклонить чуть вперед; если же голова падает на грудь, то ее следует чуть накло­нить назад.

Если вы чувствуете, что расслабились не полностью, объекты внешнего мира по-прежнему влекут к себе ваши чувственные орга­ны и вам трудно сосредоточиться, погрузиться в объект созерцания, можно применить такой прием. Попробуйте создать вокруг себя нечто вроде кокона из "плотного астрала". Это можно сделать, в свою очередь, также двумя способами. Первый состоит в том, чтобы, представить, будто вы находитесь в бутылке, и через ее прозрачные стенки до вас не доносятся ни звуки, ни посторонний отвлекающий шум, вам хорошо и ничто не угрожает вашему покою. Другой способ состоит в том, что вы как бы "прячете внутрь" свое "Я", а вместо ваших чувств наружу обращена только прозрачная тонкая перего­родка, выделенная вами и генерируемая мысленным усилием.

9. Теперь можно приступить к выполнению медитативного упраж­нения согласно методикам, приведенным в главе 6, однако до начала практики следует еще раз вспомнить все противопоказания, указан­ные ниже (см. раздел 5.6).

10.  Для того чтобы делать упражнения, требующие не менее 10—15 минут, поставьте недалеко от себя будильник; тогда мысли практически не будут связаны с контролированием времени, и звонок будильника будет, вместе с тем, "точкой выхода" из медитации.

11.  Закончив упражнение, не спешите встать и приступить к другим делам. Побудьте еще некоторое время в одиночестве (примерно на протяжении 1/4 всей продолжительности медитации). Желательно несколько раз прочесть молитвенную формулу (вслух или мысленно) или отрывок какого-либо Священного Писания. Тем более не следует сразу же приступать к еде, суетным делам, смотреть телевизор и т. д. Дайте возможность всем положительным эффектам закрепиться.

5.6. Ограничения и противопоказания

Перед разучиванием медитативных упражнений следует хорошо усвоить основные ограничения и противопоказания, играющие роль "техники безопасности". Многие указания уже были сделаны выше по мере изложения материала. Здесь же надо прежде всего остановиться на тех, которые относятся к методике подготовки к занятиям и общим правилам выполнения самих упражнений.

Не следует медитировать вблизи сильных источников электромагнитных полей (например, подстанций, линий электропередачи и т. д.), в условиях сильного загрязнения воздуха. Особенно это относится к практике выявления чакр и нади.

Не следует медитировать после еды, когда организм занят перева­риванием и усвоением пищи. Между гастрическими нервами и умст­венной активностью есть прямая связь, и нарушение этого принципа приведет к тому, что ни от медитации, ни от еды не будет никакого толку.

При сильных эмоциональных или умственных перегрузках не сле­дует выполнять медитативные упражнения, кроме тех, которые непос­редственно предназначены для психической и ментальной релаксации (т. е. кроме медитации над Безмолвием, "ментальным небом", расши­рением сознания). В некоторых случаях, когда сильная усталость во­обще не располагает к каким-либо занятиям, полезно и может оказать­ся достаточным просто принять медитативную позу сидя или лежа, расслабиться в ней и ощутить себя выше всего, что было днем, — выше суеты, пустых хлопот, усталости, поскольку все проблемы рано или поздно будут разрешены. Особенно здесь рекомендуется Шавасана, т. к. она позволяет намного уменьшить ощущение физической устало­сти, и после нее можно будет приступить к практике тех или иных упражнений.

Умственное перенапряжение, чувство морального дискомфорта в процессе самого выполнения медитативных упражнений недопусти­мы. Следует помнить, что медитация предназначена для человека, а не человек — для медитации.

Соблюдение морально-этических принципов Ямы и Ниямы — ос­нова для занимающегося. Практиковать медитативные упражнения с желанием нанести вред кому-либо (даже врагу!) недопустимо, так как может вызвать психическое расстройство. Вообще использовать меди­тативные упражнения в явно корыстных целях небезопасно для зани­мающегося в психическом плане. Кроме того, черная магия или кол­довство рано или поздно наказывается, и последствия могут быть очень серьезными. Критерием "корыстности" является одно — причинение ущерба или страдания кому-то как конечный результат ваших меди­тативных занятий.

Ощущение физического неудобства, возникающего главным обра­зом из-за плохой освоенности сидячих медитативных поз, также неже­лательно. Если поза со скрещенными ногами еще непривычна для вас, использовать ее для медитации, преодолевая боль, нельзя: эффекта от самого упражнения не будет, а мышцы и связки могут оказаться чрез­мерно растянутыми и даже повредиться. Пока поза со скрещенными ногами не будет выполняться с легкостью в течение хотя бы 10—15 минут, использовать ее для упражнения нельзя. Хороший критерий освоенности позы — возможность спокойно отдыхать в ней, расслабив­шись, и это проверяется отдельно, без выполнения самого медитатив­ного упражнения.

Время, затрачиваемое на выполнение того или иного упражне­ния, следует увеличивать постепенно. Исчезновение чувства ком­форта, возникновение разного рода боли или появление тревожного ощущения следует рассматривать как сигнал немедленно прекра­щать занятие.

Не следует медитировать на объекты плотской любви, т. к. резко возрастает зависимость от них. Жизненные проблемы решаются нор­мальными способами, и медитация здесь не при чем. Вообще перед выполнением упражнения и тем более — во время практики настоя­тельно рекомендуется избавиться от любых мыслей о вашем сексуаль­ном партнере или предметах, с ним связанных. Не следует мешать в одну кучу совершенно разные сферы вашей жизни.

Упражнения по выявлению центров астрального тела (т. е. чакр и нади) нельзя делать в лежачем положении. Очень важно также де­ржать позвоночник прямым, не горбиться или, наоборот, не прогибать­ся чрезмерно.

Практика медитативных упражнений открывает зачастую неожи­данные интеллектуальные или духовные способности, о существова­нии которых человек может и не догадываться. Однако иллюзии раз­личного рода, несовершенства в восприятии мира или отдельных его явлений не исчезают полностью. Зачастую параллельно с качествен­ным ростом сознания и интеллектуальной силы возникают более тон­кие по природе иллюзии или такие, к которым занимающийся еще не привык. Они-то и являются главным источником опасности для даль­нейшего развития, и об этом следует знать и помнить. Рассмотрим наиболее характерные для занимающихся "отклонения" и их основ­ные причины.

Пробуждение нервных центров астрального тела происходит не­избежно по мере практики медитативных упражнений. Зачастую оно сопряжено с пробуждением скрытой в области кобчика силы Кундали-ни — потенциальной, резервной энергии организма. Поток Правы, воздействие которого в период медитации в несколько раз увеличива­ется, может дать ощущения типа набегающих и исчезающих волн; тело может бросать то в жар, то в холод. Могут появиться также ощущение "западания куда-то", кратковременные нарушения координации дви­жений, замедляться речь и т. д. Все это свидетельствует о несбаланси­рованности правового равновесия вашего организма. Однако во всех случаях таких эффектов не следует пугаться. Лишь в случае появления длительного эффекта морально-психического дискомфорта или напря­женной тревожной усталости все упражнения следует на время пре­кратить, вернуться к вашим обычным повседневным делам.

Повышенная нервозность, упадок духа свидетельствуют о том, что не все требования к занятиям соблюдены. Скорее всего, недостаточен отдых после упражнений — слишком мало времени вы провели в уеди­нении после сложного упражнения.

Не следует превращать медитацию в "идею-фикс": для большин­ства людей это — не цель жизни, а всего лишь упражнения. Нельзя допускать, чтобы медитация становилась спонтанным процессом, ли­шенным какого-либо контроля. Одно дело — внезапные озарения, не затрагивающие глубин ваших жизненных устоев, другое дело, когда сокрушительному пересмотру подвергается вся система мировоззре­ния и жизненных установок. Поэтому не следует в периоды важных дел на работе углубляться спонтанно в решение отвлеченных философских истин. Действуйте по принципу: "Богу — богово, кесарю — кесарево".

Самоконтроль—лучшее средство против всякого рода отклонений в вашем развитии, а принципы Ямы-Ниямы — одновременно и средст­во для прогресса, и контролирующий фактор.

Очень полезно периодически повторять про себя приведенные в Приложении 3 формулы для самовнушения: находясь в транспорте, на прогулке, по дороге в магазин и т. д.

Все оптимумы подвержены таким же изменениям, как и мы сами. Поэтому сознательно и тем более — через силу ограничивать свой прогресс неразумно. Еще более неразумно следовать раздуваемым в печати слухам [напр., 62 ] о многочисленных опасностях и ненужности йоги для западного человека. Критический ум и интуиция позволят вам найти оптимальное для себя соотношение различных элементов йогической практики. Перед вами открываются большие возможности, так не следует ими пренебрегать!

5.7. Сочетания упражнений в одном цикле занятий

В первый месяц занятий не следует делать больше одного упраж­нения. Однако для развития духовных навыков и расширения духов­ных знаний автор рекомендует, независимо от приведенных здесь уп­ражнений, читать такие книги, как Библия, "Бхагавад-Гита", "Мок-шадхарма", "Араньякапарва". Молитвенная практика позволит очи­стить ум от суетных страстей и нечистых посылок, и она должна вы­полняться отдельно и помимо упражнений.

Подготовив сознание к совершенствованию, следует затем пе­рейти к комплексным медитативным занятиям, постепенно увели­чивая продолжительность и количество упражнений. Подобрать уп­ражнения в ежедневном цикле вы можете самостоятельно: после приобретения некоторых простейших навыков в медитации вы сами почувствуете, какие из разученных упражнений вам нравятся боль­ше, а какие — если не вызывают отвращение, то и не нравятся, т. е. "не ваши". Интуиция и анализ своих ощущений — самый хороший советчик, если вы занимаетесь без контроля со стороны Гуру (Ду­ховного Учителя). У каждого свой собственный Путь. Врожденные склонности могут быть трансформированы и существенно изменены благодаря занятиям йогой, однако индивидуальность все же сохра­няется, и не следует ею пренебрегать.

Инструкции со стороны Гуру позволят избежать срывов и ошибок в вашей практике. Обычно Учителя не ищут, он сам должен найти ученика, хотя в этом правиле бывают и исключения. Если ученик готов — у него появится Гуру.

Так или иначе, следует знать, что некоторые переходы от одних упражнений к другим более благоприятны для практикующего, неже­ли остальные возможные сочетания. Эти переходы можно рассматри­вать как своего рода "мостики" от более простых упражнений к более сложным. Поэтому имеет смысл указать некоторые возможные ва­рианты практики, составляющие последовательность упражнений на протяжении одного цикла занятий. Вот некоторые из них:

1. Тратака на свечу -> медитация над музыкой -> медитация над вечностью "Я";

2. Тратака на пятно -> концентрация на солнечное сплетение ->медитация над независимостью "Я" от тела;

3. Тратака на свечу-> смена "Луны" и "Солнца" местами (см. раздел 6.21) -> Джапа-медитация;

4. Тратака на пятно (медитация над музыкой -> психическое дыхание); порядок можно поменять;

5. Тратака на свечу -> медитация над чакрами ->Джапа-медитация;

6. концентрация на солнечное сплетение -> медитация над косми­ческой Беспредельностью;

7. концентрация на солнечное сплетение-> смена "Луны" и "Солнца" местами -> медитация над Беспредельностью (или Безмол­вием) ;

8. Тратака на свечу -> медитация над музыкой -> медитация над смыслом Божественного Имени;

9. Тратака на пятно -> медитация над чакрами -> медитация на образ Бога (Христа, Будду, Кришну или Шиву).

10.  Тратака на свечу -> пробуждение Кундалини -> молитва.

Как видно из приводимой схемы, начинать всегда лучше с концен­трации, а для плавного окончания медитации и поддержания общего психического тонуса, закрепления успеха следует прочесть молитву. Даже в тех случаях, когда последним упражнением намечена медита­ция над Безмолвием, космической Беспредельностью, Абсолютной Ис­тиной и т. п., последней фазой, заканчивающей цикл ваших занятий, должно быть 3—б-кратное прочтение ОМ (АУМ). Это — "точка выхо­да" из медитации, фиксация достигнутого успеха и вашей будущей направленности устремлений. Чистая молитва при работе с чакрами и Кундалини — гарантия того, что достигнутые навыки не превратятся затем в магические, колдовские способности и не обратятся для вас во зло в последующие дни и недели.

Не следует совмещать в одном занятии более двух упражнений в Ниргуна-дхьяне (т. е. абстрактной медитации); наиболее оптимально сочетание одной Сагуна- и одной Ниргуна-медитации. Нежелатель­ность двух упражнений в Ниргуна-дхьяне объясняется тем, что "оза­рение" может наступить через некоторое время — через полчаса или даже несколько часов после упражнений, и смешение двух абстракт­ных тем может в итоге привести к некоторой путанице в мышлении.

Медитацию над Безмолвием, в силу специфики подхода Шри Ауробиндо, новичкам следует вообще практиковать отдельно, по­степенно увеличивая продолжительность занятия. Кроме того, но­вичкам во всех случаях следует начинать после краткой молитвы даже не с Тратаки, а с Пратьяхары — постепенного уведения чувств от мирских объектов.

Длительные перерывы в занятиях обусловливают необходимость возвращения к самым простейшим упражнениям, начиная с Тратаки на свечу. Однако восстановление прежних возможностей всегда проис­ходит быстрее, чем если бы вы вообще не занимались медитацией раньше.

Приобретение навыков длительной медитации, совершенный кон­троль над сознанием снимают все перечисленные ограничения. Про­двинутый человек всегда в состоянии определить, что ему больше всего необходимо для дальнейшего прогресса.

Один из критериев правильности подбора упражнений в комплек­сных занятиях — проявление тех положительных явлений, которые всегда сопровождают правильную медитацию: повышение работоспо­собности, избавление от уныния и тоски, улучшение физического са­мочувствия и выносливости, обретение чувства глубинного спокойст­вия, усиление творческих способностей и проч. Однако не следует надеяться, что положительные эффекты проявятся раньше чем через месяц-два после начала практики.

Общее время занятия, составляющее продолжительность одного цикла, нигде особо не оговаривается. Начиная с практики в течение 5 минут в первую неделю, следует постепенно увеличивать продолжи­тельность занятий, однако в первые полгода не рекомендуется превы­шать 40—45 минут. При этом 2—3 занятия в неделю вполне достаточно в первые 1—2 месяца. Генерация Тумо и контроль за деятельностью чакр и нади требуют больше времени, но и приступать к ним следует лишь после приобретения определенных навыков.

Успех никогда не базируется на пустом месте. Без серьезного от­ношения к медитативным занятиям вы не добьетесь ничего!

Глава 6. Описание упражнений в концентрации и медитации

Практика медитативных упражнений подразумевает их выполне­ние согласно приведенному в этой книге описанию для каждого из них. При этом предполагается, что все подготовительные процедуры, вклю­чая ряд требований к характеру использования- занимающимся време­ни, образу жизни и проч. (см. главу 5), соблюдаются. Особое внимание при этом следует уделять состоянию психики и ума перед началом занятий. Их следует привести в должный порядок за счет выполнения подготовительных упражнений, описанных в пятой главе. Только тог­да у практикующего может наблюдаться реальный успех, а от занятий будет максимальная польза.

Последовательность выполняемых упражнений во всех йогах оп­ределяется по правилу "от простого к сложному". Особенно важно соблюдать такое правило в высших йогах — Раджа-, Лайя-, Кундали-ни-, Бхакти- и других ветвях учения. Тогда занимающийся будет за­страхован от различных побочных эффектов, которые являются для занимающегося зачастую неожиданными и в большинстве случаев не­желательными. При условии правильности выполнения всех описан­ных ниже упражнений такого рода риск минимален, если практика строится на постепенном увеличении сложности занятий.

Приводимая последовательность упражнений не является в то же время строго обязательной. Различия индивидуальных особенностей занимающихся неизбежно приводят к тому, что для разных людей, согласно их природным особенностям, наиболее желательными будут разные упражнения. В общем случае, число факторов, которые оказы­вают воздействие на итоговый эффект того или иного упражнения, бесконечно, и полное устранение каких-либо негативных влияний, строго говоря, невозможно. Важно соблюсти главные условия, о кото­рых уже не раз упоминалось. Все остальные аспекты занимающийся определит сам. Так и в приводимой нами схеме: наиболее важное значение имеет лишь общая направленность занятий, а отдельные упражнения, которые вам в силу субъективных причин явно не нравят­ся, можно выбрасывать из схемы по своему усмотрению. Главное — не начинать с середины или, что еще хуже, с последних упражнений. Новичкам зачастую могут показаться примитивными начальные уп­ражнения, и потому они сразу пытаются достичь вершин благодаря высшим практикам. Что ж, уверен, что у большинства ничего не по­лучится. Наоборот, самые, казалось, простые упражнения при их сис­тематическом выполнении зачастую дают занимающемуся массу раз­ных нюансов, о которых он и не подозревает. Так или иначе, все это познается опытным путем. Поскольку научиться кататься на велоси­педе можно только катаясь на нем, пора приступить к описанию самих упражнений.

6.1. Медитация над звуками

ОБОСНОВАНИЕ: Согласно онтологическим концепциям йоги и санкхьи, все объекты мироздания при своем движении и взаимодейст­вии с другими телами создают определенные вибрации. Движущиеся материальные объекты, астральные флюиды, волновые потоки — все имеет следствием своего существования вибрации, в той или иной мере воздействующие на человека. Эти воздействия улавливаются им или, наоборот, в большинстве случаев остаются неосознанными. То же от­носится к отдельным органам и группам органов: они также произво­дят вибрации, о чем уже писалось в теоретическом разделе (см. гла­ву 2). Все это имеет важные практические следствия для того, чтобы активно и сознательно управлять взаимосвязями в организме, посред­ством вибраций в тонком теле воздействовать на состояние органов и даже клеток в грубом физическом теле. Отсюда генерируемые челове­ком мыслеволны, различные образы могут оказать созидающее и изме­няющее воздействие на различные физиологические процессы, систе­мы и их компоненты,. Поскольку материя сама по себе инертна, наи­большую силу имеют вибрации тонкоматериальных объектов.

Для того чтобы целенаправленно работать над своей психикой и умом, надо прежде всего научиться их успокаивать, определять состо­яние, идентифицировать происходящие в них процессы. Одно из самых простых и в то же время эффективных средств для этого — медитация над звуками. Она осуществляется на разных уровнях, начиная от ста­дии Пратьяхары и кончая весьма сложным контролем над состоянием внутренних звуков, от интегральной Анахата-нады до каждого отдель­ного тонкоматериального флюида. Анахата-нада представляет собой так называемый "мистический звук" и может быть уподоблена цент­ральной "артерии". Сложность ее описания во многом определяется тем, что она не имеет аналогов в грубоматериальном теле. Способность слышать Анахатанаду традиционно считается признаком духовной продвинутое. Однако такая способность приходит не сразу, и нет оснований считать, что у вас она проявится в первые же недели прак­тики.

В целом путь медитации над звуками может быть разбит на ряд усложняющихся с каждой новой ступенью этапов, и здесь мы опишем лишь самые простые.

МЕТОДИКА: Первый этап медитации над внутренними звуками состоит в процессе постепенного, но становящегося все более явным, абстрагирования. Оно исходно состоит в практике "отключения чувств", т. е. представляет собой не что иное как эффективное упражнение в Пратьяхаре. Этот первый этап достигается следующим образом [184 ]:

1. Сесть в медитативную позу со скрещенными ногами или просто на стуле на западный манер.

Не делать никаких умственных усилий; пусть все ваши эмоции, все реакции на окружающие стрессы, проблемы и все остальное отой­дут сами по себе, мысленные вихри утихомирятся, и в сознании посте­пенно появятся признаки умственного "штиля". Когда психика и ум начнут успокаиваться, попробуйте предельно расслабиться.. Хотя для данного упражнения не требуется сохранять позвоночник строго пря­мым, выдерживая его на одной прямой линии с шеей и головой, принять такую позицию полезно для выработки привычки к правильному сиде­нию во время занятий медитацией. Еще раз расслабьтесь. Представьте, что, закрывая глаза, вы отгоняете прочь все внешние проблемы, пусть даже очень важные для вас. Представьте, что на время упражнения стрессы для вас не существуют.

2. В течение некоторого времени наблюдайте, как ваша психика "поглощает" в себя все звуки. Представьте, что самое ценное для вас сейчас—это звуки, и ничего больше! Ум растворяется в звуке внешнем по отношению к вам. Теперь из множества звуков выберите себе один, какой — на ваш вкус, который больше нравится. Остальные звуки становятся для вас просто неинтересными, они постепенно исчезают. Ваше сознание не обращает никакого внимания на звуки, которые не соответствуют вами выбранному. Это — просто шумы и помехи, кото­рые вам неинтересны. Вас начинает отделять как бы легкая завеса, скрывающая от вас посторонние шумы. Существует один вами избран­ный звук и ничего более.

3. Существуете только вы и избранный вами звук. Но вы поняли, откуда он происходит, и вам он уже не нужен. Ваше сознание посте­пенно уходит от этого звука, прозрачная завеса постепенно отражает его, и вы уже не слышите ничего. Однако параллельно с этим процессом начинают появляться какие-то ранее вам не известные шумы. Эти шумы превращаются в неясные звуки, и теперь вы созерцаете только их. На первых порах вы вообще ничего не услышите, но даже если вы сможете достичь эффекта полной тишины и покоя, это уже само по себе будет свидетельствовать об успехе.

Для того чтобы услышать внутренние звуки, упражнение можно продолжить следующим образом. Закрыть уши или ватными тампона­ми, или пальцами. Чтобы локти во втором варианте не уставали, их можно положить на журнальный столик или какую-нибудь подставку на ваше усмотрение. Сосредоточиться на внутренних звуках, пытаясь их лучше услышать.

Постепенно вы начнете слышать какой-то неясный тонкий звон. Он будет прослушиваться на фоне более грубых и громких шумов, вызванных движением крови по сосудам, биением сердца и т. д. Этот тонкий звенящий звук и есть так называемый "внутренний звук". В зависимости от степени концентрации он будет то исчезать, то появ­ляться снова. Старайтесь не упускать его из внимания. Когда вы смо­жете слышать его непрерывно в течение 5—10 секунд, можно перехо­дить к следующим, более сложным упражнениям.

ЭФФЕКТ: Медитация над звуками имеет несколько 1 полезных эффектов. Они могут быть сведены к следующим аспектам:

1. Первоначальная концентрация практикующего на спектре слы­шимых звуков приводит к улучшению остроты слуха. Расширяется диапазон слышимых звуков, обогащается воспринимаемая человеком слуховая гамма.

2. Отключение сознания от внешних слуховых раздражителей служит эффективным средством для того, чтобы научиться управлять вашим сознанием, отбрасывать ненужные потоки информации, что особенно актуально в наше время шумового загрязнения среды. В итоге практикующий обретает эффективное антистрессовое средство, его психика при систематических упражнениях стабилизируется.

3. Слушание внутренних звуков является элементарным сред­ством для самопознания, своего рода исходной ступенью, входом во внутренний мир, в безграничные просторы своего организма. Это уп­ражнение, следовательно, абсолютно незаменимо для крайних экстра­вертов, которые не раз попадают в сложные ситуации из-за излишней экстровертивности своей психики. Для человека, подверженного силь­ным страстям, остро реагирующего на внешние воздействия, для впе­чатлительных людей такое упражнение крайне благоприятно.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Не следует злоупотреблять слушанием Ана-хата-нады. Далеко не всем подходит этот путь, некоторые люди могут не испытывать к такому роду упражнений душевной склонности, и в этом нет ничего страшного. Продвинутые йоги используют слушание Анахата-нады также как контроль степени очищенности астральных каналов от разного рода нечистот: когда астральные каналы очищены, звук очень громкий, тонкий и легко улавливается практикующим [15]. Длительная работа с Анахата-надой требует довольно сложных при­емов и специальных процедур, которые здесь нами не описываются.

2. Со временем пытайтесь проделать то же упражнение, не закры­вая глаз и (или) ушей. Не следует при этом опасаться возможного появления чувства "белого безмолвия": оно временно. Чтобы себя максимально успокоить, можно завести на определенное время бу­дильник для выхода из такого возникшего состояния.

3. Слушанию внутреннего звука (Анахата-нады) важное значение придает и Свами Шивананда [131 ]. Эту практику он рассматривает как одну из важнейших в Лайя-йоге и указывает следующие 10 видов слыши­мых звуков: 1) "Чини-чини-чини...", 2) "Чини-охини-чини-охини ...", 3) звук колокольчиков, 4) шум раковины, 5) лютня, 6) цимбала, 7) флей­та, 8) барабан, 9) двойной барабан, 10) звук грома. Какой-нибудь из указанных звуков может услышать даже новичок.

4. Высокий тонкий звон в ушах можно также услышать во время практики асан Хатха-йоги, например в лозе плуга (Халасане), если на короткое время сосредоточиться на звуках внутри головы.

6.2. Медитация над мантрами (1 и 2)

ПЕРВОЕ УПРАЖЕНИЕ

ОБОСНОВАНИЕ: Мантры — молитвенные формулы, или закли­нания, произнесение которых человеком, вызывая определенные виб­рации, приводит к изменению его психики в том или ином желаемом , направлении. Модификация умственно-психического состояния чело­века посредством мантр может привести при этом к возбуждению, к успокоению, к возникновению молитвенного настроя и т. д. Теорети­ческие основы и главные принципы мантра-медитации изложены вы­ше — в разделе 2.5. Наиболее употребительные в Индии и Тибете мантры приводятся в Приложении 5. Напомним, что беспрерывное повторение мантры называется Джапа. При этом непрерывность в Джапе означает не столько скороговорку, сколько отсутствие у произносящего каких-либо иных звуков или мыслей, которые не соответствуют данной мантре или желаемому эффекту. Первая из приводимых здесь мантр — "ОМ" — является звуковым аналогом, соответствующим Абсолюту. В староиндийской транскрипции она читается как "АУМ" или "АОУМ".

МЕТОДИКА МЕДИТАЦИИ: Мантра-медитация осуществляется на разных уровнях по степени сложности упражнений и всегда в не­сколько этапов.

Первое упражнение, которое может рассматриваться также как исходный этап более длительной и сложной медитативной процедуры, представляет собой медитация над мантрой "ОМ". Оно сводится к следующим фазам упражнения.

1. Принять медитативную позу и расслабиться. Подготовить себя к медитации, отключив свое сознание от внешних проблем. На этот этап должно уходить не более 1—2 минут, и если вы будете не вполне удовлетворены, все равно приступайте к следующему этапу, т. к. он поможет вам достигнуть отключения от внешних стрессов.

2. Закрыв глаза, произносите нараспев "А-О-У-МММ". Все звуки должны петься на одной ноте, без интервалов, одинаково громко, причем звук "М" по длительности должен быть равен длительности всех гласных звуков. Сделав полный цикл глубокого дыхания йогов (т. е. вдохнув и выдохнув) или сразу после очередного вдоха, второй раз на выдохе поется "АОУМ". Всего число пений "ОМ", в соответствии с индийской тради­цией, должно быть кратно 3. Это, например: 6, 9, 12, 15,..., 108. Так называемый "полный АУМ" составляет 108 повторов пения этой мантры. Для правильного счета хорошо использовать четки. ,

В процессе пения представьте (глаза по-прежнему закрыты) в своем воображении Космос, звезды, сверкающие ярким светом, бес­предельные просторы Вселенной.

Почувствуйте, что при пении АУМ ваше тело, мозг, ум начинают резонировать в унисон с космическими ритмами; ваше дыхание при этом начинает сливаться с космическим дыханием. В самом деле, тот факт, что в данный момент времени вы произносите мантру, есть не что иное, как частный процесс космических превращений энергии. Это объективный факт, и он так или иначе связан с Космосом.

Продолжайте петь АУМ, пока не начнут возникать какие-либо эффекты дискомфорта. Но перед открыванием глаз выждите 1—2 се­кунды для того, чтобы не было резких переходов для ваших органов чувств. Для начала занятий вполне достаточно повторить пение мантры 3 или б раз. Не следует себя перетруждать.

3. Эта фаза занятий должна практиковаться не раньше, чем черва неделю после начала практики данного упражнения. После чтения АУМ и не открывая глаз попробуйте пропеть эту мантру точно так же, но мысленно. Очень важно, чтобы язык, губы, мягкое небо оставались при этом неподвижными. При мысленном произнесении АУМ вы долж­ны почувствовать такие же вибрации, что и при пении мантры голосом.

Продолжайте заниматься не менее 1—2 недель. Критерий успеш­ности практики — появление шелестящих звонов при голосовом или мысленном пении мантры (грубая аналогия — звон при попытке что-то сказать сквозь расческу, на которой натянута бумага).

Важно отметить, что АУМ (ОМ) следует научиться произносить не только на выдохе, но и на вдохе, что значительно сложнее. Высокое пение ОМ на вдохе сопровождается сосредоточением на Высшем и ощущением, что все самое лучшее и хорошее входит в вас, когда вы совмещаете вдох и выдох. В качестве промежуточного этапа можно рассматривать мысленное пение ОМ про себя, когда вы сосредота­чиваетесь на вибрациях, которые возникают в вас при мысленном произнесении этой мантры.

Освоив эту практику, переходите к такой разновидности мантра-медитации, которая составляет собственно Джапу. Она состоит в сле­дующем:

1. Приняв медитативную позу, расслабьтесь и закройте глаза. Представьте себе Космос с сияющими звездами на черном фоне.

2. Совершая вдох, мысленно произносите "А-0-У-МММ", при этом представляя себе, что все лучшее, ясное, чистое, кристальное вы вбираете в себя с каждым вдохом. Совершая выдох, почувствуйте, что вместе с произнесением "А-0-У-МММ" ваши ритмы сливаются с рит­мами Космоса, ваши вибрации, создаваемые мантрой, согласуются с вибрациями Вселенной. Итак, вдох (АУМ) -» выдох (АУМ), вдох (АУМ) -» выдох (АУМ) и т. д. Дыхание должно быть размеренным, ровным, глубоким. Совершив 6—12 циклов (вдох-выдох составляют один цикл), прекращайте мысленное произнесение Джапы. Через 1—2 секунды откройте глаза.

Другая Джапа выполняется с мантрой СОХАМ. Техника упраж­нения остается при этом той же самой, но все внимание устремляется у занимающегося внутрь, на себя. Мантра СОХАМ, по воззрениям йоги, есть не что иное, как отражение в звуке подсознательного про­цесса дыхания. Согласно йоге, производя вдох или выдох, ваше подсоз­нание вибрирует соответственно как СО или ХАМ. Итак, вы произносите мысленно "СО" на вдохе и "ХАМ" на выдохе, "СО" на вдохе и "ХАМ" на выдохе и т. д. Длительность упражнения примерно составляет 1—3 минуты.

Разновидность этого упражнения, согласно Йогашакти Сарасва-ти [184], состоит в инверсии частей "СО" и "ХАМ". То есть СОХАМ через какое-то время меняется на ХАМСО. Например, СОХАМ, ХАМ-СО, СОХАМ, ХАМСОит. д. Полезно при этой мантре представить себе зрительно успокоение ума, уподобление его гладкой, безмятежной, зеркальной поверхности большого озера. Не существует ничего внеш­него, вы — весь мир, в вас — вся Вселенная в период Джапы с мантрой СОХАМ. Дыхание при этом не должно быть быстрым. Наоборот, реко­мендуется замедлить его как только можете. В то же время не должно быть и задержек дыхания (Кумбхаки). Плавный вдох и плавный раз­меренный выдох. Не допускайте возникновения какого-либо напряже­ния в спине, верхней части туловища, в легких и других частях тела.

ЭФФЕКТ: Мантра-медитация и особенно Джапа обладают мно­жественным полезным действием. Это воздействие сводится к следую­щим основным аспектам:

1. Концентрация на звуках приводит к повышению осознаваемости занимающимся различных речевых оборотов, слов и частей слов. Это сопровождается расширением спектра эмоциональных реакций, которые связаны со звуком, что можно рассматривать как своеобразное обогащение сознания [111].'

2. Занимающийся приобретает элементарные навыки быстрого и эф­фективного снятия стрессов, например — будучи вынужденным присут­ствовать на утомительно скучном собрании. Полезно чтение мантр после какой-либо работы, когда наступает чувство усталости. Тем самым при­обретается контроль над психикой.

3. Пение мантры АУМ способствует повышению интеллектуаль­ных способностей занимающегося, т. к. звуки А-У-М создают благо­приятные вибрации в голове, которые как бы массируют тканевые структуры [51].

4. Непрерывная концентрация на звукосочетаниях, не связанных с бытовой повседневной деятельностью, снижает степень воздействия следов прошлой психической деятельности. Это также способствует умственной и эмоциональной релаксации занимающегося [111].

5. Создавая устойчивые психические процессы, закаливается воля занимающегося, усиливается умственная деятельность; все реакции практикующего на внешние воздействия становятся более адекватны­ми ситуации, а психика приобретает необходимую ей стабильность.

6. Свами Вивекананда в комментариях к "Йога-сутре" указы­вает, что во время чтения мантры "ОМ" человек мысленно находится в компании высокоразвитых в духовном и интеллектуальном смысле людей [10]. Очевидно, здесь вступает в силу действие эгрегорных соотношений, и в некоторых ситуациях образуется нечто вроде эгрегорной защиты для практикующего.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Мантра "Ом"'традиционно считается элемен­том религиозной практики ("Бог есть Ом"). Однако практика с ней полезна и для атеиста, причем последний тоже приобретает положи­тельный эффект. То есть практиковать это упражнение могут верую­щие и атеисты, молодые (даже дети 'и старые, независимо от пола, нации, профессии и т. д.; во всех случаях прогресс имеет объективный характер. Для верующего же эффект будет максимальным ввиду вос­питания у него своего рода чувств благоговения и большей готовности сознания для постижения высших духовных истин.

2. Возможна и полезна также аналогичная в своих общих чертах работа и с другими мантрами, например Маха-мантрой кришнаитов (вайшнавов): Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Ха­ре/Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе. В этой мантре Кришна и Рама — имена Бога, а слово "Харе" — есть обращение к внутренней энергии Бога.

Заучивание мантр на санскрите кроме описанных эффектов слу­жит прекрасным средством для развития памяти.

3. Через неделю после начала практики мантра-медитации начи­найте также вдумываться в смысл каждого звука мантры. Ответьте при этом себе на вопросы, например, почему мантра "Ом" имеет именно такие звуки, а не другие? Что обозначает каждый звук? Затем попро­буйте идентифицировать эффект от каждого произносимого звука по отдельности, дифференцируйте свои ощущения, это также разовьет ваши способности.

4. Даже после того, как вы достигнете успеха в чтении мантр, не следует полностью забрасывать это упражнение. Медитацией над ман­трами обычно заканчивают более сложные и длительные упражнения в практике медитации. Например, заканчивайте каждое занятие по медитации троекратным чтением мантры АУМ.

5. Успех в занятиях и степень произведенного от них положитель­ного эффекта прямо пропорциональны длительности каждого отдель­ного занятия. Однако, не следует торопиться. Все приходит со време­нем.

6. На более поздних стадиях медитативной практики (но не в начале освоения!) мантра-медитацию можно делать в транспорте, во время прогулки по парку, на каком-нибудь собрании и в других местах, когда есть реальная угроза просто бессмысленно потерять время. Тако­го рода упражнения в промежутках позволяют в значительной мере сохранять достигнутый уровень духовного развития.

ВТОРОЕ УПРАЖНЕНИЕ

ОБОСНОВАНИЕ: Второе упражнение, выделенное нами с некото­рой условностью, представляет несколько отличающуюся по деталям техники исполнения работу с мантрой ОМ-МАНИ-ПАДМЕ-ХУМ. Это — одна из самых популярных и знанимых в буддизме мантр, практикуемая не только в Индии и других странах юго-восточной Азии, но и на терри­тории СССР (например, в Бурятии). В переводе с санскрита она означает "О! Сокровище в лотосе!". Легенды приписывают эту шестисложную мантру бодхисаттве Авалокитешваре, называя ее "сутью всякого счастья, процветания и знания, великим средством освобождения". Считается, что слог "ОМ" закрывает врата рождения в мире богов, "МА" — в мире ревнивых богов, "НИ" — в человеческом мире, "ПАД" — в мире живо­тных, " ME " — в мире голодных духов, "ХУМ" — в аду. Каждому из слогов соответствует цвет определенного мира или соответственно бе­лый, красный, синий, зеленый, желтый и дымчатый [149]. В других списках приводятся и другие цвета, связанные последовательно с шес­тью слогами мантры, например [56] белый, синий, желтый, зеленый, красный, черный. Эта вторая последовательность цветов автору пред­ставляется более правильной, поскольку она в большей степени близка к цветовым качествам соответствующих шести чакр.

Автор рекомендует ее практику для закрепления навыков работы с мантрами и освоения более сложных методик мантра-медитации.

МЕТОДИКА:

1. Приняв соответствующую позу, расслабиться и закрыть глаза. Установив соответствующее медитации спокойное ды­хание, с закрытыми глазами медленно, не торопясь, прочитать 3 раза мантру Ом (голосом или мысленно — в зависимости от условий).

2. Не давая мыслям скакать из стороны в сторону, медленно, на­распев прочитать голосом или мысленно шестисложную мантру ОМ-МАНИ-ПАДМЕ-ХУМ, четко по слогам, но без существенных задер­жек между слогами, на одной ноте. Одновременно с медленным про­чтением каждого слога перед закрытыми глазами представлять себе, как цвет экрана или круга меняет свои цвета соответственно слогам: белый, синий, желтый, зеленый, красный, черный.

3. Отдохнув в той же позе 2—3 секунды, повторить упражнение еще 2 раза по той же методике.

4. Сделав небольшой перерыв в -3—5 секунд, три раза прочесть АУМ и, не торопясь, открыть глаза. Мантра-медитация окончена.

ЭФФЕКТ: Эта мантра успокаивает и способствует очищению аст­рального тела. Для усиления се действия полезно также создать мыс­ленно вокруг себя тонкую оболочку-кокон из хороших эмоций, добро­желательности к людям, душевной чистоты и моральной незагрязнен­ности. В остальном же такая мантра-медитация обладает всеми други­ми положительными эффектами этой группы медитативных упражне­ний, описанными выше.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Попытайтесь после упражнения, но не во время его исполнения, проанализировать, что вы чувствовали и почему. Лю­бое из приводимых упражнений имеет свой внутренний эзотерический смысл, который также может быть постигнут медитативным путем.

2. Период, предшествующий исполнению мантры и вскоре после нее, должен быть свободен от разного рода резких эмоциональных всплесков и стрессов.

6.3. Медитация над дыханием (1 и 2)

ОБОСНОВАНИЕ: Начальные этапы сосредоточения и медитации всегда имеют в своей исходной основе контроль дыхания. Об этом не один раз уже говорилось выше. Однако важно не только научиться контролировать дыхание, но и закрепить такого рода успех. Во-вторых, длительное размышление о дыхании имеет и свою особую ценность в самых разных аспектах. Дыхание — одно из отличительных свойств самой жизни как явления природы, и познание его значения и сущности применительно к своему организму является одним из самых простых, но в то же время очень важным актом самопознания для любого человека. Существует и оккулвтное значение постижения тайн дыхания — там, где кончается физиологическое дыхание, плоскость действия человеческой души приобретает иной характер, и человек выходит в тот мир, который иногда называют инобытием. Поэтому умение контролировать дыхание на разных уровнях сознания чрезвы­чайно важно для всего прогресса совершенствования тела и души. Об этом традиционно свидетельствуют древние тексты Индии и Китая, да и вообще — йога без контроля дыхания просто немыслима.

В предыдущем упражнении в мантра-медитации мы уже сделали первый шаг в постановке дыхания под контроль воли, и помощь здесь оказала мантра СОХАМ. Теперь мы предлагаем еще два простых уп­ражнения, которые призваны закрепить успех [184 ].

МЕТОДИКА: Условия выполнения упражнений одинаковы и сво­дятся к тому началу, что можно считать стандартным: сесть в медита­тивную позу или просто лечь на коврик; предельно расслабиться, про­верив эффективность расслабления от кончиков пальцев ног до туло­вища, рук и шеи, закрыть глаза; прочитать мантру АУМ 3 или 6 раз (про себя или голосом).

ПЕРВОЕ УПРАЖНЕНИЕ

Сосредоточить все мысли на контроле дыхания, подготовиться к счету. Вдох и выдох выровнять так, чтобы они были примерно равны по продолжительности. На счет 1,2,3,4 — вдох, выдох — на счет 5,6, 7,8; снова вдох на счет 9,10,11,12 и выдох на счет 13,14,15, 16. Так следует продолжать до 248. На счет 249 — открыть глаза и так продол­жать упражнение дальше до счета 500.

ВТОРОЕ УПРАЖНЕНИЕ

Сущность упражнения здесь такая же, однако вместо счета зани­мающийся использует мантру. Мантра произносится мысленно 4 раза при вдохе и так же мысленно 4 раза—на выдохе. Затем снова при вдохе мысленно 4 раза произносится та же мантра, и 4 раза она повторяется на выдохе. Начинать следует с 3—5 минут, а прекратить упражнение лучше всего по какому-либо сигналу (например, будильника). Понят­но, что произнесение даже в быстром темпе 4 раза мантры занимает время, большее чем 4 секунды, так что лучше всего в качестве исходной мантры использовать АУМ. Затем, если вы сочтете необходимым заме­нить мантру, можно использовать сочетание АУМ-ШАНТИ (в перево­де с санскрита "Шанти" означает "мир, покой"). Затем можно исполь­зовать ОМ-МАНИ-ПАДМЕ-ХУМ или любую другую формулу, кото­рая вам нравится больше всего. По мере увеличения длительности мантры упражнение приобретает все большее значение в плане Хатха-йоги, как Кумбхака (т. е. задержка дыхания), т. е. оно начинает в себе совмещать одновременно преимущества Хатха-йоги и Дхьяна-йоги.

ЭФФЕКТ: Эффект как первого, так и второго упражнения значи­телен, несмотря на кажущуюся их примитивность. Сознание получает мощный толчок, направленный к интравертному состоянию, в резуль­тате чего все внешние заботы и суета уносятся прочь просто и эффек­тивно. В итоге создаются прекрасные возможности перейти к более сложным упражнениям, а также — получить пусть кратковременный, но реальный умственный отдых. Длительная мантра в случае практики второго варианта упражнения даст возможности оздоровить и укре­пить легкие благодаря эффекту Кумбхаки, широко известному из опы­та Хатха-йоги.

6.4. Медитация над "ментальным небом"

ОБОСНОВАНИЕ: Никакой духовный и интеллектуальный про­гресс не может быть достигнут без развития интровертивных способ­ностей психики. Уведение мыслей внутрь сознания, предусматривае­мое пятой стадией восьмичленной лестницы йоганг — Пратьяхарой, представляет собой только первую ступень в самопознании, и этот этап должен быть развит и закреплен. Человек должен не только понимать, но и иметь способность зрительно представлять свои внутренние свой­ства, рассматривая мир своих чувств, желаний и мыслей как реальный компонент своего "Я" в тот или иной момент времени. Далее, прояв­ление интуитивных способностей и успех в распознавании внутренних свойств других объектов также связан со способностью к интровертивной деятельности сознания. Развитие таких способностей достигается чрезвычайно простым, на первый взгляд — примитивным, упражне­нием, которое рекомендует Йогашакти Сарасвати в своей книге [184 ].

Смысл упражнения связан с элементарным анализом так называ­емого "ментального неба", представляющего собой своего рода "эк­ран", в котором отражается повседневно, ежесекундно внешний мир и одновременно проецируется мир внутренний.

МЕТОДИКА:

1. Сядьте в медитативную позу, расслабьтесь, успо­койте дыхание, 3 раза прочитайте АУМ.

2. Медленно закройте глаза и попытайтесь отбросить, "вытолк­нуть" из себя все тревоги, мирские заботы, неприятные мысли.

3. Смотрите закрытыми глазами прямо "во тьму", спокойно созер­цая тот мир, который вы можете увидеть с закрытыми глазами. Ни в коем случае не пытайтесь что-то увидеть, прилагая усилия, просто спокойно созерцайте то пространство, тот мир, который вы можете увидеть при закрытых глазах. Начинайте с 3-х минут, постепенно увеличивая длительность до 5, но выполнение упражнения больше 7 минут не имеет особого смысла.

4. Прочитайте 3 раза мантру АУМ и не спеша откройте глаза.

ЭФФЕКТ: Упражнение несмотря на его простоту способствует целому комплексу положительных эффектов, полезных для любого человека, независимо от рода его деятельности:

1. Умственная релаксация возникает уже спустя несколько секунд после начала занятий. Снимается острота разного рода стрессов, появ­ляется ощущение покоя и глубинного спокойствия, невозмутимости духа. Психика укрепляется при систематической практике, человек восстанавливает силы. '

2. При систематическом упражнении начинает пробуждаться "третий глаз", соответствующий Трикуте (пространству между бровя­ми) , в результате чего появляются феноменальные способности видеть сквозь веки, в темноте, через стены и т. д.

3. Незаметно для вашего сознания, постепенно происходит интроверция психики. Крайние экстраверты, которые не раз становились жертвами своей открытости, приобретают способность "уходить в се­бя". Наоборот, интроверты, зачастую страдающие излишней само­углубленностью и "копанием" в своих чувствах, более адекватно на­чинают оценивать действительность, более четко отделяя друг от друга внешние и внутренние эффекты. Так или иначе, укрепляется способ­ность к спокойному созерцанию, что ценно во все периоды нашей жизни.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Очень важно научиться просто смотреть впе­ред при закрытых глазах, безо всяких попыток что-либо увидеть. Пом­ните, что это — упражнение в пассивной медитации, а не в активном создании образов. Просто смотрите и все, ничего больше!

2. На первых порах вы, скорее всего, не увидите ничего, кроме черной тьмы. По мере духовного прогресса ваше "ментальное небо" будет постепенно очищаться, а цвета светлеть. Белый и синий цвета в индийском понимании воспринимаются как символы духовного.

3. Промежуточный этап - появление каких-то неясных образов, цветовых пятен, вспышек света из "ниоткуда". Иногда могут возни­кать даже целые серии цветных картинок — даршан (видений). Это — нормально, и все такого рода образы объясняются вхождением созна­ния (но не физиологического зрения!) в астральные миры и их различ­ные плоскости и проекции. Нет причин здесь чего-то бояться.

4. Наиболее четкий критерий развития духовных способностей состоит в приобретении способности видеть сквозь веки. Такого рода эффект может возникнуть независимо от желаний, спонтанно. Эти будет уже свидетельствовать о приобретении некоторых экстрасенсор­ных способностей.

6.5. Тратака на свечу

ОБОСНОВАНИЕ: Успех в делах, совершенство исполняемой ра­боты определяются почти исключительно способностью концентрировать усилия, собранностью человека. Эта, казалось бы, природная способность на самом деле может и должна быть развита при помощи специального упражнения, называемого "Тратака". Этимология этого санскритского слова ("тра" — спасительное, "атака",— скитание) связана с предвари­тельными условиями выполнения упражнения. Так, попробуйте дать мыслям свободу полета на 2—3 минуты: вы будете удивлены, замечая совершенную бессвязность некоторых их продолжений. Заметив такие бессвязности, вы тотчас же попытаетесь их прервать, регулировать. Так вот именно непрерывание мыслей, свободное и полное их завершение и является предварительной фазой упражнения Тратака. На эту предвари­тельную стадию отводится 1—2 минуты.

МЕТОДИКА: Установите свечу так, чтобы при сидении напротив нее пламя располагалось от вас на расстоянии 40—60 см и на уровне глаз. Зажгите свечу. Сев в позу и предельно расслабившись, направьте все "лучи разума" только на пламя свечи. Все остальные мысли отбра­сываются, как назойливые мухи. Для вас в период упражнения суще­ствует только свеча, одна свеча и ничего более. Весь мир теперь заклю­чается в пламени свечи. Вы и пламя — одно целое... Как только глаза устали, закройте их и сосредоточьтесь на световом пятне, оставшемся на сетчатке. Попробуйте, далее, увидеть свечу через веки. Изображе­ние пламени, свечи и их цвета могут при этом изменяться или смещать­ся, но общая форма свечи и язычка пламени должны оставаться без изменений. Допускайте только мысли о свече или о ее пламени. Вас интересует только свеча и ее горящий фитиль. Когда глаза отдохнули, снова откройте их и продолжайте созерцать свечу. Длительность уп­ражнения — 5 минут за одно занятие в течение первых двух недель. Затем время постепенно увеличивается до 10—15 минут.

ЭФФЕКТ: Способность к собранности мыслей возрастает во много раз при регулярной практике этого элементарного упражнения. Следует особо отметить, что увеличивается способность не только к умст­венной концентрации, но и физической, что делает это упражнение крайне полезным для адептов каратэ, у-шу и других динамических направлений, связанных с восточными боевыми искусствами. Тратака — исходная основа для практики всех следующих упражнений, и успех в более сложных процедурах во многом связан именно со способ­ностью к концентрации. Для начинающих это упражнение является незаменимым, и игнорировать его нельзя.

Практика Тратаки одновременно усиливает успех предшествую­щей стадии — Пратьяхары. Достижение следующих ступеней — ак­тивной медитации и наступление Самадхи невозможно без успешной практики различного рода Тратак (см. ниже).

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Практика Тратаки на свечу более 15 минут, как считает Б. Сахаров [ 128 ], превращается в довольно бессмысленное занятие и потому не рекомендуется.

2. Не следует делать это упражнение при интенсивной заня­тости работой, так как сама работа уже может рассматриваться как медитация.

3. При концентрации с закрытыми глазами вокруг свечи или ее пламени могут вдруг "ниоткуда" появиться какие-то золотистые или голубоватые кольца, дымчатость и прочие "картинки". Не следует пугаться или удивляться — это или физические поля вокруг объекта концентрации или, возможно, ваше "внутреннее зрение" увидело ка­кую-то часть астрального мира.

4. Будьте осторожны: не перетруждайте глаза.

6.6. Тратака на предмет

ОБОСНОВАНИЕ: Выполнение Тратаки на свечу во многом облег­чается природной склонностью человека смотреть, не отрываясь, на огонь. Значительно сложнее долгое время сосредоточиваться на пред­мете, особенно если последний не очень интересен для занимающегося. Один из таких объектов — карандаш, на примере которого мы рассмот­рим, как простая концентрация— собственно Тратака — может пере­ходить в довольно длительную медитацию.

Понятно, что важно не только уметь, отбрасывая посторонние мысли, сосредоточиваться на избранном объекте. Не менее важно об­ладать способностью к диалектическому мышлению, причем для мыс­лительного аппарата чрезвычайно полезно довести эту возможность до автоматизма. Диалектика (как метод рассмотрения предмета или явления в единстве и взаимопроникновении его противоположностей) была свойственна еще древним мыслителям Индии [160 ] и античного мира [9].

МЕТОДИКА: Для комплексного .разностороннего исследования предмета или явления можно предложить следующую общую схему упражнений, известных под общим названием "Тратака". Для этого необходимо создать все предварительные условия, принять любую си­дячую позу, положить перед собой на уровне глаз карандаш (или любой другой предмет) и расслабиться. Отбросив все посторонние мыс­ли и сосредоточившись только на объекте концентрации, ответить на следующие вопросы:

·    назначение и сущность предмета или процесса;

·    более общие классы объектов, гё которым можно отнести данный предмет или явление;

·    наиболее важная часть объекта, отличающая его от других;

·    другие отличительные свойства вещи или явления;

·    происхождение и развитие объекта: его начало, материал и вещества, из которого предмет состоит (составные части процесса); вероятный конец этой вещи или явления, вероятные причины такого конца;

·    совокупность отношений данной вещи или явления с другими;

·    противоречивые стороны, свойства объекта;

·    переходы количества в качество и наоборот;

·    стороны объекта, где наблюдается повторение в более высокой форме черт предшествующей фазы развития, возвраты якобы к старо­му, т. е. отрицание отрицания.

Закончив рассуждения по заданной схеме, не спеша встать. Для того чтобы лучше подчеркнуть процесс окончания медитации в собст­венном сознании занимающегося, отметить, что это — всего лишь упражнение, желательно раза три прочитать АУМ перед тем, как встать и приступить к другим делам. Полезно также выполнить по окончании этой практики медитацию над дыханием с закрытыми глазами.

ЭФФЕКТ:

1. Развивается диалектический стиль мышления. Со­знание становится более ясным, а интеллект развитым. Количествен­ные изменения в глубине анализа явлений переходят в качественные; в итоге происходит выход на новые, более высокие уровни развития мышления и его распознавательной способности.

2. Укрепляются способности к Пратьяхаре и Дхаране (концентра­ции), свойственные обычно научным сотрудникам с большим опытом деятельности в своей сфере.

3. Интеллект становится более гибким, дисциплинированным; его становится все легче и легче в повседневной жизни переключать с одной задачи на другую по мере практики упражнения.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Чем менее интересен предмет, тем больше эффект от упражнения.

2. Не следует делать упражнение в состоянии сильной усталости. Наилучшее время для него — праздники, выходные, отпуск.

3. Хотя в карандаше можно найти как воплощение всех трех общих законов диалектики, черты общею, единичного и особенного, так и отражение целого ряда других, принципов философии, следует пом­нить, что это — лишь упражнение, проводимое вами для лучшей само­реализации вашего "Я".

4. Предложенная схема исследования не претендует на то, чтобы ее рассматривали как целую и законченную. Такую схему можно из­менять и дополнять соответственно возможностям и пожеланиям само­го занимающегося.

5. Если у вас не так легко получается это упражнение, как вам хотелось бы, в качестве предварительного упражнения следует исполь­зовать еще одну Тратаку — на пятно. Такое упражнение по методике своей ничем не отличается от Тратаки на свечу, причем возможно использование двоякого рода пятен:

o        черное пятно на белом фоне;

o        белое пятно на сплошном черном фоне.

В любом случае диаметр пятна составляет 2—5 см, объект для концентрации, нанесенный на бумажный лист, устанавливается на расстоянии 30—100 см от созерцающего на уровне его глаз.

Если и после такого упражнения выполнение медитации на пред­мет у вас вызывает чувство внутреннего неприятия, тогда следует ограничиться Тратакой на свечу и (или) на пятно.

6.7. Тратта на цветок

ОБОСНОВАНИЕ И МЕТОДИКА: См. выше — разделы 6.5 и 6.6. Однако появляется дополнительный элемент: вместе с пристальным взглядом и концентрацией всех умственных сил на данном цветке вы вдыхаете его запах. Если цветок без запаха — представляете мысленно исходящий от него аромат. Этот аромат входит в вас, наполняет вас, пронизывает вас. Других запахов не существует, есть только один прекрасный, тонкий аромат цветка.

Таким образом, в процесс концентрации включается еще и обоня­ние. После некоторой практики упражнение можно усложнить: вместо цветка взять несколько цветков (но неболее семи!). Но в любом случае цветок и тем более — букет должен полностью соответствовать вашим эстетическим вкусам. В нем не должно быть ничего, что могло бы вам не понравиться или вызвать какие-либо обостренные, бурные эмоции, связанные с какими бы то ни было воспоминаниями.

ЭФФЕКТ: Тот же, что и при практике других Тратак. Однако работа с цветком позволит в ненавязчивой форме развить ваши эсте­тические вкусы, а при использовании букета будет также развиваться возможность одновременного множественного восприятия объектов.

ПРИМЕЧАНИЕ: Не следует за одно занятие делать несколько Тратак, например после Тратаки на свечу практиковать созерцание цветка. Это будет утомительным и может внести в ваше сознание элемент двойственности, что в целом будет нежелательно.

6.8. Медитация над янтрой

ОБОСНОВАНИЕ: Способность живописи и графики оказывать воздействие на душевное состояние человека была известна еще в глубокой древности и подтверждается новейшими научными исследо­ваниями [51 ]. В Индии специальные графические изображения для вхождения в состояние транса получили название "литры", и о них мы неоднократно упоминали выше — в первой и второй главах. На рисун­ках 1—4 приводятся наиболее известные янтры, связанные по своему содержанию с основными аспектами восточных учений — единством Человека и Космоса, единством и взаимодействием мужского и жен­ского начала, множественностью внутренних и внешних миров, идеей Бесконечности, закономерностью Вселенских процессов и т. д. Меди­тация над янтрами позволяет в наглядной образной форме внести в свое сознание эти аспекты, закрепить их,^ также — через самадхи — пе­рейти к более высокому уровню непосредственного, "прямого" воспри­ятия объектов медитации, да и всего мира в целом. Кроме того, в янтрах в графической форме были зашифрованы многие эзотерические аспек­ты тайных учений, которые, в частности, ведут к тому, что с каждым новым занятием янтра может являть ученику все новые и новые сторо­ны и грани своего внутреннего смысла.

МЕТОДИКА:

1. Сядьте в медитативную позу и расслабьтесь. Ус­покойте дыхание, поставив его под контроль. Прочтите мантру "Ом", можно проделать также упражнение в джапе с мантрой "Сохам".

2. Сосредоточьтесь на изображении янтры. Янтра располагается на уровне глаз и удаленности 50—120 см от занимающегося (в зависимо­сти от размеров изображения). Можно практиковаться и лежа на ков­рике, но тогда крупное изображение янтры надо будет расположить на потолке, что некоторым может показаться затруднительным.

3. Представьте, что, вдыхая, вы вносите сокровенные сущности, заключенные в янтрах, в себя, выдыхая — отбрасываете все посторон­ние мысли. Через 30 секунд — 1 минуту такого "образного" дыхания вы перестанете обращать внимание на дыхание, как будто оно или не существует, или является каким-то незначительным атрибутом вашей телесной оболочки.

4. Продолжайте анализировать внутренний смысл янтры.

5. Попробуйте, вычленив отдельные элементы янтры, понять зна­чение и свойства каждой ее составной части.

6. Вернитесь к комплексному, обобщенному восприятию. Янтра — это не просто беспорядочный набор каких-либо символов, пусть даже сверхтайных. В этой совокупности и связи частей янтры заключен свой собственный особый смысл. Этот смысл вам и надо понять.

7. Почувствовав усталость, прекращайте упражнение, довольст­вуясь тем, что вам стало известно о янтре ("из янтры") сегодня, на данный момент, Переведите внимание на дыхание, прочтите 3 раза АУМ, медленно встаньте.

ЭФФЕКТ: Значение медитации над янтрами очень велико, так как полезный эффект проявляется сразу в разных областях:

1. Психика становится более устойчивой, а ваше внутреннее "Я" преисполняется сознания сопричастности к великим тайнам Космоса. Тем самым вы приближаетесь к познанию своего предназначения, и янтра помогает также вам его раскрыть.

2. Увеличивается способность к образному мышлению, улучшает­ся образное восприятие действительности. Практикующие лучше на­чинают воспринимать геометрические формы, объемно представлять себе разного рода структуры.

3. Усиливается способность делать нестандартные выводы, отбра­сывать тривиальные мыслесхемы и мыслеобразы. Ваше мышление ста­новится неклассическим, приближаясь в отдельных чертах к рацио­нальным сторонам восточного стиля мышления. Если вы к тому же осваиваете основы буддийской логики или логики навья-ньяи (индийской школы рационалистов-логиков), такой эффект возрастает во мно­го крат, и вам становится понятной вся прелесть и смысл восточного типа миросозерцания.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Следующая ступень сложности практики со­стоит в том, чтобы при медитации над янтрой попробовать представить ее себе объемной. Попробуйте также мысленно поместить себя в центр янтры; что вы при этом почувствуете?

2. В любом случае не следует в одном занятии совмещать это упражнение с разного рода Тратаками (кроме Тратаки на свечу до янтра-медитации, т. к. такое сочетание допустимо).

3. Если вы устали или вдруг почувствовали сонливость, то закан­чивайте данное упражнение, постепенно выходя из него. Если это уже не первое занятие с янтрами, попробуйте тогда зарядиться энергией от янтры. Если ощущение сонливости прошло, значит, вы занимаетесь правильно и можете при желании продолжить упражнение.

4. Контроль правильности янтра-медитации: ощущение восторга от Беспредельности, бурная радость от познания новых истин, чувство наполнения энергией, иногда — ощущение полета.

5. В качестве янтры можно брать и другие геометрические знаки или тайные символы, которые следует расшифровать через медита­цию. Психологами установлено [111], что наибольшее значение для приведения психики в равновесное состояние имеют симметричность формы отдельных компонентов и всего знака в целом. Наоборот, любая асимметрия зачастую воспринимается как диссонанс.'

6.9. Пять малых упражнений в медитации (для развития памяти)

ВВЕДЕНИЕ: Данная группа упражнений носит в основном специ­альный характер и предназначена для лиц с пониженной в силу тех или иных причин памятью. В отличие от элементарных, знакомых каждо­му школьнику упражнений на заучивание стихотворений, отрывков прозы и т. п., данные занятия носят медитативный характер, т. е. работа совершается не над предметами или знаками, которые когда-то видел занимающийся, а над теми внутренними образами, которые остались у него в памяти.

ОБОСНОВАНИЕ: Согласно теории классической йоги, изложен­ной еще в "Йога-сутре" Патанджали [10], всякое впечатление остав­ляет свой след в мыслительной субстанции (ЧИТТЕ). Эти отпечатки впечатлений в читте подобны волнам, или бороздам (ВРИТТИ) на исход­но гладкой, зеркально чистой поверхности озера. Отдельные вритти, объ­единяясь, образуют ВАСАНЫ, или комплексные образы, и эти вопросы уже рассматривались выше — во второй главе. Когда мы сосредоточива­емся на реальном объекте, думая только о нем и анализируя разные его свойства, в работе ума задействованы только самые последние впечатле­ния. Все прошлые впечатления (ВАСАНЫ, САМСКАРЫ) остаются скры­тыми, причем термин "самскары" и означает буквально "скрытые впе­чатления". Эти самскары, согласно законам причинности, могут в изве­стных обстоятельствах существенно влиять на ход настоящих и будущих событий. Поэтому важно научиться быть хозяином не только нынешних, но контролировать и прошлые впечатления. Это определяется также способностью управлять памятью, как бы "доставая" оттуда все то, что наиболее важно для человека в настоящее время.

Поскольку наша память многогранна, и вся информация, которая доставляется органами чувств, хранится в явном или скрытом виде в глубинах памяти, возможность свободного оперирования этой инфор­мацией достигается практикой не одного, а серии упражнений, доволь­но простых по методике выполнения.

МЕТОДИКА: Создав необходимые условия для спокойного созер­цания, попробуйте без каких-либо усилий, а просто закрыв глаза и сосредоточившись на прошлых впечатлениях, погрузиться в свои ста­рые впечатления, вспомнив при этом:

1. мелодию, когда-то слышанную и которая вам очень понрави­лась; попробуйте при этом ее заново воссоздавать в уме некоторое время (например, 10—30 секунд и более); желательно затем припом­нить автора, время написания музыкального произведения;

2. какой-либо тайный знак или символ, восстановив в памяти его детали, размышляя при этом о его значении;

3. какую-либо молитвенную формулу (см. Приложения 4 и 5), размышляя о ее значении или эффекте; попытаться проанализиро­вать, действует ли на вас эффект от нее в настоящее время, когда вы ее не слышите, а просто вспоминаете; вместо молитвенных формул могут использоваться стихи высокого философского содержания (см., напр., Приложение 2);

4. комбинации цифр или отдельные числа, даты рождения вели­ких людей, продолжительность жизни отдельных долгожителей;

5. красивый пейзаж, который вы когда-либо видели сами или на картине; вспомните при этом различные детали — чем больше, тем лучше; затем, спустя несколько минут, представьте, что уже находи тесь на этом участке природы, вдохните свежайший чистый воздух, откройте себя солнечным лучам на некоторое время, коснитесь чистой молодой зеленой травы, полежите на ней в радостном состоянии духа. Возвращайтесь из глубин памяти не спеша; желательно перед тем, как открыть глаза, 3—6 раз прочитать АУМ, мысленно представляя себе, что с каждым повторением мантры прошлые второстепенные факты, сопутствующие вспоминаемому объекту, и дурные кармические связи из прошлого уносятся прочь и больше на вас никак не влияют (для очищения можно использовать какую-либо другую мантру, например ОМ-ТАТ-САТ).

ЭФФЕКТ: Помимо развития прекрасной памяти, успевающей за быстрый промежуток времени охватить большое число деталей, разви­вается способность к образному абстрактному мышлению и четким формулировкам. Улучшаются все виды памяти — от краткосрочной до долговременной, причем вы сможете в случае успеха припомнить со­бытия, которые произошли с вами много лет назад. Важно помнить при этом, что все прошлые недостатки и некоторые неправильные поступ­ки не должны отравлять вам нынешнюю жизнь. Фактор очищения от дурного прошлого везде должен главенствовать.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Не следует пытаться сразу выполнить все ука­занные упражнения за одно занятие. Лучше поначалу ограничиться одним, максимум — двумя.

2. Хорошо при этом иметь какую-либо возможность после оконча­ния занятия проверить результат воспоминания.

3. Помните, что лучше всего вспоминать все позитивные достижения в вашем прошлом и никоим образом не следует загрязнять себе дальнейший путь негативными впечатлениями. Возвышенный на­строй души, устремленность к более полному осознанию Истины по­могут вам избежать каких-либо побочных неприятных ассоциаций.

6.10. Медитация над безмолвием ("ментальная пауза")

ОБОСНОВАНИЕ: Одна из основных черт воззрений йоги, рас­смотренных нами выше (см. главу 2), состоит в том, что мысли не отождествляются с нашим истинным "Я". Все волны (ВРИТТИ), ко­торые возникают в мыслительной субстанции (ЧИТТЕ), являются внешними по отношению к человеку, привнесенными в него извне.

Соответственно, одна из задач йоги — научиться быть независимым от мыслей: не мысли должны руководить человеком, а человек — мыслями. Способность в некоторые избранные моменты времени не думать — особый дар, врожденный или приобретенный в результате длительной и систематической работы над своим сознанием [ 127 ]. Патанджал и в своей "Йога-сутре" [10] определил йогу как "удержание материи Читты от волнений (модификаций)". В этом состоянии Чипу можно уподобить большому озеру, поверхность которого зеркально чиста из-за полного отсутствия волн, и в нем может отражаться "Я" человека. Но, это — модель. Наш ум, а точнее ментальное тело, имеет значительно более сложную структуру, над которой стоят более тонкие оболочки "Я", т. е. более высокие по уровню системы.

Эти аспекты занимают важное место и в теории Интегральной йоги Ауробиндо Гхоша, для детального знакомства с которой мы настоя­тельно рекомендуем прекрасную книгу Сатпрема [127], а затем — работу самого А. Гхоша [42 ].

Когда мы расслабляем наше тело, например, лежа на полу, мы ощущаем в итоге физический покой, восстанавливающий возможно­сти тела. Многие такой же отдых хотят получить и для психики, для этого уединяясь на даче, в лесу или просто в своей комнате. "Выклю­чив" на некоторое время все сильные эмоции, мы отдыхаем в плане психики. Интегральная йога и классическая Раджа-йога идут в этом отношении дальше: предлагают вам сознательно делать умственный отдых, научившись время от времени отключать возможность возник­новения каких-либо мыслей. Многие знают, как тяжело долгое время находиться в обществе не очень дружелюбно настроенных к вам людей: надо постоянно контролировать себя, следить за каждым жестом, по­ступком, тщательно подбирать слова, и все это, конечно, утомительно. Круг друзей или, наоборот — одиночество представляют собой обычно практикуемый отдых от необходимости жестко контролировать себя, от подавления части желаний (например, высказать кому-то все, что о нем думаешь). Так, отключая одну за другой наши нервно-психиче­ские оболочки от интенсивной работы, мы даем отдых для каждой сферы деятельности нашего "Я" и вместе с тем базу для развития каждой последующей. Обычно над последним аспектом не очень заду­мываются, хотя это очень важное свойство. В конечном итоге, бессоз­нательно мы постепенно приближаемся к пониманию нашего истинно­го "Я", что обычно требует много лет, а в большинстве случаев десяти­летий, и что может быть существенно ускорено благодаря практике йоги. Раджа-йога, как и практика буддизма, ускоряет процесс выявле­ния всего того, что представляет собой "не-Я". Это — не физическое тело, не эмоции, не мысли [68; 50; 56 и др. ]. При этом, однако, путь классической йоги предполагает выход из бешеного круговорота жиз­ни, отшельническое уединение. Аскет при этом так же привязан к своему отшельничеству, как распутник — к объектам разврата. Кроме того, человек, привыкший к молчанию и одиночеству, обычно очень скоро теряет все свои достижения в йоге, оказавшись в среде низко* развитых людей, в водовороте жизни он начинает тонуть или мотаться по жизни в разные стороны. Эти обстоятельства послужили сущест­венной темой для критики А. Гхошем классического "восьмеричного пути", и его Интегральная йога призывает не уходить от жизни, а возвыситься над ней, реализуя в активной деятельности возможности своего "Я", развивая всесторонне свои способности. О том же писали Н. К. и Е.И. Рерих [116;121 ].

Классическая йога, кроме того, основана в основном на трансфор­мирующем воздействии Восходящей Силы, т. е. прежде всего — стати­ческой энергии Кундалини, которая пробуждается сначала методами Хатха-йоги и затем — медитативными упражнениями. Наоборот, Ин­тегральная йога Гхоша основана на благотворном влиянии Нисходя­щей Силы из других, более высоких миров и энерго-информационных полей и потоков. Для того чтобы в человека вошла эта Нисходящая Сила, его ум и вообще весь организм должен быть готов, иначе ей не будет в нем места. Войдя в человека, эта сила в итоге помогает делать нам нашу работу в этом мире, как указывает Шри Ауробиндо, создает вместе с тем возможности для того, чтобы подняться на значительные высоты духа и осознать ряд важнейших религиозно-философских ис­тин.

Безмолвие разума, таким образом, есть необходимое условие для того, чтобы на нас подействовала Нисходящая Сила. Вместе с этим мы одновременно получаем возможность осознать, что наше истинное "Я" находится выше тела, эмоций или интеллекта и что оно реально суще­ствует. Ментальная завеса рушится, и сознание получает реальную возможность увидеть мир и людей такими, какими они на самом деле являются [127]. Становясь все более сознательным на каждом уровне организации тела и души, человек становится способным видеть и более тонкие миры как внутри себя, так и во внешнем пространстве.

МЕТОДИКА: Исходная точка в Интегральной йоге состоит в уме­нии через Спокойствие прийти к Безмолвию разума. Первое, чему следует научиться, — это устанавливать Спокойствие ума. Когда мы сидим с закрытыми глазами и анализируем состояние ума, вначале мы оказываемся прямо-таки затопленными потоком самых разнообраз ных мыслей. Они возникают, появляются отовсюду вновь и вновь. Существует несколько способов их утихомирить. Первый метод успо­коения ума заключается в концентрации на то стремление, цель, де­виз, который есть у каждого из нас над умом или глубоко внутри. Это стремление становится главным (доминантой), а все остальные мысли постепенно приобретают все меньшую силу и отбрасываются. Второй способ состоит в использовании некоторого образа, например безбреж­ного Океана, гладкой поверхности озера, на которой мы лежим или по которой плывем, становясь постепенно сами этой спокойной беспре­дельностью! Третий способ заключается в том, что после созерцания в течение примерно одной минуты свободного, хаотичного потока мыс­лей начать постепенно от них "уходить", оставляя их в стороне. Однако не должно быть "увертывания" от все продолжающих возникать мыс­лей (как в фехтовании или боксе). Лучше все мысли без исключения вытеснить мощной, упругой волной Безмолвия, сила которой очень велика. Безмолвие обладает защитными свойствами, барьерной функ­цией. Оно в состоянии вытеснить любые построения интеллекта, от­бросив их куда-то в сторону, обратно вовне. Четвертый способ — это ощутить и мысленно увидеть "внутренним взором", как в вас входят из Окружающего пространства мысли, и отгонять их, как отгоняют от себя назойливых мух, например движением ресниц при полузакрытых глазах.

Сатпрем [127 ] пишет, что каждый может найти свой метод, путь, позволяющий вкладывать минимум напряжения в поиски и установ­ление Безмолвия. В любом случае никогда нельзя подавлять мысли прямым образом: сфера интеллекта то и дело будет устраивать вам восстания, напоминая неподвластную, разбушевавшуюся стихию. Не следует также закостеневать в духовном уединении, т. к. привычка к одиночеству сама по себе является ослабляющим фактором для жизни в миру. Лучшее средство не допускать этого — практиковать успокое­ние ума там, где это кажется труднее всего — в метро, в транспорте, на улице, в перерывах между работой. В целом ряде случаев эффект контраста будет очень силен, и внезапно наступившее Безмолвие внут­ри вас будет лучшим доказательством его существования.

Для того чтобы лучше закрепить достигнутые уровни покоя, мы рекомендуем повторять время от времени мысленно формулы само­внушения, приведенные в Приложении 3.

Количественные изменения неизбежно перейдут в качественные: степень достигнутого спокойствия ума будет все более высокой, и все это будет ощущаться вами. Рано или поздно вы сможете "видеть" входящие в вас мысли, что будет свидетельствовать о достижении оп ределенного уровня. Основой для дальнейших успехов будет служить самоанализ, однако во всех случаях останавливаться, считая что вы достигли успехов, не следует.

ЭФФЕКТ: Этот вид медитативной практики незаменим для людей умственного труда, предоставляя им прекрасный отдых для восстанов­ления интеллектуальной силы. Шри Ауробиндо отмечал, что получа­ют развитие такие способности, о существовании которых человек раньше и не подозревал, например математические, стихотворные, лингвистические и т. д. Производительность труда увеличивается во много раз. Расшатанная психика восстанавливается, психическое рав­новесие становится все более устойчивым.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Существует переходный период, когда новый уровень сознания еще не достигнут, а старый кажется нам уже прими­тивным. Разрывы такого рода проявляются главным образом как ощу­щения пустоты. Зачастую мы становимся при этом чрезмерно чувстви­тельными: шум вокруг, болтовня или суета людей становятся для нас нестерпимыми. Не следует заострять на этом большого внимания, это пройдет, и наилучшим средством здесь будет чтение высокохудожест­венной литературы и религиозно-философских трактатов. При воз­никновении каких-либо диссонансов с обществом мы рекомендуем еще раз перечитать работы Дейла Карнеги.

2. Уныние, подавленность духа — огромный тормоз для любого упражнения в медитации, особенно — для медитации Безмолвия. Мы зачастую любим делать из себя мучеников, страдальцев, хотя на самом деле — это внушения сил низшей природы, так как ваше истинное "Я" в любом случае незагрязнено, чисто и светло, в чем вы можете тотчас же убедиться, когда сосредоточитесь на высших уровнях души.

3. Не следует также и торопиться, успокоение ума не должно становиться навязчивой идеей. Для успеха очень важно хорошее на­строение, поддержание бодрого и веселого состояния духа.

4. Видения в виде световых вспышек, появление вдруг картин неясного происхождения при медитации с закрытыми глазами не дол­жны пугать, и не следует прекращать занятия. Медитировать можно и с открытыми глазами, если внешние условия лишены суеты. В любом случае вхождение сознания в иные внутренние или внешние более тонкие миры почти всегда сопровождается рядом побочных эффектов: голосами из "ниоткуда", вспышками, лучами света и проч. Перерывы в занятиях следует делать регулярно, но такие эффекты ни в коей мере не должны быть стимулами к перерывам. Лишь одна причина может быть существенным оправданием — длительное состояние морального дискомфорта или страха, но они, скорее всего, вызваны другими причи­нами, например—неправильной техникой медитации. Поэтому при про­должении занятий чувство подавленности, растерянности и страха может смениться ощущением бурной радости, и вы сами медитативным образом найдете пути выхода из ваших затруднений.

6.11. Медитация над музыкой (1)

ВВЕДЕНИЕ: Данная группа упражнений — медитация над музы­кой (1—3) — не является традиционной и зачастую не входит в основ­ной курс. Однако их выполнение существенно помогает выработать навыки длительной медитации и особенно полезно для перехода от пассивного созерцания к активному.

ОБОСНОВАНИЕ: Музыку можно слушать по-разному: внима­тельно, "краешком уха", сидя, лежа и т. д. Однако при желании это занятие можно превратить в хорошее медитативное упражнение, если следовать рекомендациям йоги. Йоговское восприятие музыки отлича­ется от общепринятого, особенно — от европейского. Такой экскурс в нетрадиционный курс музыковедения мы разбили на три отдельных упражнения, отграниченных друг от друга довольно условно, но в соответствии с принципом "от простого к сложному". Будучи проде­ланными, эти упражнения помогут вам ответить также на вопрос, понимаете ли вы музыку.

Все познается в сравнении. Эта истина справедлива и по отноше­нию к музыке; для того чтобы лучше понять это искусство, необходимо сравнить его с другими областями творчества или наук. Основа для наших упражнений — сравнение музыки с цветовыми, геометрически­ми и иными аналогами.

Одна из простейших аналогий волшебному миру звуков — после­довательность чередования оттенков разных цветов. И музыка, и свет имеют волновую природу, воздушные колебания и световые во многом сходны в проявлении волновых свойств. Так, существуют высокоча­стотные и низкочастотные колебания, между которыми есть гаммы переходных состояний, а крайние диапазоны возможных изменений длины води для человеческих органов чувств обычно остаются недо­ступными.

Высокочастотным (т. е. "высоким") музыкальным тонам можно поставить в соответствие высокочастотные световые излучения, т. е. ультрафиолетовую часть спектра. Наоборот, низким звукам — оттен ки инфракрасной области. Таким образом, слушая музыку, можно "переводить" ее про себя в язык цветовых оттенков, как это техниче­ски воплощено в цветомузыкальных установках (но зачастую крайне неудачно!). Йоговская "цветомузыка" имеет внутреннее содержание, существуя в сознании созерцающего.

Практически все, что скрыто у нас в подсознании, йога подвергает культивированию сознанием. И здесь, интуитивно, высокие звуки ас­социируются у нас с чем-то светлым, радостным, невесомым, с голубы­ми мечтами и прозрачными грезами... Наоборот, низкие звуки рожда­ют в нас противоположные образы: мы связываем их с мрачными су­мерками, с грозным, темным и тяжеловесным. Так что истоки такого восприятия заложены в нас еще с детства.

МЕТОДИКА: Лягте в Шавасану ("позу трупа"). Закройте глаза и максимально расслабьтесь. При первых же звуках мелодии "переводи­те" все, что вы слышите, в яркие, того или иного цвета вспышки, круги... Начинать лучше с простых, медленных композиций мастеров XY — XYII вв., например Блайтмена, Була, Перселла, Шютца и др. Немного потренировавшись, можно переходить даже к рок-музыке. Один из возможных наборов музыкальных произведений для этого рекомендован в Приложении 1, т. к. для медитации следует большее внимание уделять спокойной музыке, не вызывающей бурных эмоций или пылких страстей.

Освоив медитацию лежа, можно практиковать упражнение в лю­бой из сидячих поз. Нюансы и все детали выявляются в практике, и их здесь немного. Посторонние мысли отгоняются в ходе упражнения так же, как и при выполнении Тратак, но концентрация на музыке должна происходить автоматически, без особых усилий. Для этого следует хорошо потренироваться в выполнении предшествующих упражне­ний, однако специальных критериев правильности здесь нет, и степень достигнутого успеха определяется чисто субъективно.

ЭФФЕКТ: Развивается ассоциативное мышление, возрастают об­разность представлений не только применительно к музыке, но и к другим объектам концентрации и медитации. Упражнение полезно также для усиления логических способностей интеллекта. При хоро­шем подборе мелодии возникает чувство красоты и гармонии, ощуще­ние сопричастности вселенским процессам. Способствует также устра­нению чувства неуверенности в себе и страха.

ПРИМЕЧАНИЕ: Один из возможных побочных эффектов — сме­на музыкальных вкусов. Не следует обращать на это особого внимания:

музыка, как и все остальное, может характеризоваться тремя ГУНА­МИ (качествами, универсальными свойствами) — тамасом, раджасом и саттвой. Йога способствует обострению тяги к саттвичной музыке, хотя в целом вкусы меняются и сами гуны чередуются в природе.

6.12. Медитация над музыкой (2)

ОБОСНОВАНИЕ: Музыка имеет не только цветовые, но и геомет­рические аналоги. Источник такой аналогии имеет двоякое происхож­дение. Первый состоит в структурных особенностях, конфигурациях музыки, моделью которой является та или иная геометрическая структу­ра. Второй источник связан со свойствами воздействия музыки на состо­яние психики человека. Так, при рассмотрении разного рода линий и геометрических форм состояние духовной сферы человека объективно изменяется. Гладкие линии, например, воспринимаются нами как мяг­кие, изломы линий — как излучающие центры, твердые, содержащие накопленную силу и отражающие резкие изменения [111]. Специфиче­ские сигналы, вызванные в глазодвигательных мышцах при восприятии того или иного рисунка, генерируют в мозгу человека соответствующие волны возбуждения. Понятно, что такие же эффекты могут быть вызваны и музыкальной мелодией соответствующей структуры.

Поиск графических аналогов музыкальным произведениям, буду­чи непростым занятием, практиковался как медитативное упражнение еще в средневековых высших религиозных кругах. Многие аспекты такой медитации описаны подробно в романе Германа Гессе "Игра в бисер" [35].

МЕТОДИКА: Медитируют сидя, хотя можно это упражнение прак­тиковать также лежа. Расслабившись и настроившись на различные гео­метрические образы; включить музыку. С закрытыми глазами попробо­вать построить на внутреннем "экране" объемную геометрическую кар­тинку ("даршану"), которая, по вашему мнению, соответствует прослу­шиваемому музыкальному произведению. Не следует опасаться, что ва­ша даршана будет носить субъективный характер: восприятие любого искусства содержит в себе большую долю субъективизма. В процессе упражнения вы можете увидеть кольцо, венок, вращающийся треуголь­ник в окружности и т. д. Поскольку любая мелодия динамична, в постро­енном вами рисунке обязательно должны быть элементы динамики, например смена одной фигуры другой, вращение одной или нескольких фигур вокруг своей оси и т. д.

Эффективность упражнения во многом связана с богатством "ар­сенала" геометрических образов, с которыми вы можете сравнивать прослушиваемую музыку. Кроме квадрата, окружности, многоуголь­ников и других простейших структур мы рекомендуем вам обратить внимание на тор, катеноид, простой и косой геликоид, конус вращения, гиперболический и эллиптический параболоид, конус вращения, пара­болоид вращения, астроид и другие более сложные фигуры. Из линий, употребляемых в качестве элементов "даршан", можно также реко­мендовать следующие: винтовую, логарифмическую спираль, жезл, спираль Галилея, алгебраическую спираль, циклоиду, спираль Архи­меда, гипоциклоиды и эпициклоиды, кардиоиды, улитку Паскаля, ова­лы Кассини, конхоиды и другие. Возможны также встроенность одних фигур в другие и их различные сочетания.

Если получаемая "даршана" фиксируется достаточно четко, то имеет смысл запомнить ее и через некоторое время (неделю или месяц) еще раз прослушать эту же музыку, сопоставив затем новый и зафик­сированный ранее образы между собой.

Время фиксации получаемого в сознании образа-эквивалента будет увеличиваться постепенно. Поэтому на первых порах для упражнения следует избрать только одну-две мелодии и работать только с ними. К другим музыкальным произведениям следует переходить только после того, как первая мелодия будет хорошо освоена.

ЭФФЕКТ: Несмотря на значительный элемент субъективизма в построении геометрических мыслеобразов—аналогов музыки, это — прекрасное упражнение для развития ассоциативного мышления, ос­воения навыков медитации вообще. Анализируя свои ощущения, вы учитесь познавать мир и себя. Поэтому логические связи между изу­чаемыми вами явлениями, образность мышления, внутренние свойст­ва познаваемых вами процессов или явлений — все это будет с легко­стью вами выявляться в повседневной деятельности по мере система­тической практики упражнения. Поэтому такого рода медитация не­обходима для людей творческих сфер деятельности, т. е. для музыкан­тов, искусствоведов, художников, научных сотрудников. Практика упражнения способствует увеличению глубины анализа познаваемой вами действительности, расширению кругозора и эстетических вкусов.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Освоив это второе упражнение в медитации над музыкой, попробуйте совместить первое и второе упражнение в одно целое. Так, допустимы здесь синие, красные и белые спирали, круги или квадраты, сложные многоцветные узоры из вращающихся фигур.

2. Во всех упражнениях по медитации очень важно найти как бы "точку выхода" из всех увиденных даршан, на которой выполнение данного упражнения заканчивается.

3. Некоторые из рекомендуемых геометрических фигур, например спираль Ферма, могут быть сами использованы как янтры, т. к. имеют самостоятельную медитативную значимость.

6.13. Медитация над музыкой (3).

ОБОСНОВАНИЕ: Третье упражнение связано с анализом струк­туры музыкальных произведений. Поэтому наиболее успешно его мо­гут выполнять те люди, которым знакомо сольфеджио. Однако и для несведущих в музыкальной грамоте данное упражнение будет полезно и выполнимо, главным образом — за счет аппарата аналогий. Так, анализ музыкального произведения неизбежно включает универсаль­ные аспекты изучения структур любых объектов, независимо от их происхождения и специфических свойств. Об этом свидетельствует хотя бы исследование аналогий в триаде "язык—музыка—математи­ка" [26 ]. Например, сравнение геометрических параллельных с парал­лелями в музыке обогащает и расширяет само понятие параллельно­сти. То же относится и к ритму: ритмичность характерна не только для музыки, но и существует в природе. Так, ритм бьющегося сердца со­провождает нас с первой до последней минуты жизни в этом теле.

Симметрия в музыке или любых других системах имеет глубокий философский смысл: она отражает гармоничное взаимодействие про­тивоположно направленных сил или тенденций (своего рода "инь-ян"), характер симметрии определяет уровень и свойства подобных взаимодействий противоположных полюсов, а степень асимметрии — направления и уровень отклонений от подобной гармонии.

МЕТОДИКА: Медитируют сидя или лежа. Расслабившись, вклю­чить для прослушивания музыкальное произведение. Сосредоточив­шись на нем, выявить:

·    наличие сходных по звучанию частей, их границы, временные пропорции по сравнению со всей длительностью произведения;

·    наличие вариаций какой-то одной (основной) мелодии, кото­рые, возможно, встроены в дальнейшее звучание произведения;

·    конкретный способ образования вариаций: перестановка неко­торых нот, изменение длительности звучания, замена нот и др.;

·    сдвиги, повороты, отражения, "акустическое зеркало", инвер­сии: их длительность звучания, интервалы и т. д.;

·    количество тактов всей мелодии, сходных частей, вариаций и др .;

·    самые высокие по тембру участки и самые низкие, их взаимное расположение;

·    такие участки, на которых данное произведение могло бы окон­читься без ущерба для целостности звучания или смысла (т. е. предста­вить себя в качестве автора попурри);

·    возможности превращения данной музыки в канон (путем вве­дения дополнительных имитационных голосов с отставанием или нао­борот — с опережением).

Приведенная схема исследования не претендует на универсаль­ность или полноту охвата, и потому она может быть нами рекомендо­вана только как примерная. Однако ясно, что подобную "музыкальную анатомию" следует проделывать для одной-двух мелодий, прослуши­вая их по нескольку раз; начинать при этом всегда следует с простых и небыстрых по темпу произведений. Для начала можно, например, ис­пользовать сочинение Бетховена "Шесть легких вариаций на тему швейцарской песни", состоящее всего из 11 тактов, "Вариации на тему Гайдна" Брамса, "Вариации и фугу на тему Перселла" Бриттена.

ЭФФЕКТ: Упражнение чрезвычайно полезно не только для зна­токов и любителей музыки. Развивается образность и скорость мыш­ления, способность к быстрому познанию внутренних свойств явлений, сущность которых как бы развертывается перед вашим внутренним взором, открывая вам все новые и новые грани и свойства, на которые вы раньше не обращали внимания.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Если начинать следует с простых произведений классики, то продолжить занятия можно и с рок-музыкой: здесь никаких "противопоказаний" нет. Однако радость познания новых свойств не должна проявляться на фоне эстетического недовольства слишком бурной мелодией.

2. Дополнительно здесь можно рекомендовать произведения Баха "Музыкальное приношение", "Искусствофуги", "Хорошо темпериро­ванный клавир", ораторию Генделя "Мессия"; "Девятую симфонию" Бетховена.

3. Полезно также попытаться построить инверсию запомненной мелодии, т. е. обращенный во времени, звучащий от конца к началу ритм.

4. Попробуйте из хорошо известных вам произведений скомбини­ровать все три упражнения по медитации над музыкой вместе, создав «дну целостную картину. Обратите внимание на то, изменятся ли ранее построенные вами образы и геометрические аналоги для той или иной мелодии.

5. Особенно рекомендуется это упражнение, а также первые два детям в возрасте 10—14 лет. Для них эффекты будут намного более ощутимыми, чем для взрослых, и потому будут иметь наибольшее значение.

6.14. Медитация над расширением сознания (1)

ОБОСНОВАНИЕ: Границы представлений человека всегда отно­сительны. Это психологически отражается не только на объективных возможностях его "Я ", но и при самооценках личности, причем обычно создается некий образ, геометрический аналог границ нашего воспри­ятия или познания, существующий как часть сформирова